Месье. Любить

"Месье" (1986; экранизирован автором в 1989 г.) и "Любить" (2002) - это два текста о любви, где чувства персонажей находятся в постоянном разладе с поступками. Действие одного происходит в Париже, другого - в Токио. Герой первого, молодой застенчивый интеллектуал, вполне мог бы оказаться и повзрослевшим героем второго: в фокусе разные этапы его отношений с любимой женщиной и с миром. Хрупкое, вибрирующее от эмоционального накала авторское письмо открывает читателю больше, чем выражено собственно словами.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,3

63 оценки

5
8%
4
44%
3
32%
2
13%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 70Хотят прочитать 84

Рецензии

Anastasia246
19 июня 2024
Этот поцелуй запоздал, Мари, теперь уже слишком поздно.) Стоя перед окном, она устремила на меня долгий взгляд. Пойдем спать, Мари, сказал я, пойдем спать, уже поздно, - дрожь усталости и раздражения пробежала по ее плечу. Я хотел еще что-то добавить, но сдержался, промолчал и нежно взял ее за локоть, она же резко отдернула руку. Сказала: ты меня больше не любишь.
Ночной Токио - лучшее место для расставания, по мысли француза и француженки. Скрепить чувства в Париже и разорвать в японском городе, под шелест обжигающих снежинок (так и хочется написать "слезинок", потому как слез в этой небольшой повести тоже будет с избытком...), падающих вперемешку с дождем. Показы мод, собственная выставка за границей, коллекционные платья - все становится каким-то ненужным, что ли, когда любимый мужчина отказывается даже поцеловать. Уходит в ночь, в бассейн, на шестнадцатом этаже бассейна. думает там о чем-то своем, не посвящая тебя в свои мысли. А ты бредешь следом, в шлепанцах, дорогущем платье - не для жизни, для показа. Находишь его, все такого же отрешенного, скрывающего что-то. Что-то - пузырек с кислотой, когда станет совсем невмоготу - можно в себя, можно - в другого, любовь же закончилась, теперь можно все.
Можно шататься, подобно бездомным или городским сумасшедшим по улицам Японии. Она в шлепанцах и в платье, он - из бассейна, в ее кожаном пальто, в шлепанцах, надетых на носки. А Япония встречает неприветливо, колючим снегом, пытаешься кое-как защититься зонтиком. не понимая, что ведь дело не в нем. Идет эта долгая ночь, и конца и края ей не видно. Чудаки на другом конце планеты, вдали от родного дома, которых абсолютно ничто в этой жизни больше не связывает. Удержать - зачем? Любят, но вместе быть не могут - вечная трагедия жизни на обрывках маленькой повести, в которой ничего, кажется, толком происходит, кроме этих бессмысленных, никому не нужных шатаний и страданий.
Он оправдается (перед собой и читателями, не автор, герой): расставание - это не действие, это состояние. Читая книгу Туссена, в это определенно начинаешь верить. Не встречала я, пожалуй, в своей жизни еще столь бы бессобытийных книг: ни действий, ни мотивов, ни эмоций. Даже заряженное ружье - вопреки Чехову - в этот раз не выстрелит, мерно покачивается кислота во флакончике. Не ждите здесь "Горькой луны" Брюкнера - почему-то именно такие книжные ассоциации возникали у меня, как только я приступала к чтению книжечки Туссена. Нет, это не Луна, не звезды, не Земля, это скорее Морис Бланшо, читанный мною зимой - вот это вязкое, меланхоличное действо, когда пытаются сказать словами о чувствах, ничего, естественно, не выходит, но читатель (с фантазией и без) прекрасно додумает все за героев.
Герои не могут говорить о собственных чувствах (ну не получается у них!), зато автор прекрасно говорит о телесности - вот в откровенности описаний книге точно не откажешь. Зримо, точно, ощутимо, выразимо, иногда не к месту, иногда - очень даже. И всё - в плотном облаке бесконечной тоски и грусти, безысходности и бренности - бытия и любви.
А была ли вообще любовь? - задаешься вначале глупым вопросом, потом становится как-то неважно. Они все так же устало бредут в японской ночи, двое европейцев в загадочной Азии, чтобы вернуться когда-нибудь на родину уже окончательно чужими друг другу. Тут даже соляная кислота не поможет.
При сцене их хождения в ночи мне почему-то вспоминался чудесный фильм с Итаном Хоуком и Жюли Дельпи "Перед рассветом", только в книге, напротив, ночь все разрушает до основания, абсолютно лишая надежды на хэппи-энд...
Странно было читать в почти тридцатиградусную жару про японский снег, но погружение в эту историю тем не менее было для меня по-своему захватывающим: люблю книги про необычных людей, люблю вот такие завораживающие зарисовки-состояния, когда автор дает лишь направление мысли, коротко обрисовывает героев, а дальше ты уж как-нибудь сам, есть в этом своя прелесть, опять же - открытый финал...
Думаю, из этой повести вышел бы неплохой арт-хаусный фильм, а если все же пустить в дело кислоту - то и ужастик... 4/5, Париж - для любви, Токио - для расставания...

