Давно не брал в руки такую толстую книгу… почти семьсот страниц. Но... затянуло.
Проо что... Конец семнадцатого века на Урале. Главные герои (их два) это остяки-пчеловод и зверолов Русай и его сын Боляк. На их земли нацелился кочевник Чубар, и они решают идти к древнему святилищу Гляден- просить у богов защиты. Вроде бы простая задача принести дары, получить благословение и вернутся. Но по пути все идёт наперекосяк. Забыли в спешке ритауальный котел (казалось бы, ерунда, но для язычников и таёжного пути это серезно). И понеслось- бури, потопы, встречи с колдунами, беглыми каторжниками, шаманские обряды с дурманящим напитком «лосиные сопли»…
На самом святилище выясняется, что трёх шаманов должно быть, а их только двое. И Боляку намекают (в тайне от отца_ – ты должен стать третьим). Он, естественно, не хочет. Он подросток-балбес! Но шаманы так просто не отпускают. Начинаются испытания, унизительные и членовредительские. Боляк с помощью друзей (Ярко и грибник Сойтесьмек) пытается выкрутится, лезет в подземные ходы за рудой, выплавляет особую ритуальную фигурку, но руды не хватает и тогда он ломает на переплавку тот самый новый котёл, который с таким трудом купили по пути. То есть сам себе создает проблемы, причём капитальные. Да и не только себе.
И это, пожалуй, главное, что цепляет в книге. Герои здесь не ходят прямыми дорожками, не делают только правильный выбор. Боляк то спасает раненого гуся (и тем самым отводит от себя угрозу стать жертвой), то из упрямства и молодой глупости ссориться с одним из шаманов, то лезет куда не просят. Вроде бы положительный герой, а поступки сплошь ошибочные. И расплачивается за них не только он сам, но и те, кто рядом. Ярко гибнет, Русая изгоняют, а Боляк получает проклятье в виде вечного отлучение от милости богов.
То есть, по идее, он все провалил. Но сделал как по его - едет домой. Но ехать обратно приходится не с победой, а с кучей новых проблем.
Обратный путь... Это вообще отдельная история. Вот принято -есть развязка, есть кульминация. Как по мне – развязка и кульминация были еще в конце первой части. То есть тут как бы две развязки и две кульминации но это уже я выболтал лишнего.
Короче, Русай ранен, а еще к ним на прицеп падает беглый каторжник Гультяй (человек-умора) которого обвиняют в краже казны Строгановых. Короче за ними гонятся. Они попадают в какое‑то лешево место между мирами, где сражаются с чудовищным медвелешим (тут вообще начинаются такие монстры, что диву даёшься). Выбираются, снова попадают в плен, их спасают по второму кругу. Причём каждый раз вмешиваются то пёс Прохвост (тоже подобрали), то разбойница Манька, то вовремя подоспевший вогул Копчик из первой части.
Да, случайностей много, но они как‑то органично вписаны.
И все это время Боляк мечется между долгом, любовью (к нэве Весняне, к Маньке), проклятьем и простым желанием выжить. Он даже свое имя умудряется потерять в ритуале, когда спасает чужую жизнь. Причём спасает ценой того, что лишает Гультяя надежды на снятие его собственного проклятья. И вот эти моральные качели-когда любой выбор кого‑то предаёт пожалуй, самое сильное что есть в романе.
Женские персонажи… Они тут нетолько для любовной линии приделаны, а каждая со своим грузом. Весняна первая любовь, которая остаётся холодна, когда Боляк возвращается. Манька - разбойница, которая тащит на себе сюжет в прямом смысле, а потом исчезает, унося тайну того кто же украл казну, ну и разбив Боляку сердце (не без этого;)))
Боевые сцены… Их много. Автор не щадит читателя кровь, грязь, жареные кишки, разрубленные рёбра с бющимся в разрубе сердцем, смерти на любой эмм «вкус». Но я бы не сказал что ради эпатажа. Вот один эпизод:
«Поток унёс всё, что плавало в стоячей воде — могильные оградки, кресты, трухлявые жертвенные столбы и свежие гробы. Всё это закружилось в водоворотах, как бывает только на Ирени. Река яростно плевалась водой на горящие лодки, которые шипели, исходя струями едкого дыма, и тоже вовлекались в общее кипящее вращение. Крутившиеся колоды били по лошадям и людям, подминая их под собой. Кто-то выныривал, хватаясь за горящие кресты и обломки гробов, опрокидывая их на себя вместе с мертвецом. Получалось, что истлелые, страшные мертвецы нападали на барахтающихся в воде степняков, будто восставали на святой и праведный бой за всех живых».
