Японская новелла

Некоторое время назад я пыталась каждый день читать рассказы и писать на них отзывы. Но как-то всё не получалось и не складывалось. Хотя у меня уже несколько лет лежит около 20 антологий для прочтения. Говорят, что привычка вырабатывается 21 день, потому мой личный вызов: писать свои впечатления каждый день. Сегодня я снова со своим мнением и впечатлением после очередного рассказа Токутоми.

Ясно, что совсем ничего не ясно и дело было самой тёмной ночью. Очередная загадка, неясная мне из-за недостатка информации о культуре, традициях или, в данном случае, семейных узах. Как вы уже знаете, мои любимые читатели, я по любому поводу лезу в справочники. Издержки характера, назовём это так, поскольку любопытством я не обладаю. Но желанием докопаться до сути - в полной мере.

На станции перед вагоном поезда два мужчины ссорятся и ругаются. Один уезжает, другого уводит полиция. Вот и весь рассказ, что же в нём такого? Всё та же типичная ностальгия по прошлому, которое было ещё вчера, но с открытием границ и появлением европейцев меняется всё. Даже обыденный мир обычных японцев рушится и не до приличий, неизвестно, как жить и справляться. И вот уже младший брат отрекается от старшего, выражаясь непочтительно и оскорбительно. Типичная ситуация для нас, но совершенно несвойственная японцам. Стыд и горечь от того, что мир никогда уже не будет прежним, даже, если ты останешься одет в кимоно.

Как бы ты не держался за старое, оно уйдет невозвратно. Рассказ написан очень лаконично и страстно, но тем не менее он о том, что будет, когда человек идёт против традиций и общественного мнения.

Для меня рассказы делятся на несколько видов: психологические зарисовки, эстетические, злободневные, жизненные и общечеловеческие. Если одни можно читать, даже не зная, что за страна, писатель и какая политическая обстановка, то другие вызывают недоумение по поводу содержания. И такие тексты чаще всего остаются для меня непонятыми именно из-за контекста. Ведь не всегда есть достойные комментарии.

Рассказ "Вишня" как раз и относится к таким, оставляющим равнодушным и незаинтересованным. Но автор не зря так увлекался западной литературой, он не оставил читателя без ключа. Такой подсказкой здесь является 1877 год. Он ведь не зря указан, поэтому снова идём искать информацию и открываем энциклопедию. Происходит чудо: нить понимания выпутывается из хаоса мыслей, обрастает плотью и возникает вполне реальная картина. Её красота не столько внешняя, посвященная красоте природы, остроте меча или чистоте мысли, сколько ностальгия по ушедшим временам и по самураям. Фильм "последний самурай" как раз и снят по этому событию, Сацумскому восстанию. Есть даже день, когда самурайство, игравшее такую важную роль, умерло, оставшись только в книгах.

Рассказ о том, что всё меняется, иногда безвозвратно. Сначала ты живёшь в мире, где есть красота цветущей сакуры и "путь чести", а потом цветы увядают и лепестки уносит река.

Одна страница, но как много смысла для тех, кто готов увидеть.

Туман весенний, для чего ты скрыл
Те вишни, что окончили цветенье
На склонах гор
Не блеск нам только мил, -
И увяданья миг достоин восхищенья !

Ки-но Цураюки

Продолжаю своё знакомство с японской классикой и очередь дошла до Токутоми Рока, имеющего всего 50 читателей на ЛЛ и миллион во всём мире. Первый роман был издан в 1957 году и через 10 лет уже имел сотое издание. А я набрела на него в сборнике - Японская новелла , надеюсь, у меня хватит сил заполнить содержание, там много интересного. Даже есть повести о карме, интересно будет прочитать, откуда Олди брали вдохновение для своей великолепной серии.

В предисловии упомянуто, что Токутоми был вдохновлён Толстым, Тургеневым и Гёте и пошел по пути описания природы в прозе. Тем интереснее было узнать, как это выглядит.

Первый рассказ немного поверг в шок своей открытостью, прямотой и атмосферой. Было у старика три сына: старший - дурак, второй - хитрец, а третий - любимец родителей и революционер. Горячее сердце, кипящая кровь и пламя перемен никогда не позволят жить спокойной жизнью. Всегда найдется место, где надо поддержать борьбу. Но это вам не Россия, где после поражения можно приползти домой и зализывать раны. Нет, это Япония, где жёсткий кодекс поведения распространяется не только на самураев. Интригу и развязку не буду рассказывать, потому что это стоит самому прочитать. Удивительный рассказ, совершенно другой по форме, чем прочитанное ранее. Пусть описаний природы здесь не много, зато они очень тонкие и атмосферные, как и людские портреты. Несколько штрихов и погружаешься в описание с головой.

