Магия книги

«Окончив дневные труды, великие люди предаются чтению для восстановления души»
Блаженный Августин, изменённая цитата

В оригинале говорится не о «чтении», а о «музыке», но на мой взгляд, это небольшое изменение не отменяет истинности высказывания. Для чего люди читают книги? Можно назвать сотни причин, предложить оригинальные и не очень принципы классификации читателей, самих книг и методов их чтения. В определённой степени нечто подобное и делает Гессе, вот только общий лейтмотив его размышлений «связан» мудростью Сиддхартхи - «для любой истины противоположное ей так же истинно». Ещё у Гомера можно прочитать:
«Гибок язык человека; речей для него изобильно
Всяких; поле для слов и сюда и туда беспредельно».
Иными словами, принимаясь за чтение «Магии книги», не удивляйтесь противоречиям, игре слов, отсутствием однозначных выводов; ведь только невежество делает людей смелыми (и, добавим, категоричными), а размышления рождают нерешительность.

«О чтении»
Содержание статьей первой части сборника позволяет сделать парадоксальный, на первый взгляд, вывод: по-видимому, Гессе сформировался как писатель гораздо раньше, чем созрел в своих вкусах как читатель. В качестве подтверждения приведём следующую цитату: «Читать книгу — для хорошего читателя это значит постигать существо другого человека, его образ мыслей, это желание понять другого человека и, может быть, сделать своим другом». Можно увидеть, что Гессе говорит здесь не об обыкновенном, «заурядном» читателе, а о том, каким читателя хочет видеть писатель, скорее, о критике. Очевидно, что так называемый «хороший» читатель ищет в книге всё же собственные мысли и переживания, «он только хочет, чтобы ему их представили в великолепной форме», рассуждения на тему «что хотел сказать автор» остаются далеко позади, где-то на школьных уроках.

Задача зрелого читателя, не всегда осознанная, может быть, – не познание автора (что в свою очередь может являться целью для специалиста-литературоведа), а познание самого себя, и именно в этом заключается сакральный смысл книги. Признавая и отстаивая принцип свободы творчества, мы с не меньшей настойчивостью требуем и свободы восприятия. Правда, вынуждены соглашаться с Гессе (а точнее, с Юнгом), что абсолютная свобода творчества (и, соответственно, восприятия) – «просто иллюзия сознания: человеку кажется, что он плывет, тогда как его уносит невидимое течение».

«О писателях»
Осмелюсь предположить, что некоторые из статьей Гессе о писателях и поэтах, включённые в сборник, не являются результатом критического анализа и долгих размышлений, а представляют собой в известной мере случайные рассуждения; sit venia verbo, пафосные, легковесные и поверхностные. Можно встретить и откровенные банальности, как например, «читать Роллана — редкое, исключительное наслаждение».

Статьи становятся интересными (и невозможно выразить насколько!) лишь тогда, когда сквозь общие места «проглядывает» настоящий Гессе – писатель и мыслитель. Это может быть короткое, но страстное восклицание, как в заметке о Флобере: «он не мог – как и две трети немцев сегодня – решиться на то, чтобы искать свою судьбу только в своей душе, а не в звёздном небе», или свойство статьи в целом, как в случае с Достоевским: блестящее эссе, изобретательное, глубокое, изящное и очень дискуссионное. Пожалуй, именно статья о Достоевском представляет собой ярчайший пример того, как много «личного» привносит читатель в понимание (истолкование) любого автора.

Эти наблюдения позволяют сделать вывод о том, что принцип, положенный в основу составления сборника, – статьи Гессе о литературе и только – оказался не совсем удачным. Не избежать сравнения со сборником мемуарной и публицистической прозы Томаса Манна «Путь на Волшебную гору». Сравнение со всей очевидностью показывает, что «Магии книги» не хватает самого Гессе – это могли бы быть его заметки о собственных романах, ответы на письма читателей, публицистические работы, посвящённые не только литературе… Насколько можно судить по оглавлению, сборник с таким же названием, но под редакцией Александра Науменко, возможно, не столь «односторонен», как этот вариант Галины Снежинской.

Поучительная и банальная история про книжного червя, который однажды уютно устроился в защищенном мирке литературы и так провел в нем всю жизнь, вдали от мира реального.
Будоражили его лишь книжные страсти, сердце замирало от любви только к героям книг и их авторам, живой интерес вызывали только вымышленные люди, но когда наконец то наступило пресыщение, и так отстроченное на долгие годы, захотелось простого человеческого, реальный мир его отвергает, а книги уже потеряли для него все очарование.