Тут, конечно, возникает вопрос, а зачем вообще мертвецы? Но по ходу книги понимаешь, что для автора мир мёртвых и мир живых не перегородка, а лишь сообщающиеся сосуды. И в финале это выстреливает.
Мифология... Мифология вообще пронизывает всё. Вот поверье про небесного лося:
«Как бы Боляку ни хотелось увидеть священного лося Янгыя, — но сперва он задрал голову. Созвездие небесной лосихи и лосёнка всё так же было приколочено к ночному небу. Стало быть, не сошёл с небес лось, и ещё поживёт земля. Ведь когда старик-лось сходит на землю, под копыта ему подкладывают что-то драгоценное... Ибо Янгыю нельзя касаться земли. Ощути лось её хоть одним копытом — он поймёт, что это новое место для жизни, и вострубит, призывая звёздную лосиху с лосёнком к себе. А они притянут небо, оно рухнет на землю, и настанет конец всему!»
И таких вставок много. Они не тормозят сюжет, а объясняют, почему герои поступают так, а не иначе. Почему боятся не только врагов, но и даже случайно уронить что‑то не то.
Теперь о том, что лично мне показалось лишним. ..
Сюжет.... Закручен, но местами-перекручен. Героев слишком много. К середине третьей части начинаешь путаться, кто кому кем приходится и кто кому что должен. Там ещё эти «манарнаты» -долг чужой жизни, - когда один спас другого, и теперь они связаны кровными узами навек. Идея хорошая, но когда таких связей набирается пятокк, - это слегка утомительно.
И сцена в подземелье, где Боляк ищет руду… растянута. Автор явно хотел показать все круги этого мира, но к концу третего (или второго?) спуска под землю уже хочется крикнуть: Вылезай скорей!
Ещё раздражает, что некоторые линии обрываются в никуда. Например, ворожец Вугойка-жуткий тип, которого боятся даже шаманы. Он насылает на Боляка порчу, а потом просто исчезает. И в финале нам намекают, что его ещё искать и искать, но книга заканчивается, а поиски так и не начинаются. Видимо, для второй части оставили. Хотя... Сюжет закончен, вроде все линии сошлись, но пара персонажей сгинула, и причем не без следа, что как бы намекает..
А вот описание природы… тут я без претензий. Читаешь и будто сам сидишь на берегу Ирени:
«А солнце восходило, разливая повсюду свет, выкрашивая яркими красками потухшую, помрачневшую с ночи землю. На ней взблёскивал жёлтый, бурый, красный лист, которого изрядно уже намело с деревьев. Между этих ярких пятен чернью проступали кострища, взблёскивали серебром седоватые головни, сканью вились обындевелые травы».
Таких мест много. Они не тормозят, а просто создают тот самый «эффект погружения», когда забываешь, что на диване под пледом, а не идёшь по тайге.
Сравнивать с Ивановым... Наверное, неизбежно. Тоже Урал, тоже шаманы, тоже жестокость. Но у Иванова герои всё‑таки больше исторические-князья, воеводы, миссионеры. А у Рачуня в центре простые остяки, которые просто хотят, чтобы их оставили в покое. И конфликт у них не с государством даже, а с судьбой, с богами, с собственными ошибками. К тому же Иванова читаешь как камни таскаешь, а тут тебя сюжет сам тащит...
Финал... К финалу выясняется, что Боляк проклят так, что его проклятье перешло на весь мир. И он должен это как‑то исправлять. Но книга обрывается на том, что война закончена, а проблема то вроде как осталась.
Наверное, для того, чтобы если что вторую часть покупали. Если она будет. Если будет то куплю скорее всего. Задело за живое. Есть история в книге – вот главное. Книга - как жизнь, каких только загогулин не выписывает, а идет вперед!
22 понравилось
