В глубине Великого Кристалла. Том 1

Ох, потянуло меня что-то на советскую культуру. Стругацкие в глаз попали. А в таком случае читать надо что-то из проверенного. Например Крапивина. И на удивление эта книга буквально пышет вайбами Стругацких! Мне кажется, я что-то такое то ли у них, то ли у Булычева читала. И оно прекрасное! Утопия, искусственный интеллект, люди потерявшие человечность против тех, кто ее не потерял. Что-то на идеальном, фантастическом.
Эта тот случай, когда детская, казалось бы книга, захватывает взрослого с ног до головы, не оставляет выбора, потрясает основы. Я не могла оторваться. Прервав чтение необходимостью жить жизнь, я только и ждала, предвкушала возвращение к нему.   Это супер интересно, круто по всем фронтам. Сегодня так уже не пишут - старая школа.
Раньше я сожалела, что Крапивин в детстве прошел мимо меня, а сегодня порадовалась, что ещё есть литература, способная доставить такое удовольствие. Тем более, что это продолжение сюрреалистического цикла про мир Кристалла. Но совсем другая. Если первые части скорее про магический реализм и эстетику, то это - философические приключения.
Короче, я очень довольна. И только убедилась в том, что это авто-читаемый автор.

С каждой книгой я все больше люблю Крапивина. Покупаю эти книги для себя, хотя у меня двое пацанов, которые по логике и должны быть целевой аудиторией. Но нет, дети эти книги не читают, а я и не предлагаю. Пока. Если сами возьмутся читать - это совсем другое дело. Не смотря на то, что книги по идее детские, до них надо дорасти. По крайней мере до цикла "В глубине Великого Кристалла". Это почти взрослые книги для выросших детей. "Выстрел с монитора" местами читается очень непросто, здесь происходит сдвиг во времени. "Гуси-гуси, га-га-га" - антиутопия, в которой чередуются очень мрачные и светлые полосы.

"Застава на Якорном поле" попроще, чем первые две книги цикла. Но детям ее понять будет непросто в отрыве от предыдущих историй. Взрослым читателям тоже желательно ознакомиться с первыми двумя книгами, но, в принципе, можно прочитать только эту, ведь истории по сути не связаны, разве что общим миром параллельных реальностей (граней Кристалла) и отсылками к другим книгам. Так например в "Якорном поле" много отсылок к "Выстрелу с монитора", и также как и в "Гусях" здесь имеется интернат для детей со способностями.

У главного героя мальчика по прозвищу Ёжики погибла мама, об этом ему сообщила комиссия по опеке, когда пыталась забрать его в интернат. Мальчик отчаянно сопротивлялся, но ему пришлось сдаться директору интерната, который обещал, что со временем он сможет переехать к тете. Но время идёт, и ничего не меняется. Ёжики живёт в интернате и скучает по дому, по маме. Единственное что у него от нее осталось это голос, которым записаны названия станций на кольцевой линии метро. Ёжики периодически сбегает из интерната, чтобы сесть в поезд и слушать маму. Но однажды он услышал название новой станции, и записано оно голосом мамы. Якорное поле - поле, на котором растут якоря, пограничный пункт между мирами, поле где растут надежды.

Обязательно продолжу читать книги цикла, с каждой книгой становится все интереснее.

В глубине Великого Кристалла - 5
Неспокойное время 40-х годов. Это уже не Реттерберг, а Турень, типично реальный, земной город того времени. Трудные послевоенные года оглушают безысходным реализмом. Но параллельно несутся импульсы через пространства к звездам, а там свой особый мир, как продолжение жизни после Земной смерти.

Жизнь Стасика Скицына далека от фантастики и граней кристалла.
Дома не ладятся отношения матери и отчима, на улице вечно достается от местной шпаны. Стасик по клички матрос Вильсон подвергается моральным и физическим пыткам. Даже в школе не найти спасения в столь неспокойное время. Его немой крик раздирает пространственно-временные грани Вселенной.
Замученные жизнью люди, настолько заняты, погребены под толстыми слоями своих проблем, что не способны услышать этих криков, почувствовать, приглядеться, понять.
Но этот крик, достигнув космоса, проникает в сознание Белого Шарика - Яшки.
Яшка ведь стал звездой, пока еще маленькой, незрелой.
Но у него есть свои обязанности и ожидания, а главное с нетерпение ожидаемы перспективы.
И совсем ни к чему ему проблемы земной жизнь.
Но как же отчаянно звучит просьба о дружбе.

Стасику всего то не хватало кого-то живого рядом, выговориться, ощутить поддержку.
И чудо случилось, у него появился друг. Самый дорогой, душевный, волшебный. Пулей летящий с самого неба и разводящий все тучи в жизни Стасика.

