Но в ночь со вторника на среду 19 октября он, соблазнив платой в два золотых луидора по двадцать четыре ливра каждый, завлекает к себе в домик на улице Муфтар молодую работницу, расписывающую веера; ей двадцать с половиной лет, ее зовут Жанна Тестар, и она, как гласит полицейский отчет, иногда «промышляет, гуляя по улицам». «Светская женщина», иначе говоря сводня, по имени Дюрамо вечером 18 числа познакомила ее с очередным клиентом. Войдя в ворота, Донасьен в сопровождении лакея по имени Лагранж ведет свою спутницу в дом, где они поднимаются на второй этаж, входят в комнату До- насьена, и тот, отослав слугу вниз, тотчас запирает дверь на ключ и задвигает засовы.
Оставшись один на один с девушкой, он спрашивает ее, ходит ли она в церковь, верит ли в Бога, в Иисуса Христа, в Деву Марию. Она отвечает, что верует и усердно, как только может, соблюдает все предписания христианской религии, в лоне которой воспитана. Внезапно маркиз, изрыгая невообразимую брань и проклятия, принимается утверждать, что Бога не существует, и даже доказывает это, извергнув с помощью рук свое семя прямо в чашу для святых даров, заявив при этом, что Иисус Христос был всего лишь е... т... , а Дева Мария —6... . Затем он рассказывает ей, что спал с девицей, вместе с которой ходил причащаться; он взял обе гостии, поместил их в половые органы этой девицы и тотчас овладел ею с криком: «Если ты существуешь, Господи, отмсти за себя!»
Затем он предлагает Жанне Тестар пройти в соседнюю комнату, обещая показать ей «интересные вещи». «Я беременна, — произносит она, — и не хочу смотреть на то, что может меня испугать». «Ничего не бойтесь, — отвечает он, вталкивая ее в комнату, — эти предметы вас не испугают». Пока он вновь запирает двери на все замки, несчастная с ужасом разглядывает странное убранство комнаты. Прежде всего ей бросаются в глаза висящие на стене четыре пучка розог и пять много хвостых плеток разных размеров: три веревочные, одна из латунной проволоки и одна из проволоки железной. Еще на стене висят три распятия из слоновой кости, две гравюры с распятиями, гравюры с Голгофой, Святой Девой и множество непристойных рисунков. Тут Сад приказывает ей отхлестать его железной проволочной плетью, раскаленной докрасна, а затем выбрать плеть, которой он отхлещет ее, но она упорно отказывается. Тогда он срывает со стены два распятия из слоновой кости, швыряет их на пол и принимается топтать, одновременно рукой доводя себя до семяизвержения, а потом приказывает ей поступить так же.
Так как она продолжает упираться, он грозится пустить в ход оба лежащих на столе пистолета и, положив руку на эфес шпаги, сулит проткнуть ее в случае отказа. Полумертвая от страха, бедняжка повинуется и, швырнув к ногам распятие, умирающим голосом повторяет слова, которые он выкрикивает ей прямо в ухо: «Е.., мне на...ть на тебя». Затем требует, чтобы она поставила себе клизму и облегчилась на распятие. Однако ее упорное сопротивление заставляет его отступить.
Она проводит ночь со своим палачом, без еды и без сна. Он декламирует ей стихи, «нечестивые и исключительно богопротивные». Затем предлагает содомизировать ее и обещает в следующее воскресенье, в 7 часов утра, явиться за ней, и они вместе отправятся в церковь Сен-Медар к причастию, где возьмут обе облатки, одну сожгут, а с другой поступят так, как он рассказал ей вчера. В 9 часов утра сводня Дюрамо явилась за девицей, точнее, явилась освободить ее. Прежде чем отпустить Жанну, Сад заставил ее дать письменную клятву, что она никому ничего не расскажет, и расписаться под ней.
Едва вырвавшись на свободу, Жанна Тестар бросилась к начальнику полиции; не застав его, она отправилась к инспектору Марэ, но его тоже не оказалось на месте. Тогда его помощник отвел ее к Мютелю, комиссару в Шатле, который и взял у нее показания.