Как сон

Общая идея: спящее сознание – это жизнь на автопилоте, которая не есть жизнь; идея многократно обыгранная в культуре – и это просто замечательно, что автор подал ее так, что она выглядит абсолютно незатасканной и свежей.

Войцех Кучок последовательно представляет читателю троих героев сонного царства, которые станут друг для друга причиной для пробуждения: первым появляется сопротивляющийся родительским попыткам уложить его спать Адам, вторым – заснувший слишком надолго в жестком семейном распорядке дней и ночей Роберт, и третья героиня – спящая красавица Роза, вовремя пробудившаяся (и даже – разбуженная прекрасным принцем, как того требует канон) от пут сна, скрывавшего от ее сознания действительную реальность отношений с супругом.

Этих троих окружают персонажи сонной реальности – люди-символы, не выходящие за пределы своей функции, застывшие в определенном наборе качеств: Мать и Отец у Адама; Жена, Тесть и Теща у Роберта; Господин Муж и Психиатр у Розы; они не имеют личных имен – они выполняют свою функцию, отыгрывают свою роль сценария и заставляют героев, носящих имена – Адама, Роберта и Розу – подавать реплики и выполнять действия, не отклоняясь от заданного сценария, иначе говоря – «спать», то есть поддерживать единожды начатую манипулятивную игру: в подчинение родительской власти, в прилежное исполнение своей роли, в соответствие возложенным ожиданиям, в отдачу дивидендов от вложенных средств, в принудительное неведение и подыгрывание лжи.

И если углубляться в психологические аналогии дальше, то сонные реальности троих героев имеют отличия, благодаря которым их можно соотнести с различными разновидностями (вернее, стадиями) сна:

• сонная реальность Адама – стадия засыпания, поверхностный сон, – и отказ спать, когда реальность оказыватся более интресной и привлекательной;
• сонная реальность Роберта – стадия быстрого сна, REM, за которой следует пробуждение;
• сонная реальность Розы – глубокий сон без сновидений, стерилизующий сознание и очищающий его от всего, что может его потревожить.

  Стиль изложения книги – «поток сознания» – кому-то нравится, кому-то нет, но он здесь органичен хотя бы потому, что сравним с потоком сновидения – непрерывным непредсказуемым путешествием по знакомо-незнакомой «реальности» сна.

  Снятый по книге фильм «Сонливость» (Sennosc, 2008) Магдалены Пекож я посмотрела сразу после прочтения, он прекрасно ее дополняет и вместе они составляют замечательную пару (даже при том, что в фильме некоторые детали скорректированы, сделано это к месту и удачно).

Живи еще хоть четверть века - Все будет так. Исхода нет. (А.Блок)

Или есть? (©)

В эту книгу попадаешь, как в паутину, раскинутую автором почти до горизонта. Но пытаясь выбраться из неё с помощью привычной логики и читательского любопытства, ты понимаешь, что липкие серые нити невнятных жизней описанных в ней персонажей только сильнее обволакивают тебя. От страницы к странице ты буквально тонешь в их пустой и тупой обыденности, в которой всё настолько буднично, вяло и до тошноты ординарно, что хочется бежать из книги, куда глаза глядят, чтобы не впасть вслед за ними в эмоциональную летаргию. И сама стилистика слегка ерничающего потока сознания вперемешку с некоторыми авторскими комментариями вполне соответствует впечатлению пыльного савана, запустения и заброшенности.

Все мы время от времени почему-то продолжаем «жрать кактус», и я не исключение, поэтому, преодолев первые колебания, я всё же продолжила чтение, надеясь, что должно же что-то произойти, что нарушило бы этот сон. Но надежды не оправдались в той мере, в которой мне этого бы хотелось. Почему-то автору не очень веришь, хотя он мастерски проводит свою идею, что мы нужны другим и другие нужны нам. Наверное, он просто сильнее меня верит в любовь и в её животворящее влияние, хотя и я согласна: это действительно счастье, когда у тебя есть кто-то, от кого у тебя замирает сердце, рядом с кем ты готов на большее, чем ради самого себя, да и просто – с кем радостно поутру съесть сосиску, кусая её с обоих концов до поцелуйной серединки. В такие моменты ты готов простить жизни многое!