Однозначно, автор меня заинтересовал, пусть тут и чувствуется русское влияние, но это другая дорога.

Продолжаю знакомство с творчеством японского писателя Мори Огай, известного не только у себя в Японии, но и во всем мире. Тем грустнее от того, что на ЛЛ количество читателей всего 149. Вот так мы открываем новые имена в литературном турнире. Пусть и не новые по дате написания, но незнакомые широкому кругу читателей. Классическая литература может удивлять, да ещё и как.

Этот небольшой рассказ открыл для меня новую страницу японской истории. Если самураи, чиновники, гейши и музыкальные инструменты ещё мне знакомы, то рабство - совершенно выбило меня из колеи. Если честно, то даже не могла себе представить, что купля-продажа были когда-то в ходу в Японии. Пришлось открывать просторы интернета и искать информацию о 8-12 веках. Ясно, что дело тёмное и непонятное, в источниках, доступных мне, описан другой вид рабства, чем в произведении. Рассказ написан на основе легенды из буддийского сборника ХI века Сэккё-буси. Тут уже сильно не разберёшься, кто немного приукрасил, возможно, автор немного переделал, чтобы было понятно всем читателям.

Ведь это прекрасная история о стойкости духа, человеческой доброте и силе семейных уз. Но, кроме этого, она о человечности, гуманности, которые скрываются в любом человеке, даже самом испорченном и злом. А ещё о вере, которая поможет не пасть духом и явит истинные чудеса, если ты будешь стоек и тверд на своем пути.

Скоро будет новый набор в турнир, не упустите возможность открыть для себя новое в мире классики

Продолжаю своё знакомство с творчеством Мори Огай и он мне нравится всё больше и больше. Какие тонкие детали, какие незабываемые штрихи и мастерство интриги.

В данном рассказе есть два очень важных поворотных момента:

Первый - в честь которого название - действительно меткая последняя фраза, которая не только показывает мудрость некоторых людей, но ещё и заставляет задуматься власть придержащих. Именно после этого судебного процесса мне стала ясна поговорка о том, что народ достоин своего правителя. Вот прямо вживую увидела, как вертятся шестерёнки в голове у чиновников. Как они прикидывают свою выгоду и выясняют варианты обхода не только законов, но и традиций. Какое решение принять, чтобы самому было хорошо, твоей власти ничего не угрожало и, одновременно с этим - с честью выйти из положения. И ничего не остаётся, кроме как повести себя достойно, а не как обычно. Удивительный момент! И одно слово может повернуть машину правосудия в другую сторону.

Второй момент, оказавший неизгладимое впечатление - скорость японского правосудия в 1737 году. Неповоротливая система с продажными чиновниками и это не все "достоинства" японского правосудия в 18-ом веке. Последний абзац всю историю повернет в таком свете, что можно подумать, что это анекдот. Правда, весь юмор и абсурд дошел до меня после очень тщательного изучения системы летоисчисления. Удивительно, что рассказ основан на реальных событиях.

Написано очень легко и понятно, без излишнего углубления в династии и историю. Я бы даже сказала, что по-западному, но на самом деле, в сочетании Запада и Востока.

Продолжаю знакомство с японской классической литературой. Второй рассказ поэта и толстовца Токутоми. И он меня удивил своим мастерством слова. Кто не любит смотреть на облака, плывущие по небу?

Облака перед грозой, после дожда, на закате или рассвете. Перистые, кучевые, дождевые, воздушные или подсвеченные солнцем. Да, мы все обращаем внимание, что они бывают самыми разными, то спешащими, то плывущими. Иногда мы даже можем улечься на травку и мечтательно рассматривать небо. Но можем ли мы описать это разнообразие цветов и форм? Гораздо проще это сделать художнику. В визуальной форме отобразить то, что видишь - "что может быть проще?", спросит тот, кто сам не пишет. Но даже описать себе, что увидели - уже сложная задача, а выразить мысли словами, не повторяясь в цветах и метафорах - сложнейшая задача.

И Рока справился с ней так, что уже на первом абзаце и небе изумрудного цвета я застыла и попыталась представить эту картину. Не очень получается отключить стереотипное восприятие мира и попытаться увидеть то, что написано. Пришлось лезть в поисковик, чтобы понять, что же это за цвет и как выглядит такое небо. Поиск мне выдал северное сияние и тучи саранчи. Душераздирающее зрелище, но приходится включать фантазию. И это только самая первая строчка, а дальше будет ещё интереснее. Да, это картина акварелью в словах, дышащая двигающаяся и меняющая не только форму, но и цвет.

А какой смысл в этом всём произведении? Три дня наблюдения за облаками, горами, небом и деревьями. И никакого отвлечения на переживания, волнения и личные заморочки. Я хотела бы выделить хотя бы час, оставить суету и осознать свою беспомощность и благоговение перед красотой природы.