Такое печальное напоминание, что все должно быть в меру, предостережение не зацикливаться на чем то одном, развиваться всесторонне, проявлять любопытство ко многому.

С творчеством Германа Гессе я знакома давно и, смею предположить, достаточно неплохо: много лет назад мною были прочитаны «Степной волк» ", «Сиддхартха» , «Дамиан» , «Нарцисс и Гольдмунд" Герман Гессе , знаменитая «Игра в бисер» - то есть, основные произведения автора. Но все они относятся к художественной литературе, а шанс познакомиться с Гессе-публицистом выпал только сейчас. Сборник "Магия книги" состоит из эссе разных лет, посвященных, как можно догадаться по названию, книгам и двум основным видам деятельности, с ними связанным, - чтению и писательству. Иными словами, в этом сборнике Гессе-писатель знакомит нас со своей другой ипостасью - Гессе-читателем.

Естественно, две эти ипостаси неразрывно связаны. Читатель определяет писателя, а писатель в свою очередь не может не влиять на читателя. Уникальность эссе заключается именно в том, что эти две личности здесь объединяются в одну. Начинает Гессе со своего отношения к книге как к материальному объекту. Он много говорит об издательствах и самой проблеме издания книг в современной ему Германии, а если учесть, что годы жизни автора 1877 - 1962, то охватывает он большой и бурный период. Гессе застал еще тот период, который мы называем классическим для литературы (не путать с классическими древнегреческими и древнеримскими авторами). И его читательские предпочтения - Гёте, романтики, Шиллер - ясно об этом свидетельствуют. Конечно, такой всесторонне развитый человек, как Герман Гессе, не мог ограничиться писателями только одной эпохи или одной страны, его интересуют также индийские и китайские авторы, но больше в пересказе (даже не в переводе!) соплеменников. Знаком он с русскими "столпами", Толстым и Достоевским, в основном, Достоевским. Из французов - Флобер, из англичан - Диккенс. Из современников называет Кафку и нескольких немецких прозаиков, к сожалению, у нас совсем неизвестных. Разумеется, я далека от мысли, что ни с кем другим Гессе знаком не был, но отсутствие знаковых для 20 века имен все же говорит о некоторой ограниченности. Это можно объяснить тем, что в середине 20 столетия Гессе был уже немолод, следовательно, литературные открытия остались для него в прошлом. В преклонном возрасте люди скорее перечитывают, нежели читают. И здесь мы приближаемся ко второму недостатку (для меня) читательского подхода Гессе.

В своих эссе он неоднократно говорит о преимуществе медленного чтения. С одной стороны, он прав. При медленном вдумчивом чтении литературные достоинства произведения предстают перед нами наиболее полно. Мы можем насладиться языком, погрузиться в создаваемую автором атмосферу, постичь его идеи, согласиться с ними или отвергнуть их, примерив их на себя и свой собственный опыт. Чем медленнее мы читаем, тем больше нюансов и подробностей, мельчайших и одновременно важных деталей остается в нашем сознании. При быстром чтении такое очарование легко может потеряться. Если за год вы прочитаете 5-10 книг, то они все гарантированно останутся в вашей памяти. Если же книг будет больше, то многое сотрется или будет упущено еще в процессе. С другой стороны, чем больше книг, тем больше точек зрения на одну и ту же проблему вы можете рассмотреть, тем шире станет ваш кругозор. С моей точки зрения, самое важное, яркое, по-настоящему выдающееся и самобытное вы все равно не забудете. Если же ограничить себя теми же 5-10 книгами, вы рискуете много пропустить и в итоге так и не найти свою книгу или своего автора. Кстати, Гессе сам себе противоречит с этим медленным чтением. Он говорит о своей библиотеке в несколько тысяч томов, и не остается сомнений, что все эти тома были им прочитаны, многие - неоднократно.