Тем не менее книга вызвала у меня вполне однозначные ощущения - что-то сродни сартровской «Тошноте», и я её восприняла не столько даже как литературу, сколько как своеобразное эмоциональное испытание. На протяжении всего чтения меня преследовало внутреннее раздражение на пассивность героев. Сколько в них ханжества, занудства, консерватизма, банальщины и посягательств на чужую свободу! С первого знакомства кажется, что у каждого персонажа всё идёт не так, как надо. Даже если они думают, говорят и делают что-то привычное и правильное, создаётся впечатление, что всё равно всё происходит шиворот-навыворот, по касательной к их смыслам и желаниям. Все они по-своему несчастливы, и все существуют в каких-то пыльно-безвыходных обстоятельствах, из которых из лени или из глупости не хотят выкарабкиваться. Их всё устраивает, даже если и не вполне устраивает; они ничего не хотят менять и не желают ничего знать, лишь бы всё шло, как идёт. Они утопают в самопотакающем бездействии, которое разнообразят лишь их мелкие и слегка постыдные секреты. Обыденность в квадрате. Повседневность в апогее. Обывательство в абсолюте.

Но… примеряя описанные автором истории на себя, на жизни моих друзей и знакомых, я поняла, что сходу найти даже десять отличий не всегда удаётся! Это наша жизнь такая или мы такие? И чем дальше я читала, тем больше переживала какое-то неловкое сочувствие и к знакомым, и к персонажам – примерно такое, какое мы обычно испытываем к инвалидам или беспризорным детям. Вокруг главных героев - Адама, Роберта, Розы, как, впрочем, и вокруг каждого из нас, – так много по сути равнодушных к ним безымянных персонажей (Отец, Мать, Господин Муж, Жена, Тесть), которые окружают их, как картонные декорации, не интересуясь ими и не желая тратить на них ни мысли, ни чувства. Откуда это отчуждение, эмоциональная глухота друг к другу, замешанные на крутом нарциссизме или эгоцентризме? Почему они так живут? Что же должно произойти, чтобы все они проснулись?

Оказывается – всего лишь… искреннее внимание друг к другу, участность, интерес к рядом текущей жизни, ответчивость на переживания близкого человека. Не «Я» и «Ты», а «Мы». И не надо никакого самопожертвования или доказательств верности и близости! Все мы, как птицы в гнёздах, живём друг в друге. И всё, что нам нужно – это надёжное гнездо, пусть маленькое, но родное. Так что, господа, давайте вить гнёзда, чтобы не остаться бездомными.

Что отличает хорошую литературу от плохой? Я не хочу сейчас касаться имен писателей, жанров или чего бы то ни было еще. Вот просто, перед вами две книги: какую вы посчитаете хорошей, а какую плохой? Для себя я ответила на этот вопрос так: если читаешь запоем даже то, что тебе совершенно не нравится, значит это хорошая книга, хорошая литература. И решила я так не далее, как сегодня, проглотив в несколько присестов книгу Войцеха Кучока «Как сон». По сути, мне в ней ничего не понравилось. По крайней мере, вначале. Начинающий доктор–гей, выискивающий мужчин, похожих на мальчиков; умирающий писатель, интересующийся чужими пипками (интерпретация автора); бывшая актриса, впадающая в нарколепсию, сделав хоть что-нибудь грандиозней чиха. Не слишком впечатляющие герои… Кроме того, стиль повествования липкий, как патока. Фразы, словно зависают в воздухе и тянутся, тянутся застывающим растопленным сахаром, накручивая, завивая и повторяя одни и те же слова бесконечно. Читаешь и думаешь – зачем? Но вот что-то держит, не отпускает, не заставляя даже дочитывать, а словно беря «на слабо» - спорим, дочитаешь сама, тебе захочется. И дочитываешь. Потому что выхода другого просто нет. Затопило по самую макушку. Умяло чувствами и эмоциями. Показало жизнь во всем неглиже.

"Нелюбимым мало что удается, их неживая жизнь порастает плесенью, их души задыхаются".

В книге совершенно нет действий. Нет, действия, конечно, какие-то есть. Герои что-то делают, разговаривают, живут, как минимум. Но вначале их жизнь напоминает все ту же застывающую патоку. И по мере того, как они понимают, что так жить – это все равно что умереть, стиль повествования меняется. Фразы обретают форму, жизнь героев – смысл. Становится интересней, что же в итоге выберет каждый из них, потому что и доктор, и писатель, и актриса теперь не как минимум живут, они свою жизнь рисуют заново.

"По-настоящему люди могут жить только в других людях ... депрессия - это не что иное, как бездомность, от депрессии страдают люди, у которых нет никого, в ком можно было бы поселиться".

И вот когда для каждого находится тот, в ком можно поселиться, становится не важно – что скажут окружающие или сколько этой, уже перерисованной жизни осталось. Просто все становится на свои места, как последняя прочитанная страничка в книге.

… ветер приходит, чтоб нас отсюда сдуть, стереть наш след и засыпать наш путь, следы на дорогах, где мы прошли вдвоем, не то все подумают, что мы еще живем…