Мне бы припасть к ее лицу, выпить слезинку на щеке, подобрать ее языком. Мне бы броситься целовать Мари - щеки, лоб, виски, сорвать матерчатые очки и посмотреть ей в глаза хотя бы одну секунду, обменяться с ней взглядами, чтобы понять друг друга, слиться с ней в отчаянии, усугубляемом обостренностью наших чувств, мне бы разжать ей губы языком в доказательство безудержности нереализованного порыва, влекшего меня к ней, и мы бы забылись, затерялись в объятиях, мокрых, соленых, липких от поцелуев, пота, слюны и слез. Но я ничего этого не сделал, не поцеловал ее, в ту ночь я не поцеловал ее ни разу - я никогда не умел выражать свои чувства. Посмотрел, как исчезает слезинка на ее щеке, закрыл глаза и подумал, что, возможно, я ее и в самом деле уже не люблю.
Читать далее
209 понравилось
724
Anvanie
16 ноября 2008
Знаменитый бельгиец Жан-Филипп Туссен, один из самых утонченных прозаиков рубежа тысячелетий, лауреат элитарной французской премии Медичи 2005 года, чемпион мира по интеллектуальной игре в "Scrabble" (ах, ах, как я сама обожаю эту игру!), кинорежиссер, фотограф и литературный экспериментатор, покорил мир бестселлерами "Ванная комната" (1985) и "Фотоаппарат" (1988). С тех пор его романы переводятся, как только выходят в свет, сразу на десятки языков, по ним снимаются фильмы. Туссена называют лидером целого направления европейской прозы, которое называют "новый "новый роман".

"Месье" (написан в 1986, экранизирован автором в 1989) и "Любить" (2002), входящие в состав этого издания - два романа о любви. Действие первого происходит в Париже, другого - в Токио. Герой первого, молодой застенчивый интеллектуал, вполне мог бы оказаться и повзрослевшим героем второго: в фокусе разные этапы его отношений с любимой женщиной и с миром.

Герои у Туссена, на мой взгляд, специфические: несколько "подмороженные" мужчины без предпочтений, плывущие куда-то по воле судьбы. Вроде, где-то работают, но непонятно - где. Вроде, чем-то интересуются, но непонятно - чем. Один целыми днями уныло скучает и прячется от назойливых посетителей в богатом офисе. Другой бы тоже заскучал, но придумал носить при себе пузырёк с соляной кислотой, и жизнь заиграла красками: ещё бы, теперь можно думать о том, на кого бы вылить пузырьковое содержимое, и чувствовать себя богом.

Эту прозу можно назвать фотореалистичной: мир романов Туссена предельно детализирован и овеществлен - человеческий глаз не способен одновременно воспринимать такое количество мелких подробностей - это взгляд через объектив. Туссен взирает на своих героев, фиксирует их поведение. В душу он при этом им не лезет, оценок не ставит, только фиксирует, причем предельно равнодушно. Вот, например, герой романа "Месье" пригласил в ресторан знакомую (и процитированный отрывок будет едва ли не самым эмоционально богатым во всем романе):

"Перед тем как войти вслед за ней в зал, Месье проверил, есть ли у него с собой сигареты, затем догнал Анну, которую метрдотель как раз пригласил к столу; держа одну руку в кармане, Месье вальяжно уселся рядом с ней и только тут понял, взглянув на метрдотеля, что ему предназначено место напротив. Тогда он встал, осторожно обогнул стол, придерживая складки брюк, и сел против Анны, наблюдавшей за ним с легким беспокойством. Затем им принесли меню. Месье чувствовал себя не слишком уютно и дергался всякий раз, когда у него за спиной открывалась дверь, при этом он слегка поворачивался на стуле и рассеянно смотрел на входящих. Так, так".

Герои романа Туссена не ведут диалогов. Они молчаливы до крайности. Туссен описывает диалоги иного порядка: осязательные, обонятельные, воображаемые - никакой страсти, вообще никаких эмоций, минимум движения, минимум слов. Вот отрывок из той же сцены в ресторане:

"Так, так. Он захлопнул меню и, перегнувшись через стол, доверительно шепнул Анне Брукхардт, что из гарниров предпочитает шпинат и семга его не испортит. Все шутите, улыбнулась Анна и решила, что зубатка будет ей по зубам, если присыпать ее укропом".

Другая страсть Туссена, как минималиста - это бесконечные анатомические подробности. Вы никогда не поймете, какого цвета глаза героя, какой длины волосы, зато узнаете все о строении его стопы и о характере мозолей между пальцами.

Одним словом, книга на любителя.
Читать далее
16 понравилось
159
Eli-Nochka
16 июня 2014
Очень странные впечатления от книги. В ней два произведения, одно из которых мне категорически понравилось, второе же наоборот - категорически не понравилось. Но так как это все-таки сборник, то и оценку я поставила сборнику.
"Месье" очень забавная. Казалось бы, совершенно непривлекательный главный герой, плывущий по течению, ни чем не интересующийся, но у автора получается очень с юмором показать все это. Совершенно небольшой рассказ заставил меня улыбаться и перечитывать по несколько раз особенно понравившиеся цитаты, например эту:

Одетый в серый костюм, белую рубашку и темный галстук — предмет зависти окружающих, он слушал радио и поглаживал себя то по щеке, то ниже пояса, по тем местам, какие попадались под руку, однако от сознания, что он все время у себя под рукой, легче не становилось
Так что первой книге однозначная 5.
Вторая же - "Любить", совершенно не понравилась. Я ее еле домучила, хотя она не многим больше первой. Главный герой такой же мямля, однако какой-то совершенно отвратительный и не вызывающий никаких положительных эмоций. Не поняла я и роли того самого пузырька с кислотой, о котором нам то напоминали каждые два абзаца, то целых 30 страниц о нем было ничего не слышно. Сложилось впечатление, что книга - это страдашки, высосанные из пальца - ну почему ты меня не целуешь? Я тебя хочу - ой нет не хочу. Много ложного пафоса. Много тоскливых описаний. Не тронуло совсем. Оценка 2.
Читать далее
13 понравилось
217