Есть в этой книге достаточно жесткие моменты: мужики, способные угрожать жизни ребенка, ради денег, причем собственного ребенка; издевательства в детском лагере; алкоголизм; стукачи.
Повесть достаточно мрачная, сама обстановка, время постоянной нехватки, нищеты, суровости, серости.
И на этом фоне, как радужные всполохи - дружба двух мальчишек, говорящие шарики, спасающие поезда, всех выручающая дорога.
Здесь настолько гармонично заплетаются суровый реализм и фантастические отношения матроса Вильсона и Белого Шарика, что читатель не задерживается в серых буднях и не успевает заскучать от волшебного ощущения праздника обретения. Жизнь конечно не вечный, беззаботный праздник, но и на сером небе должна появляться радуга.
При этом раскрывается извечно актуальная проблема одиночества ребенка, отсутствия хотя бы самой незначительной поддержки.
Ведь порой для решения проблем, для возможности дать отпор, не хватает рядом надежной спины.
"Один и один - не один" - такой простой закон. Упереться спина в спину и разбить все преграды к счастливому, беззаботному детству.


В глубине Великого Кристалла - 4
В глубине Великого Кристалла - 3
В глубине Великого Кристалла - 2
В глубине Великого Кристалла - 1

Все-таки Крапивин выдающийся писатель. Даже напиши он свои произведения сегодня, они имели бы необыкновенный фурор. Потому что качественный магический реализм, круги зацикленности и прочие литературные вкуснятины на дороге не валяются. Его герой - и обиженный ребенок, и носитель глубокой и древней как мир травмы, и путешественник во времени, и обладатель маленькой счастливой монетки сразу в нескольких временных проекциях. А еще он - возможно не он. И поймете вы это прочитав всего лишь крошку-книжку для советских детей, которые настолько суровы, что воспринимали все эти парадоксы, как приключенческую сказку.
Отдельный респект от меня - за понятно какой Город, близ которого наш герой и приключался. Это вообще фирменное Крапивинское - намекать на Севастополь или Петербург, или какую угодно локацию максимально ясно, но при этом ни словом их не называя. Очень пикантная деталька для поклонников.
Конечно, история не для малых умов, но зато для всех возрастов. Тут каждый найдет, чем восхититься. Нужно только принять правила игры.

Пожалуй из всего прочитанного Крапивина эта вещь - самая потрясающая. А вначале она вообще у меня не шла, хотел бросить. Слишком было тяжело и страшно читать про человека, который вдруг получил по почте смертельный приговор. Я словно ощущал на своей шкуре всю безнадежность Корнелия, его обреченность. Страшнее всего, когда некуда бежать. А Корнелию бежать некуда и бессмысленно, ведь всемогущая Машина по индексу его хоть на Марсе обнаружит.
Книга написана в 1988, задолго до моего рождения. Но поразительно что уже тогда Крапивин знал, что скоро все мы будем зафиксированы, иметь свой номер, и никуда не рыпнемся. Впрочем это еще автор Апокалипсиса знал, если что...
Удивительно гармоничная вещь. Обычно я люблю когда герой начинает копаться в своем прошлом. А вот Корнелий, дожидаясь казни, вспоминает себя ребенком, затравленным, навсегда испуганным. И как был рад, когда на его место пришел новый страдалец. И как его потрясало и уязвляло, что этот новенький все терпит - а не ломается. И о возникшей дружбе. И о новом предательстве...
А потом события завертятся так, чо у него, взрослого обреченного мужика, вдруг появится шанс. Он станет защитником детей, маленьких безындов или бичей. Встретит друга детства и наконец окажется с ним на одной баррикаде.
Я пока не выяснил есть ли продолжение этой истории. Конечно очень хочется знать, жив ли Карнелий, как сложились судьбы героев. И что там, в Лугах. Ладно, пошел искать...

В глубине Великого Кристалла - 3
Третья книга цикла оказалась очень трогательной. Начиная с прозвища главного героя Ёжики,именно так называла мама Матвея Радомира, кончая напряженным финалом.
Ежики сирота. Живет в специнтернате для особых детей. У Матвея определенно есть сверхспособности. Многое из того, что он видит и слышит объясняется галлюцинациями на фоне тоски по матери.
А по маме Ежики действительно тоскует безмерно. От того, колесит он по кольцу метро, где голос погибшей матери объявляет остановки.
В одной из таких поездок Ежики обнаруживает новую станцию. Голос его матери объявляет Заставу на Якорном поле. Как такие возможно, если мамы давно нет?! И до сегодняшнего для такой остановки никогда не существовало.
Так начинается долгий и трудный путь к правде.