Если же оторваться от темы скорости чтения, то во многом с Гессе-читателем я согласна. Он выделяет три типа читателей. Первый читает с утилитарной целью - узнать как можно больше информации. Образование - благородная цель, но накапливание знаний есть лишь первый этап на пути развития личности. Приятно общаться не с тем человеком, который много знает, а с тем, который умеет эти знания проанализировать и связать с окружающим миром. Второй тип, весьма распространенный, читает для развлечения. Этот тип склонен к бульварной литературе, которая может легко возбудить интерес, пощекотать нервы, но которая легко и забывается, часто вскоре после того, как откладывают книгу. В наше время такой тип может вообще не читать, удовлетворяясь телевидением и интернетом. Я специально не упоминаю здесь кино, так как в кинематографе не все служит для развлечения. Третий же тип, к которому Гессе безусловно относит себя и к которому всем бы хорошо относиться, это тип, который читает для самопознания и познания мира, но не материальной его составляющей, а духовной. Такой читатель проживает книгу, он становится ее частью, а она - частью него. Как говорит сам Гессе в остроумном эссе "О чтении книг", такой читатель может и вовсе не читать книг, ибо весь мир для него книга, но парадоксальным образом не читать он не может.

Довольно странным мне показалось, что в сборнике полностью отсутствуют работы, написанные во время Второй мировой войны, но это вопрос не к автору, а к составителю. Тем более, что мне было бы любопытно почитать гессевскую антивоенную риторику, которая в данном издании ограничилась одной фразой типа "гитлеровские прихвостни". И это было моим вторым главным разочарованием после недостатка в современной автору литературной критике.

В общем и целом, Гессе-писатель мне показался интереснее и глубже Гессе-публициста, ну а Гессе-читателя я судить не имею права.

А что сверх этого, мой сын, того остерегайся: составлению множества книг не будет конца, и увлекаться ими — утомительно для плоти.

Экклезиаст, 12 глава, 12 стих

Думаю, многие из нас задавались вопросами: стоит ли пользоваться списками и подборками лучших и обязательных ? Сколько читать ? Как относиться к скорочтению ? Стоит ли собирать личную библиотеку ? Как быть с бестселлерами и книжными новинками ? Нужно ли стесняться своих литературных предпочтений ? Гессе даёт ответ на такие вопросы, однако не стоит забывать, что это лишь личное мнение автора, которое может не совпадать с вашим и это не есть плохо.

Я полюбила Германа Гессе ещё в детстве, прочитав его сказку "Карлик", "Степной волк" побудил меня знакомиться с автором дальше. Само собой, подобный сборник волшебника слова, знакомого с издательским делом, не мог оставить меня равнодушной.

Перед нами сборник статей, эссе и очерков о книгах, библиотеках, чтении, писателях и философах. Эти размышления проверены временем, они схожи с хорошим вином, оставляющим приятное послевкусие. Первая часть сборника кажется вводной, лёгкой, она несколько противоречива, вторая часть - качественные рецензии, хороший разбор определённых работ, побуждающий по новому взглянуть на знакомых авторов, прочитанные произведения (Кафка, Толстой, Достоевский, Гофман, Стендаль, Рильке, Гёте и т.д.).

После каждого очерка чувствуешь потребность поразмышлять над словами автора, переварить их, сделать собственные выводы. Мне близко отношение Гессе к модной литературе, к писателям, которые делают ставку на продаваемость, потому они берут актуальную проблему или же болезненную тему и выдают раскупаемые "шедевры". О серфинге в Интернете и сканирующем чтении статей мнение автора можно узнать из текста о чтении газет. Must read, конечно, можно найти и здесь, однако никто на нём не настаивает.

Было бы здорово, если бы "Магию книги" обсуждали на школьных уроках, проводя дискуссии среди старшеклассников.

Я часто задаюсь вопросами: что читать? как много нужно читать? и, самое главное – зачем читать (помимо наслаждения)? Естественно, каждый должен отвечать на такие вопросы сам, а вернее – принимать на себя ответственность за решение. Но мне было очень интересно, что думает по этому поводу Герман Гессе, книги которого я люблю.

«Магия книги» - это сборник эссе, писем, монографий Германа Гессе, библиофила-профессионала, мыслителя и философа, автора таких произведений, как «Степной волк», «Игра в бисер» и «Нарцисс и Златоуст».
Автор рассуждает о писателях и писательстве, о критике, о чтении, об издательском деле.
Как библиофил-любитель я не мог пройти мимо этой книги.

Неприятно чувствовать себя марионеткой в руках издателей и промоутеров. Сколько раз я обжигался, увлекшись модным автором или красивым изданием, а в итоге разочаровывался. Неприятно, вдруг, почувствовать себя теленком, доверчиво потянувшегося к ведру с обратом, но получившего удар хлыстом. Вопрос что читать кажется простым (выбор-то огромен, найти можно что угодно), но одновременно и очень сложным: чем шире море – тем сложней навигация. Здесь можно доверять только собственному вкусу и не бояться читательских экспериментов, не увлекаться оберткой, внешним блеском. Мне польстило то, что Г. Гессе мыслит так же:

«Если книги не рекомендованы и не навязаны текущей модой, то неученый человек испытывает перед ними зачастую такой же необоснованный страх, как и перед произведениями изобразительного искусства. Он чувствует, что "ничего в этом не смыслит", он не доверяет собственным суждениям…»

Дальше больше...