Ясунари Кавабата - это воплощение самой Японии, её аватар. Ясунари Кавабата - это совесть Японцев, не позволяющая им забыть суть своих традиций, свою историю.
В данном сборнике больше всего это чувствуется в повести "Старая Столица". Описания праздников, обычаев старого города. В них остро чувствуется тоска по традициям, по старой Японии, по её чувству красоты. Для нас, гайдзинов это все безумно интересно, потому как нам это все в новинку, но ведь он писал не для нас, а для японцев, которые, казалось бы, выросли на всем этом, и им известны все эти описания как нам - рецепт борща.
И тем не менее он пишет об этом очень подробно: о том, как проходит праздник Гион-мацури (теперь уже самый популярный фестиваль во всей Японии), о традициях ткачества, о традициях семейных отношений. Я считаю, что мастерство Кавабаты проявляется в формировании нынешнего японского самосознания: именно он заставил японцев гордится наследием своего прошлого, ну или сделал немаловажный вклад в это формирование. Он заставляет всех, и иностранцев и японцев, увидеть японскую Красоту. Все мы сейчас в курсе, что японцы видят мир иначе, иное у них само понимание красоты. И вот это очень остро чувствуется у Кавабаты. Возможно и до него что-то такое витало в воздухе, но ему удалось поймать ощущение за хвост, сформировать его в текст и открыть глаза на красоту ставших уже такими обыденными для японцев традиций, показать что эти традиции более чем достойны того, чтобы их берегли, сохраняли и гордились ими. Он не просто говорит, что чайная церемония - это уникально и потому ценно, он показывает саму суть, корень чайной церемонии, и говорит о том, что важно не потерять как раз таки эту суть. И так во всем, о чем он пишет. О самом сердце традиций, а не о их внешнем отображении.
"Стон горы". Жизнь японской семьи. Пожилые родители и их дети со всеми своими проблемами. Переживания родителей за судьбы своих детей. И опять же, все так по-японски. В традициях японской литературы - отображение чувств через внешние описания природы (вспомните "Гэндзи моногатари" хэйанской эпохи и хайку-хокку). Кавабата напоминает об этой традиции. В услышанном стоне горы герой чувствует знак приближающейся старости. И он уверен в том, что это стон горы, а не какой-то иной звук или галлюцинация, даже когда его пытаются в этом переубедить . Герои Кавабаты очень чувствительны к окружающей их красоте. Это может быть и природная красота, и человеческая, и красота искусства, и даже красота уродства. Они видят её во всем и это свойство наполняет их такой гармонией, которой я всегда завидовала. Через это самое ощущение красоты во всем окружающем и показаны все их внутренние переживания. Доводилось ли вам делать крюк по дороге куда-то только для того, что бы полюбоваться на давно знакомое дерево или для того что бы посмотреть как распустились цветы? Можете ли вы себе представить, что бы где-то у нас, ну например в том же Питере, отключили рекламное освещение на 40 минут только ради праздничных огней? Вспомните о том как японцы любят пикники под цветущими деревьями сливы или сакуры, о том, что у них целые сады различных цветов, в периоды цветения переполненные посетителями. Вспомните о том, как бережно они ухаживают за каждым деревом и клумбой. А теперь вспомните об оборванной сирени в наших парках, на которой цветет только макушка, до которой никто не смог дотянутся. А ведь цветущая сирень выглядит очень красиво! Красивыми могли бы быть даже дорожки, усыпанные её опавшими лепестками. Но увы, такие уж традиции передаются у нас из поколения в поколение. И нет на нас Кавабаты, который мог бы открыть нам глаза на всю печаль такого обращения с сиренью.
"Рассказы на ладони". Люди и целые жизни, умещенные на пару страничек. Но Рассказаны они настолько полно, что добавление чего-то ещё только испортит их. Читаешь и перед глазами мелькают словно в лихорадке мысли, чувства, события. Порой настолько необычные, гротескные, невероятные. Появляются внезапно и так же внезапно исчезают, сменяют друг друга в лихорадочном танце. Я вообще не очень люблю рассказы, но Кавабата дал мне почувствовать их особую прелесть.

Я прекрасно понимаю нобелевскую комиссию и их мнение при вручении премии Кавабате: "за писательское мастерство, которое с большим чувством выражает суть японского образа мышления".
Так, как Кавабата, о красоте не пишет никто. Прочитайте, и посмотрите на мир новым взглядом.

