Damned

"Проклятые" Паланика -- это образец "современного искусства" в плохом смысле. Это выдуманная история про девочку, которая от распущенности и безделья решила заняться развратной игрой с приёмным сыном своих богатых родителей и в плачевном итоге этого попавшая в ад. Ад и является основным местом действия книги. Населяют его якобы как обычные бесы и демоны, известные по христианской и другим мифологиям, так и известные исторические личности вроде Гитлера и Екатерины Медичи.

Многие подробности касательно устройства ада очевидно абсурдны и противоречивы: в одном месте утверждается, что в аду из-за жары невозможно использование пластиковых предметов, а в другом месте говорится о компьютерах, очевидно, изготовленных из пластика, установленных в аду и за которыми якобы работают демоны и грешники. И если в аду так жарко, что плавится пластик, то непонятно, как могут там обитать миллиарды людей, не страдая от пекла. В общем, сплоховал Паланик. Характер главной героини также не вызывает сочувствия: разбалованная, с детства развращённая, претенциозная и самодовольная девочка-мажорка, к тому же ханжа, смотрящая на других свысока и возомнившая себя чуть ли не королевой ада.

В книге очень много подробностей откровенно вызывающего, провокативного характера: описание чудовищных, немыслимых сексуальных извращений, разврат, горы похабства и сквернословия. Книга рассчитана на низменные инстинкты, на поверхностного массового читателя, которого можно впечатлить описанием чего-нибудь развратного и шокирующего. Ничего большего эта книжонка не несёт, никаких ценных наблюдений, мыслей или идей она не содержит. Это сплошной разврат ради разврата, похабщина ради похабщины.

Не надо набрасываться с криками, что я ничего не понимаю в писателе шедевров литературы - книга мне не понравилась не потому, что Паланник плохо пишет. Из-за его прекрасного слога, множества различных стилистических приемов и средств, которые я так люблю, я и дочитала книгу до конца. Мне очень нравится, как он пишет. Зачитывалась его метафорами, сравнениями, оксюморонами и т.п. с превеликим удовольствием. Но сама книга не моя. Пошлость на пошлости. Отвратительно. Да-да, я такого не ценитель, хоть триста раз эта пошлость будет преподнесена в виде сарказма или иронии, мне все равно, ну неприятно читать, и все. А язык его прекрасен. Но не слова.