Я обжегся однажды на книге Дэна Брауна «Код да Винчи». Написано очень увлекательно, живо, интересная тема, невидимая поддержка многомиллионной читательской армии, уже познавших эту книгу, но… автор обманул всех – он не ответил на те вопросы, которые поставил; он нарушил законы жанра – в детективе уж точно нельзя «развешивать ружья» по стенам и оставлять их неразряженными. С тех пор я остерегаюсь читать «самое модное». Хотя, все равно, бывает.
Герман Гессе много читает. Как классиков, которых он обожает, так и современников – их он рецензирует, критикует, ищет бриллианты. Хорошую современную литературу и в его время было трудно найти, так же как крупицы золота в тоннах породы.

«…самые древнейшие произведения - наименее всего устаревшие. То, что модно и привлекает всеобщее внимание сегодня, завтра может оказаться отвергнуто; что сегодня ново и интересно, перестает быть таковым послезавтра. Но оценка того, что уже пережило несколько столетий и все еще не забыто, не сгинуло, видимо, и на нашем веку не претерпит особенных колебаний».

Гессе советует читать классику. Так надежней – меньше промахов. Кто-то из нас уже пришел к этой мысли. Одни интуитивно, а другие путем логических измышлений. Но все же автор не настаивает на классике. Каждый выбирает свой Путь и некоторые наоборот чураются старинной литературы, предпочитая искать и ошибаться среди современников, но найдя – получать неимоверное удовольствие. Гессе призывает к качественному чтению:

«Жизнь коротка, и по ту сторону ее никого не спросят о количестве одоленных книг. И поэтому неумно и вредно тратить время на чтение, не представляющее ценности. При этом я имею в виду не только плохие книги, а прежде всего качество самого чтения».

Хотя эти размышления плохо коррелируют с тем, что сам Г. Гессе читал очень много и много перечитывал.

«Я прочел несколько десятков тысяч книг, некоторые не раз, некоторые по многу раз…»

Гессе призывает к тому, чтобы перечитывать наиболее понравившиеся книги; каждый раз они будут открываться с другой стороны, становиться глубже, объемней.
Как дотошный читатель, не могу не посчитать: пусть «несколько десятков тысяч книг – это 2 десятка тысяч; если читать по одной книге в день, то 20000 книг прочитаешь за 54 года. Хм. А если еще и перечитывать? Да еще находить время на писательство? И критику… и живопись… Неужели возможно так быстро читать?

Помимо непосредственно чтения Г. Гессе рассказывает об издательском деле (в его семье были издатели, он тоже издавал книги), и даже поясняет, как заботиться о книгах.

«Пользование книгами, естественно, подразумевает чистоту и опрятность; особенно следует остерегаться дурной привычки в паузах между чтением класть книги на стол раскрытыми страницами вниз. Не следует использовать в качестве закладок и толстые предметы (прессы, линейки, карандаши и прочее), а брать для этого только специальные книжные закладки из бумаги, сатина или шелка. Для драгоценных переплетов, которых особенно жалко, легко можно изготовить суперы из тонкого картона, по вкусу разнообразно украшая их цветной бумагой, материей, вышивкой, шелком».

Отдельные части сборника «Магия книги» посвящены писательскому делу.
Г. Гессе рассказывает о собственном опыте и размышляет о функции писателя вообще:

«Каждый писатель дает нам тем больше, чем совершенней выражает собственный тип. Меланхолик, как ни подавляй он свои слезы, жизнерадостности нам не внушит, а тот, чье мировосприятие окрашено в сумеречные тона и настроено на уныние, утверждает бытие тем более страстно, чем глубже ощущает он тернии во всякой усладе, чем зримее для него тревожные тени, нависающие над прекрасным».

«Нет, писатель, как я понимаю его суть, не должен решать, что на земле значительно и что незначительно. Обязанность его, по-моему, состоит как раз в противоположном - священная обязанность показывать вновь и вновь, что "значение" - это только слово, что значение либо не приписано ничему на свете, либо приписано всему, что нет вещей, которые надо принимать всерьез, как нет и таких, которые принимать всерьез не надо».

