Из ее глаз брызнули слезы, падре Анхель почувствовал, будто теплый уксус потек по его пальцам.

- Эти воспоминания повысят содержание сахара в вашей крови, - предупредил врач.
Рот больного широко открылся.

• Наоборот, - возразил он, - они помогают мне больше, чем ваш проклятый инсулин.

- Каким надо быть мудаком, чтобы написать в листке о том, что и так знают все.

- Длинноват рассказ? - спросила она после молчаливого раздумья.
Точным движением, усвоенным в операционной, доктор поднял голову из-под крана.

• Называется коротким романом, - ответил он, глядясь в зеркало и намазывая волосы бриллиантином, - но я бы его назвал длинным рассказом.

• А критики, наверно, назвали бы коротким рассказом, только слишком растянутым.

- Как зовут? - спросил алькальд.

• Аристотель.
• Я о женщине, - пояснил алькальд.
• А! Ее мы зовем Кассандра, она знает, что всех ждет.

• Мне хотелось бы ее трахнуть, - сказал он.
• Это очень даже можно, - отозвался директор цирка.

- Я к вам зайду когда-нибудь, - сказал он решительно.
Лицо зубного врача ничего не выражало.

• Приходите когда хотите - может, сбудутся мои надежды и вы откинете копыта у меня в кабинете.

Несколько месяцев назад, когда алькальду сообщили, что назначен регистратор актов гражданского состояния, он запросил по междугородному телефону, как его встретить, и получил ответ: "Боевыми снарядами".

Разрешить эту проблему было легко - следовало только назначить регистратора актов гражданского состояния. Еще больше облегчил дело секретарь, который сказал:

• Просто-напросто надо послать за ним - он уже год как назначен.

- Много я перевидал на своем веку мертвецов, но этот бедный юноша больше похож на мертвого, чем мертвец.

- Вам следовало бы принести его на исповедь, - сказал падре, но слова его прозвучали не слишком убедительно.

Женщина выдернула гребень, тряхнула несколько раз роскошной гривой и, выкрикивая "Суки, суки!", как одержимая бросилась вниз по лестнице.

Парикмахер перешел к туалетному столику, чтобы промыть расческу. Сеньор Кармайкл увидел в зеркале его козлиное лицо и лишний раз убедился, что не уважает парикмахера.

Ранним утром в понедельник впервые ненадолго перестал лить дождь, городку потребовалось несколько часов, чтобы очнуться и поверить в это.

- Чихайте, падре, на здоровье, - сказал ему алькальд. И, улыбнувшись, добавил: - У нас демократия.

Казалось, пятница не кончится.

- Однако показывать фильм сегодня, когда в городке только что похоронен убитый человек, было бы неуважением к его памяти. А ведь это тоже аморально.
Владелец кинотеатра уставился на него:

• В прошлом году полицейские убили в кино человека, и когда мертвеца вытащили, сеанс возобновился!

Сесар Монтеро уже собрался закрыть за собой дверь, когда в спальне зазвонил будильник. Жена слезла с постели. Он стоял, держась за задвижку, пока жена не заставила будильник смолкнуть, взглянул на нее в первый раз за все это время, размышляя о чем-то своем.

• Ночью во сне я видел слонов, - сказал он.

– Гораздо лучше высказать все в глаза, чем держать нож за пазухой, – не открывая глаз, сказала она. – Было бы ужасно, если бы ты держал обиду в себе.

Вся доброта, все заблуждения и страдания его деревни проникли в его сердце, когда он впервые в это утро глотнул воздуха – эту голубую влагу, наполненную петушиными криками.