В этой повести мы не только знакомимся с Ежики, который промелькнет еще не в одной из повестей, но и с Яшкой. Тем, что гордо носил на себя бумажное окошко, сделанное Лотико, когда рос на подоконнике мадам Валентины.
Яшка-кристаллик, который мечтает стать звездой и напомнит о себе и о свой мечте еще не один раз.

Застава на Якорном поле очень необычное место. Тут растут якоря разных размеров и форм. Море символов надежды. Когда попадаешь туда с Ежики, оно немного пугает неизвестностью, атмосфера тревожит, кажется что это все очень непрочно. как мыльный пузырь. Но веришь, что именно здесь может случиться чудо. Мамин голос не мог позвать в гиблое место. Якоря не могли обмануть.

Эта повести оказалась самой берущей за душу, волнительной, одной из любимых.

В глубине Великого Кристалла - 2
В глубине Великого Кристалла - 1

Снова вернулась из мира Великого Кристалла и сразу же хочется отправиться обратно.
В этот раз рассказана история мальчишки Ёжики, ищущего свою маму. И он вынужден противостоять взрослому миру, который вроде бы хочет ему добра, вот только, будет ли хорошо от такого, насильного добра? Открывается еще немного информации о Командорах, выбирающих своей судьбой защиту попавших в беду ребят. Вот только, оказывается и настолько светлое дело можно извратить, вмешиваясь в судьбу детей ради "высшего блага". Зато здесь есть такой замечательный друг Яшка, мечтающий стать звездой.
Снова мальчишка противостоит несправедливости и ищет свой путь. Эта та же гроздь миров, граней кристалла и хотя мир другой, но у него есть связь с остальными и хоть мельком, но можно узнать старых знакомых.
Как меня порадовала фраза:

Да и Хранитель с монетки, маленький трубач Итан, это ведь Братик из трилогии "В ночь большого прилива"?
А Юкки "Гусенок" все ходит своим путем, но попутно помогает чем может таким же как он одиночкам в их поисках.
Но немного страшно, что

И еще появилась мысль, что автор часто обрывает повествование словно на полуслове, то что происходит далее приходится додумывать. Иногда от этого появляется ощущение звенящего эха. Звук уже стих, но в твоей душе он еще продолжает звенеть. И поэтому радует в этом цикле, что в следующей книге можно узнать кое-что, хоть мимолетно, крупинки информации, о героях предыдущих.

Насколько сильно мне не понравилась первая часть «В глубине Великого Кристалла», настолько же сильно я была поражена повестью с таким детским названием «Гуси, гуси, га-га-га…» Первую половину книги я вообще не могла соотнести эту жёсткую социальную фантастику с Владиславом Крапивиным, который написал таких знакомых и уютных «Оруженосца Кашку» или «Мальчика со шпагой». И только потом, когда появляются уже ставшие традиционными образы воспитателя-наставника-поводыря и мальчика-не-такого-как-все, я всё-таки примирилась, что это Владислав Петрович, а не какой-то талантливый светоч, маскирующийся под его именем.

Что же у нас есть в той части, от которой я заходилась в восторге? Если кто-то не в курсе про вселенную Великого Кристалла, то кратенько: существует огромное количество похожих друг на друга миров, отличающихся незначительными деталями, которые расположены на гранях кристалла и частенько соприкасаются друг с другом, так что возможны переходы из одного мира в другой. А когда перешёл — тут уж всё просто, язык такой же или почти такой же, люди похожи, а вот за время эволюции сам мир из-за каких-то мелких (или не таких уж и мелких) условий стал уникальным. В таком уникальном мире живёт Корнелий Глас, и от этого мира невольно бросает в дрожь, хоть и говорится о нём не так уж много. В нём всё подчиняется какой-то неведомой Машине, не одной, а многим, но так как Владислав Петрович любезно изобрёл в этом романе Интернет, то мозг у этой Машины явно один. Кстати, помимо Интернета есть ещё одна практически киберпанковская деталь: вживляемые младенцам чипы с биокодом, на котором основана вся дальнейшая жизнь человека.

Так вот, в этом мире очень интересная система правопорядка. За каждое нарушение твой биокод вносится в «расстрельный список» (там, конечно, не расстрел, а другие способы умерщвления, но так называть удобнее). Если нарушение серьёзное, то тебя вносят, например, в список «пять к одному». Это значит, что у тебя один шанс из пяти, что тебя расстреляют. Если нарушение мелкое, вроде «перешёл дорогу в неположенном месте» (что и случилось с нашим главным героем), то список будет «миллион к одному». И смех, и грех, вроде как припугнули, но ясен пень, что бояться миллионного шанса никто не будет. Да и преступников целый миллион не наберут, большая часть этого списка — «пустышки», значит, никого не «расстреляют».