Критику Г. Гессе одобряет. Но разделяет ее на настоящую и ненастоящую. Гессе сам много критикует и мне хочется в этом вопросе ему доверять.

"суждения ценны, если они положительны. Каждое отрицающее, порицающее суждение, даже если оно с виду и правильное, становится ложным, как только оно высказывается... Констатация "недостатков"... - не суждение, а скандал"».

Очень интересно прогуляться по «виртуальной», как сейчас бы сказали, библиотеке Германа Гессе, которую он формирует вместе с читателем. Гессе размышляет о «вечных» книгах, которые подошли бы для «идеальной» библиотеки. На современном сленге – must read. Здесь много немецких писателей. Это естественно. Особенно Гессе почитает Гёте. Здесь не только европейцы, но и американцы, и азиаты – особенное место досталось индийцам и китайцам. Конечно, с неподдельным интересом я выискивал строчки о русских писателях. «Остались почти все и русские» - скупо, но емко («остались», потому что Г. Гессе не собирает библиотеку, а «выбрасывает» из нее лишние книги, которые не прошли проверку временем). Хотя, это только начало. «Так как великий классик русского языка Пушкин относится к непереводимым, мы начнем с Гоголя, включив в нашу библиотеку его "Мертвые души" и повести». Среди русских особенное место Гессе предоставляет Достоевскому. Но найдется местечко и для Толстого и для Тургенева. И для других. Нужно только прочитать «Магию книги» и вы узнаете для кого. А еще на полке Гессе столько неизвестных мне фамилий, что становится обидно за прожитую жизнь. Хотя, нет! Некоторые фамилии, показавшиеся мне незнакомыми, я, кажется, видел на полке Гарри Галлера. Но «видеть» и «читать» - это разные вещи.
А после создания библиотеки Г. Гессе сам же и сомневается в ней. Потому что размышления о «вечности» книг и авторов субъективны, как ни старайся.

Сборник «Магия книги» заканчивается большой статьей-биографией Г. Гессе, автором которой является Александр Науменко (ему также принадлежит перевод и предисловие). Помимо того, что все прочитанные мною книги Германа Гессе попали в «яблочко», автор интересен еще и тем, что он немец и пережил первую и вторую мировую войны. Я не нацист, я стараюсь выделять личность человека из общей массы. Но не всегда получается. В «Степном волке» Гессе размышлял о войне; сожалел о том, что родился в стране, которая развязала одну войну и готовится ко второй. Но высказывания через героев книги и действительность – не одно и то же. Имея генетическую предвзятость к Германии 10-х – 40-х годов я хотел узнать, чем занимался Г. Гессе в то время, когда «Тигры» мяли нашу траву, когда уничтожался Сталинград и Курск. И с облегчением узнал, что некоторые книги Гессе запрещали, что сам он эмигрировал из Германии в Швейцарию еще в 30-е годы. Он даже рассматривал возможность эмиграции в США, Бразилию или Россию (хорошо, что не к нам, иначе не избежал бы лагерей). Закрыв этот пункт, который меня тревожил и за который мне стыдно, я продолжил чтение с легкостью, хотя чтение почти подошло к концу.

Окунуться в «Магию книги» было очень приятно. Статьи, письма, эссе – все материалы расположены в хронологическом порядке, поэтому была возможность наблюдать за развитием автора, за ходом его мыслей в разрезе всей жизни.
«Давайте также и не скорбеть чрезмерно о том, что из понятия "книга" выхолощено почти все его былое величие, что в последнее время благодаря кино и радиовещанию ценность и притягательность книги упала, кажется, даже в глазах толпы.»
Гессе еще не знал о телевидении и интернете.
Очень хочется узнать мнение Гессе-библиофила, трепетно относившегося к книгам, о современном чтении с электронных устройств. Мне кажется как всякий по-старчески консервативный человек, он не полюбил бы их, но как мыслитель, как философ, заключил бы, что «каждому свое» и последующие поколения почти наверняка забудут книгу. Таков естественный ход вещей.
А про себя подумал бы: «уйдет Книга, исчезнет и Магия».