И снова я в эфире со своим познанием японской литературы. Я люблю малую форму повествования, мне проще сказать несколько слов про неё, чем про романы. Особенно меня истощают объемные классические произведения, свыше 600 страниц, в которых много воды, героев и персонажей. И после всего этого океана слов я хочу быть краткой и лаконичной. А с рассказами всё гораздо легче - они миниатюрны, как правило, и полны намёков и подводных камней. С героями рассказов ты не проживает жизнь, ты должен выкроить момент в своей жизни и впустить чужую ситуацию к себе. Или, по меньшей мере, уделить время на рассмотрение.

Лаконичность и выверенность малой формы меня покорила. А в исполнении японских авторов - это жемчужина, кажущаяся простой, но сияющая изнутри.

Так и в этом рассказе, основанном на реальных событиях, не легенде или чьём-то рассказе, речь пойдёт о двух пожилых людях, поселившихся в старом доме. Их отношения вызывают восхищение и интерес у соседей. Вроде, пожилая пара, а ведут себя как молодожёны. И перед нами разворачивается история их жизни и объяснение всему. Как же это красиво и замечательно! Хочется самому стать лучше и выше.

Итог: я полюбила японскую литературу по одной простой причине: все персонажи - достойные или старающиеся ими стать люди, попадающие в разные ситуации или просто живущие свою жизнь. Достоинство - это основное, что есть во всех прочитанных рассказах. А Мори Огай это изображает открыто и с любовью и в этом заключена истинная красота его творчества.

А вот тут увлекательная статья-гид по японским причёскам.

Люблю я читать японские произведения, они совершенно иначе смотрят на мир, чем мы. Мы все больше спешим, проводим жизнь в движении. Если выезжаем на природу, то это для оздоровления организма, питания экологически чистыми продуктами, и физических тренировок отвисшего в офисе брюшка. Полюбоваться на окружающие красоты? Ну, если планируешь сделать селфи, то заметишь симпатичную елочку в снегу, или ребенку можно указать на закат: смотри, как красиво солнце заходит. Но, в целом, не более того (влюбленных парочек и свежевышедших из больницы ввиду не имею). В Азии же умеют находить красоту в малом, ценить ее и восхищаться ею. Нет, в самом деле, если у нас выпадает снег, то мы бежим кататься на лыжах или ватрушках (проклинаемых врачами-травматологами). А японцы могут поехать любоваться на снег. В цветущий яблоневый сад у нас поедет только художник или фотограф (садоводов в расчет не берем). В Японии же ездят любоваться на цветущую сакуру целыми семьями. Народу на близлежащих холмах столько, как у нас летом на сочинском пляже. Поэтому совсем не кажется удивительным, что герой нашего рассказа каждый Новый год уезжает на несколько дней в один отдаленный отель любоваться на снегопад. Такая уж у него традиция, хотя ей и удивляются некоторые его сослуживцы. А семья уже давно привыкла, может быть, у них этот праздник не отмечается также активно как у нас?
Но в случае нашего главного героя этот снегопад совершенно особый, он не виден никому, кроме него. Случалось вам закрывать глаза и видеть перед собой всякие пятна? Всматривались ли вы в них? Может быть, они превращались в какие-то знакомые очертания? Фигурки животных, или лица каких-то людей? Наш герой видит снегопад, когда закрывает глаза. А потом отдельная снежинка вдруг превращается в человека, знакомого ему, уже умершего человека. Вот так можно опять стать маленьким, побыть рядом с отцом, у него на руках, поговорить с ним. Можно встретиться и с другими, уже ушедшими, но дорогими тебе людьми. Новый год - время, когда можно пообщаться со своими близкими. Вот он и общается с ними, с теми, с кем уже нельзя поговорить в другое время.

Это последний рассказ автора из сборника - Японская новелла (сборник) . И он оказался таким понятным, что чуть не придумала себе, что понимаю японцев. Но мечты остаются мечтами, поскольку утверждение очень далеко от истины. До понимания ещё сто реинкарнаций и долгие годы труда в Стране Восходящего Солнца.

А этот рассказ был очень доступно и понятно написан. В нём мало ссылок на историю и прошлое, этакий образчик простоты и лёгкости стиля. Но в моём читательском опыте - это первый японский иронический и смешной рассказ. В некоторых местах походе на сарказм, но ни в коем случае не сатира. С самых первых строк я почему-то подумала про Льва Толстого, а последние только подкрепили это впечатление.

Рока был последователем и поклонником учения Льва Николаевича, даже 2 года пытался сам заниматься крестьянством. Итог этому эксперименту и не только ему, подведен в этом эссе. (Да, я бы назвала этот небольшой текст именно эссе, а не рассказом.) И это уже философские выводы о жизни о призвании и о том, что ты идёшь не той дорогой, что должен идти по призванию. Можно всю жизнь прикидываться тем, кем не являешься, но это ничего не изменит.

И, как ни странно, но каждая строчка приникнуть Богом, хоть это открыто и не называется. Да, гордыня - самый страшный из грехов.