И вот жил наш главный герой своей скучной обывательской жизнью, сытно кушал, тоскливо работал, уныло смотрел однообразные сериалы и по-иному утопал в рутине, а потом получил письмо, что ему-то этот один шанс на миллион и выпал. И Машина неумолима. Иди, сдавайся, бежать бесполезно, потому что твой код уже в базе смертников, поймают на первом же углу. Пронзительное начало: рефлексия, думы идущего на смерть, муки ожидания, воспоминания, тоска по бесполезно прожжённой жизни… Дальше-то будет экшен: ошибки, косяки, побеги, магия, странные детишки. Где-то со второй половины начнётся разумное-доброе-вечное подростковое, которое, конечно, тоже хорошо, но по сравнению с этим необычным началом немного блекнет.

Очень понравилось. Ещё один плюс к моему устоявшемуся мнению о том, что стоит дочитывать до, что тебе первоначально не понравилось: уж так я от продолжения саги открещивалась, а всё же взялась и не пожалела. Думаю, что буду читать про Великий Кристалл и дальше, хотя точно знаю, что Крапивин для меня как тот самый рандом от Машины: не угадаешь, будешь ли от этой книги без ума или останешься разочарованным.

Крапивин, конечно, мастер. Я очень сожалею, что в детстве он прошел мимо, но такое знакомство во взрослом возрасте только углубляет понимание. До этой книги он был для меня очень хорошим советским автором, который сквозь призму детского взгляда рассказывал о совсем не детских вещах (все как любили в ту эпоху - это про рано повзрослевших маленьких взрослых). Но эта книга вывела его на какой-то новый уровень.
Сохраняется концепция быстрого воспитания и двойного дна во всем: тяжёлая травма от потери матери, психологические метания, видения, которые могут быть и не видениями вовсе, взрослые решения того, кто может быть к ним не готов... реальность переплелась со сказкой. И все это - в мире будущего.
Но есть тут что-то ещё, что-то большее. Сюрреализм, сон во сне, магический реализм - все это выходит за рамки стандартной советской детской литературы. Если честно, то и за рамки моего комфортного чтения тоже. Слишком много переходов в сюжете, слишком мало логичных действий. Я все же предпочитаю большую четкость.
Это очень хорошо написано. Это может сломать вам мозг. Как говорится, ничего не понятно, но очень интересно(с). Крутой экспириенс, но я к нему была не очень готова.

"Если они с Яшкой выйдут на Дорогу вечером, окно будет светить у них за спиною. А когда сзади светит, ждет тебя обратно такое вот окно, идти не страшно и жить не страшно."

Сама эта повесть как свет в окошке, как маячок, как верный добрый друг. Много в ней горького. Ведь история эта о послевоенных годах. Город Турень. Та же Тюмень, что стоит на реке Тура. Мальчик третьеклассник Стасик Скицын. Его семья - мама, отчим, потом сестренка Катька. Страшная история маминого мужа, лагеря, пытки, последствия. Бесконечный страх. Но история не совсем об этом.

Она об одиночестве и дружбе. Неизбывная тоска сначала просто по какому-то абстрактному плечу рядом, а потом тоска по настоящему другу. По мальчику-Белому Шарику, по Мальчику - кристаллику, по мальчику- звезде по имени Яшка. У Стасика будут и свои лагеря, как бы детские, но очень тяжелые. В детстве будет противостояние с бандой хулиганов - Чича и другие. Мальчишки, способные на пытки и убийства, лишь бы доказать собственное вычурное превосходство. А Стасик один. Но нет, уже не один. Ведь "один и один - не один". Появится Белый Шарик, который станет Стасику настоящим другом. И будет у Шарика мечта... Но не космическая, не стать Звездой, как ему было предначертано, а стать обычным мальчиком. Вечная мечта Пиноккио. Стать настоящим, живым, простым мальчиком. И пусть это будет только миг в космической жизни, но это и есть тот свет в окошке, в доме, в котором всегда ждут, откуда исходит тепло человеческих сердец.
"У каждого существа в Кристалле должен быть свой Дом с окошком."

Кристалл. Большой Космос. Параллельные миры. Продолжается космогоническое путешествие по мирам, таким разным, но все они составляют грани Великого Кристалла. Все это о мироустройстве. О нашем месте на карте Великого Космоса, о Дорогах, о Домах, о Свете, о побеждающем Добре, о людях и Звездах, о настоящей дружбе, перед которой падают на колени озлобленные сердцем.
"Какая разница? Модель Вселенной и Мальчик. Может быть, это одно и то же..."
Конечно, внутри у простых людей и скрывается целая вселенная. А сердце пульсирует, как освещенное окошко.

Дальше...