В книге собраны критические заметки и эссе о мировой литературе (в основном о немецкоязычной, что вполне понятно, но Достоевского, Пушкина с Толстым тоже не забыл великий Гессе) и о культуре в целом.
Есть развёрнутые эссе, а есть короткие.
Писатель предстаёт добрым и вежливым критиком и анализатором важных на его взгляд литературных работ.
Так же Гессе рассуждает о плохой и хорошей поэзии.
О Новалисе я раньше не слышала, теперь попробую поискать его произведения на просторах интернета.
Не очень поняла к чему упоминания о Казанове и даже целая глава, ему посвящённая. Он слыл как самый главный герой-любовник, воспоминания о плотских похождениях не делают его писателем, как мне кажется. Но тем не менее автор книги решил его упомянуть.
А ещё меня удивила глава о Зигмунде Фрейде. Он вроде бы психиатр, а не писатель. Тоже странный выбор Гессе.

Принимать один раз в сутки перед сном.

Невольно первой фразой я пародирую Глаттауэра , австрийского колумниста. Во всяком случае, тот называл свои книги (сборники статей) своеобразным лекарством, и это было довольно смело с его стороны. «Магия книги» тоже является лекарственным сбором статей, только менее злободневного и более литературного толка.
В каком-то смысле, эта книга похожа на сборник афоризмов, вот только «афоризмы» занимают в ней по пять-шесть страниц, они медлительны и величественны, а их автор — велеречив, тактичен и нежен, в конце концов. Для подлинной афористичности его текстам не хватает ёмкости и лаконичности, поэтому было бы правильнее назвать их не афоризмами, а гессеизмами: гессеизмы о чтении, гессеизмы о писательском мастерстве, гессеизмы немецкой литературы, гессеизмы мировой литературы, гессеизмы китайской литературы, гессеизмы о психологии, гессеизмы русской литературы и т.д. Принимать их следует в небольших дозах, чтобы успеть переварить прочитанное, однако воспринимаются они на удивление легко. Я ожидала от автора «Степного волка» и «Сиддхартхи» большей запутанности, а он всего лишь мягко обволакивает и ясно выражается. Чтение Гессе и по Гессе обладает волшебным очарованием.

Вообще он один из немногих писателей, который рассказывает о магии чтения. Например, в статье «О чтении книг» он выводит интересную типологию читателей. Попробую пересказать её своими словами:
1) читатель наивный: является ведомым книгой, поглощает её, как едок поглощает блюдо на столе, ест и насыщается, следует за книгой туда, куда она его ведёт;
2) читатель-охотник: знает, что каждая вещь может иметь десятки и сотни разных значений, не верит слепо в написанное, и особым наслаждением для него будет возможность увидеть, как писатель покоряется материалу (потому что никакой свободы относительно содержания и формы у писателя вовсе нет), то есть такой читатель не идёт на поводу у автора, а скорее следует за ним, как охотник следует за добычей, чтобы увидеть всего его огрехи и слабости;
3) читатель — полная противоположность тому, кого принято называть «хорошим»: он является настолько самостоятельной личностью, что книга для него служит лишь отправной точкой для собственных размышлений, и в итоге он следует не за книгой, а за мыслью (вот только такое времяпрепровождение трудно назвать чтением).
Впрочем,

Я убедилась в этом на своём опыте: пока читала эту книгу, побывала в каждой из категорий. Иногда я верила автору, особенно когда читала о совершенно незнакомых мне людях. Иногда не верила и даже чувствовала некоторое внутреннее торжество, осознавая, что знаю о ком-то больше, чем знал Гессе около семидесяти лет назад. Иногда мыслями, зацепившись за какое-нибудь изречение, уходила далеко-далеко, то ли пытаясь разобраться в себе, то ли обдумывая устройство мира. Этот сборник ни в чём не ограничивает своих читателей.

Из гессеизмов (независимо от темы, на которую они были написаны) я вывела для себя образ Гессе — национального классика (о, эти постоянные реверансы в сторону Гёте , Гёльдерлина , Жан Поля и прочих немецких авторов!); по крайней мере, национального в большей степени, нежели мирового. Такое открытие — в пределах разумного, ведь Гессе воспринимал родной язык не по-немецки чувственно и оттого в первую очередь ценил классиков той литературы, к которой принадлежал и сам. Но всё же, всё же... Как он сам говорил,

Но всё же он оказался настоящим рыцарем души, и его искренность нельзя было не оценить.

