Собрание сочинений. Дом свиданий. Романы. Рассказы

Где и как я откопала этот роман, даже не спрашивайте: он явно не на слуху, его не рекламируют по сто раз на день нигде и никогда, но, тем не менее, решилась его прочитать. События книги изображены как статические картинки. Я узнала из Википидии, что автор является сценаристом, тогда понятно откуда такие изображения. Роб- Грийе очень описателен, до дотошности, для меня это излишне, но, может быть, кто-то любит. Книга мрачная, странная, похожая на повторяющееся неприятное сновидение, от которого не можешь избавиться. Герой действительно находится в своеобразном лабиринте. Вокруг появляются какие-то люди, то они замирают, то двигаются, а он ходит повсюду с этой несчастной коробкой. Мне иногда казалось, что герой находится в предсмертной агонии, и ему всё мерещится. А ещё тут присутствует значительная заторможенность. Не могу сказать о книге ни плохо, ни хорошо, потому что сама нахожусь в подвешенном состоянии после чтения.

В этой книге нет аптеки и ледяной ряби канала, иначе ее можно было бы отчасти считать развернутой иллюстрацией известного стихотворения Блока. Но вот фонарь, пустые улицы, снег и снова снег, одиночество, пустые улицы, кружения, пустые улицы, цель неизвестна, пустые улицы, снег, фонарь, пустые улицы в этом произведении есть. Это антироман, в котором нет сюжета, а только бесконечное кружение повторяющихся образов, слова захватывают читателя, увлекают в безумие одинаковых улиц, одинаковых встреч, одинаковых людей. Солдат (кто он: дезертир, проигравший битву герой или мертвец?) бродит по городу и ищет встречи с человеком, которого он не знает на улице, название которой он не помнит. Он раз за разом встречает мальчика, хозяина кафе, женщину, инвалида и врача, и никто из них не способен ему помочь.

В эту книгу очень сложно войти, мозг сопротивляется длинным описаниям полустатичных образов, которые сменяют друг друга и снова возвращаются. Но потом из книги уже сложно выйти, и читатель перевернул последнюю страницу, а в его голове продолжают кружиться улицы, неотличимые друг от друга дома и снег. Эта книга написана в конце 50-х годов 20 века, и как бы впитала в себя опыт предыдущих литераторов. Абсурд Кафки, мрачные и красивые образы символистов, эксперименты над формой начала 20 века, антивоенную прозу двух мировых войн. Лично у меня кроме опоминавшегося выше Александра Блока, с книгой ассоциируется еще «Петербург» Андрея Белого с его кружениями, сумасшествием и снегом, и почему-то немного Курт Воннегут – не могу пояснить почему.

Не знаю, стал бы ли я советовать эту книгу, всем – точно нет. Однако если любите эксперименты в литературе, мрачную атмосферу и поэзию безнадежности, ознакомиться с ней можно, может, и вас увлечет метель блёклого города.

Этот рассказ - вымысел, а не свидетельство очевидца. В нем изображается отнюдь не та действительность, что знакома читателю по личному опыту: например, не носят французские пехотинцы на вороте шинели номер воинской части, так же как не знает недавняя история Западной Европы крупного сражения под Рейхенфельсом или в его окрестностях. И все же здесь описана действительность неукоснительно реальная, т. е. не претендующая ни на какую аллегорическую значимость. Автор приглашает читателя увидеть лишь те предметы, поступки, слова, события, о которых он сообщает, не пытаясь придать им ни больше ни меньше того значения, какое они имеют применительно к его собственной жизни или его собственной смерти. А. Р.-Г.

Лабиринт действия, лабиринт изображения, лабиринт восприятия.

Лабирит действия, замкнутого на самом себе; отображенного в лабиринте восприятия.

С восприятием однако сложнее; как к картине импрессионистов, лучше не слишком приближаться, чтобы лучше рассмотреть.

Текст как процесс, текст как эксперимент, текст как лабиринт.

Очень впечатлило.