Поющие в терновнике

Сейчас он не помнил, что отказался от нее когда то, что другой провел ее до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для нее и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови

Неужели все мужчины такие — любят что-то неодушевленное сильней, чем способны полюбить живую женщину? Нет, конечно, не все. Наверно, таковы только сложные, неподатливые натуры, у кого внутри сомнения и разброд, умствования и расчеты. Но есть же люди попроще, способные полюбить женщину больше всего на свете.

— Если нет веры — нет ничего.
— Весьма непрочная основа.

- Почему вы ее так не любите?

• Потому что ее любите вы.

Никому и никогда не испытать чужую боль, каждому суждены своя.

Вот почему плохо, когда ты остров; забываешь, что и за пределами твоих берегов что-то происходит.

Читать эти письма значило, в сущности, влекать что-то из ничего; но они приносили самую главную, самую важную весть: раз они приходят, значит, мальчики еще живы.

Повторяй себе,  повторяй без конца:
у тебя своя жизнь,  Мэгги, и нечего тратить ее на пустопорожние мечты о том, кого ты не получишь в мужья,  и о детях, которых у тебя не будет.

Для чего она живёт на свете? Теперь она горько жалела, что ей не хватает такого умения, этого пробела не возместить, сколько бы досуга у нее ни оказалось. И все же вот он есть, досуг, покой, праздность, ощущение здоровья и чисто физического благополучия - можно лежать на песке и попробовать собраться с мыслями.

Он не  льстец, но истинный дипломат.

– А замуж ты не собираешься?
Джастина презрительно скривила губы.
– Черта с два! Всю жизнь утирать мокрые носы и грязные попки? И в ножки кланяться какому-нибудь обалдую, который подметки моей не стоит, а воображает себя моим господином и повелителем? Ну уж нет!

Я продал тебя , моя Мэгги , продал за тринадцать миллионов сребреников  

Коли чоловік породжує синів, то він — справжній мужчина.

— Вот этого я и не понимаю. Мучений. — Он опустил глаза, посмотрел на маленькую руку — она так нежно поглаживает его по руке, и от этого так нестерпимо больно. — Зачем эти мучения, Мэгги?

— Спроси господа бога, Ральф, — сказала Мэгги. — Он-то знаток по части мучений, не так ли? Это он сотворил нас такими. Он сотворил наш мир. Стало быть, он сотворил и мучения.

Самым лучшим женщинам приходится тяжелей всех, вот что я вам скажу.

Ты - моя роза, твой прекрасный человеческий образ и мысли о тебе всегда со мной.

Замужество – это, знаешь ли, для безмозглых девчонок.

Спогади - це втіха, коли вщухає біль.

© Ральф де Брикассар