Сейчас я задумалась о том, что не знаю, как к нему относится западная читательская аудитория. Но Гессе понятен и близок нам, русскоязычным читателям, и уже одно это выводит его за ограничительные рамки национальной литературы. Он снисходительно любим востоковедами всего мира — а это окончательный диагноз. Немного Гессе есть в каждом из нас.
Кстати о востоковедах. Гессеизмы китайской литературы рассеяны мимолётными упоминаниями по всей книге, но им посвящена и отдельная статья. В ней Гессе представляет три столпа китайской литературы: Конфуция , Лао-цзы и Чжуан-цзы . Мне кажется, если дать себе такую установку, то можно проследить их влияние на всё творчество Гессе, — но подтверждений этому пока нет, многое ещё не прочитано. Аналогичная ситуация и с интересом писателя к психологичной и психологической прозе: Фрейд , По , Кафка , Бенн , Юнгер — все они стоят у него на одной полке, в одном ряду, и если задуматься, то можно легко вообразить, как именно каждый из них повлиял на автора. Последний раздел посвящён гессеизмам о русской литературе, такой, какой её видит европейский читатель/писатель. В этой части Гессе упоминал лишь три великих имени — Пушкин , Толстой , Достоевский , — и казалось, что это были авторы, близкие к нему по времени. Но именно это меня опечалило. Если бы Гессе составлял подобный список сегодня, то, боюсь, великих имён в его списке не сильно-то и прибавилось бы. Во всяком случае, у меня сложилось стойкое впечатление, что всё самое лучшее в русской литературе уже свершилось, и ждать чудес боле не след.

Подытоживая, могу сказать, что «Магия книги» — это собрание взглядов немецкого писателя на чтение и литературу в целом, его критика (хотя точнее будет слово «обзор», но для подлинного обзора не хватает систематичности в фокусе его интересов) виднейших имён национальной и мировой литературы, которые впечатлили и зацепили Гессе и, как мне кажется, составили тот базис (тот «сор»), из которого выросло всё творчество этого писателя.
__________________________
Перевод книги хорош. Во всяком случае, я легко могу представить себе немецкий оригинал, но читаю русский текст не задумываясь, не застревая на том или ином пассаже, а в случае гессевской манеры писать это дорогого стоит. Однако организация у книги ущербная. То ли на ней хотели сэкономить, то ли редактор настолько зачитался гессеизмам, что совсем забыл продумать представление материала в свёрстанном книжном блоке. Признаться, я склоняюсь к первому, ведь если бы редактор читал статьи, он бы обратил внимание, насколько важно знать в начале каждого текста, в каком году он был написан. Не из-за того, что Гессе с годами менял мнение (как раз таки нет), а из-за того, что для полноценного понимания важно знать, в каких реалиях появился на свет тот или иной текст, какие внешние факторы оказали влияние на автора при создании того или иного гессеизма. Из-за этого работать с книгой было тяжело; впрочем, это её единственный недостаток. Компоновка статей по разделам и темам очень продуманная (наверное, редактор всё-таки работал над организацией материала), тексты изящно (в духе Гессе) перетекают один в другой, делают паузы для приведения мыслей в порядок и продолжают своё неспешное течение. Знаете ли вы, кто такие Музиль , Ортега-и-Гассет , или не знаете — не важно, вы всё равно прочитаете статью о каждом из них. А потом ещё захотите прочитать несокращённые издания «Мемуаров» Казановы, нецензурированные свифтовские «Путешествия Гулливера» и полное собрание переписки Гюстава Флобера с Жорж Санд , о которых так интригующе рассказывал в соответствующих статьях Гессе. А потом и вовсе закопаетесь в биографии и собрания сочинений Гёльдерлина и Жана Поля, о которых там и сям с нежностью вспоминал Гессе, но которым в итоге не посвятил отдельного текста в этой книге. (Возможно, он писал о них где-то ещё?)
Так или иначе, участь ваша предрешена: открывать гессеизмы перед сном и читать-читать-читать. И когда гессеизмы закончатся, вы уже не сможете остановиться. Что поделаешь, такова магия книги.

Рассказ про человека, который читал, читал, читал, читал, читал, читал, а потом вдруг очнулся, и понял, что жизнь – прошла мимо. Какая неожиданность!!! На самом деле главная проблема героя рассказа вовсе не в том, что он много читает, а в том, что он ничего кроме этого не делает. Хоть бы рецензии писал, что ли:)

Обман – по всем статьям обман!!! Нет никакой гнусной книжной стены - за исключением стены из действительно гнусных книг. Есть гнусная пассивность, гнусное нежелание жить. Ну а кто не желает жить, всегда найдет повод свалить на кого-нибудь или на что-нибудь ответственность за конечный плачевный результат.

P.S. Рецензия родилась из следующего обсуждения.

Размышления Гессе о книгах и чтении встретились мне давным-давно, в журнале «Студенческий меридиан». Там были опубликованы фрагменты из эссе, и еще тогда подумалось: надо их найти и прочитать полностью.

Тем более что у меня с автором сразу завязался спор: Гессе утверждал, что настоящий читатель не станет разбрасываться, он должен выбрать писателя и дотошно его творчество изучать, смаковать, а не заниматься торопливой погоней за всем подряд. Я была категорически не согласна, у меня на столе лежала гора надкусанных книг. Интересно было всё и сразу.

И вот время шло, позади полжизни, «Степной волк», «Игра в бисер». Долгим получился путь к «Магии книги»! Тут впору будет похвала книжным сообществам: отзывы и рекомендации очень порой бывают кстати, благодаря постам вспомнила о Гессе.

И вдруг обнаружилось, что сборников под таким названием не меньше двух, издательств «Лимбус Пресс» и «Книга». Дорожка в лабиринте раздваивается! Содержание не совпадает! В общем, интерес удвоился, результат тоже.

Особенно привлекло эссе «Чистка библиотеки», актуальная тема. И библиофил Гессе проходил через это! Вот он обходит свои книжные ряды, терзаясь вопросами:

Это, кстати, точный тест на читательские вкусы и ценности — от чего человек откажется и что оставит. Практический выбор скажет больше, чем отвлеченные размышления. А избавился Гессе от книг по истории, философии, истории искусств, переписки Гёте и половины англичан. Двойные издания вычистил, у него они тоже были, Метерлинка сократил. Оставил Бальзака, Стендаля, Монтеня. Русские остались почти все, однако трактаты Толстого он как следует проредил.

В общем, Гессе — минималист, практиковавший осознанность, он и теперь нашел чем меня вдохновить. А ведь в сборнике еще и «Чтение в кровати», и «Дешевые книги», и «Непризнанные писатели», много привлекательного — в сборнике изд-ва «Книга», где больше эссе.

Читала и расстраивалась, потому что мне нравится Гессе, а вот я бы ему не понравилась. Так что печаль и сопли до подбородка. По его классификациям читателей я всегда вхожу в самые непрезентабельные группы, которые можно назвать "книжным ситом". Приятно читать что-то у уважаемых тобой писателей, относящееся к тебе, не правда ли? А тут прямо противоположное. Потом Гессе подлил масла в огонь с Гофманом и По, с которыми я не сошлась характерами, так что была уже на грани битья в набат. Все сошло на нет, когда Гессе стал рассказывать о любимых русских писателях.

"Магия книги" - это самая настоящая книжная солянка из разных статей и эссе, написанных Гессе на протяжении всей жизни. Редакторы любезно расположили их по хронологии, так что можно с увлечением ( по крайней мере, мне было увлекательно) наблюдать изменение отношения Германа Гессе к книгам, их владению и пользованию. Будучи сама заядлым библиофилом и собирателем книг, на многое отзывалась с большим пониманием, и это до сих пор актуально для каждого читающего человека.

Однако есть и такие моменты, что со временем изменились, хоть и не пропали бесследно. Тут вопросы о бумаге, стоимости книг, оформлении, бессознательности текущей книжной моды и многое другое. Например, узнала, что Великобритания была первой страной, ставшей уделять большое внимание оформлению. Вот и найден секрет того, почему у них такие шикарно оформленные книги. Столетний опыт не пропьешь. Интересно посмотреть и немецкие книжные реалии Германии в начале 20 века с позиции писателя и читающего человека.

Мне всегда во всех обсуждениях и при знакомствах с читающими людьми интересно, как сформировывался он как человек читающий - родители ли, случайный вирус или плохая компания. Автор статей и издатели сборника довольно полно осветили этот вопрос по отношению к самому Гессе. Его семье, окружению и книжной жизни посвящена целая статья-послесловие. Написана она довольно мутно, но информативно. Особенно, что касается основных тем творчества Гессе.

Конечно, я не прочитала ничего революционного или крышесносного, что бы пролило свет на все книжное мироздание. Из статьи в эссе кочует одна простая мысль - невозможно найти уникального средства полюбить чтение. Как нельзя составить одного списка самых лучших книг для каждого человека на планете. У каждого этот список должен быть свой, выработанный годами и множеством прочитанных книг. И еще нужно снова и снова возвращаться к тому, что прочитали и понравилось. Я раньше не любила перечитывать, но последние месяцы рука так и тянется к знакомому и родному. Хочется вновь пережить все самое лучшее, что было в моей читательской жизни.