Дневник обольстителя

Поматросил и бросил.
Один ни чем не выдающийся молодой человек в тайне промышляет тем, что соблазняет невинных девушек. Но не просто соблазняет, а растягивает удовольствие и наслаждается процессом. И да, все свои подвиги описывает в дневнике.
Читать было тяжело. Очень тяжело. Видимо, пора мне завязывать с романтично-сентиментальной литературой. Не трогает.
А вот мысли Йоханнеса были интересны. Но всё-таки каков подлец! Поиграться поигрался, наслаждение получил, а Корделии теперь с этим как-то жить.

Изящная история соблазнения, рассказанная господином Кьеркегором, представляет из себя оду эстетики. Йоханнес стремится превратить свою жизнь в чувственное искусство, соединить действительное и идеальное, сохранить молодость души и сердца, познать себя, и с каждым новым знанием возрождаться как феникс, стряхивая с крыльев затухающий пепел.

Манера повествования, лишенная диалогов, показывает с одной стороны недосказанность сюжета и его некую универсальность, давая читателю возможность самому поставить недостающие слагаемые в полученное уравнение, с другой стороны вызывает у того же зрителя в моем лице долю раздражения. Автор пишет, что после удачно вставленного замечания, девушка встрепенулась, и в мельчайших подробностях расписывает нам последствия произошедшего и всю бурю чувств, нахлынувшую на несчастную девушку. Но я тоже хочу встрепенутся, я хочу сама понять остроумен ли герой, а не читать его размышления о своем остроумии. В этой книжке слишком многое дается в уже переработанном варианте, вгоняя читателя в узкие рамки, лишая его возможности самому сделать выводы.

"Дневник обольстителя" в первую очередь это размышления философа, который выбрал жанр художественного романа как полотно для вязи мыслей. Хотя многие идеи Кьеркегора в наше время служат скорее отражением давно ушедшей эпохи, сам дух романа, эта неутолимая, эгоистическая, изобретательная жажда наслаждений в какой-то мере живет в каждом сердце. У Йоханнеса на нее надета упряжка разума, он мирно скачет, наслаждаясь видом и придаваясь размышлениями, ему некуда спешить, ведь вся его жизнь искусство, а оно бессмертно.

Дневник обольстителя. Тщетно я пытаюсь выяснить, какой страстью к недоступности следует обладать, чтобы оказаться столь преданным рабом идеи прекрасного. По словам обольстителя, надлежит лишь возвысить человеческое сознание до красоты, вообразить переполненную чувствами душу, за исключением искренних(зачеркнуто) любовных, и суметь направить волю столь верно, чтобы неуклонно следовать своей цели не нарушать священного союза с эстетикой. Признаться, я была бы в восторге от подобного образа в художественном изображении, он был бы чудным мифом, смелым замыслом, фантасмагорическим идеалом, все это куда ни шло... но в действительности!

Исключительная аллегорическая точность и на редкость глубокое изображение психологической структуры человека восхищает, а после повергает в ужас. Там, где мыслью проникают в твою тьму, зачастую безвозвратно немеет сердце, порождается страх "из осознания невозможного" и, собственно, отчаяние от страха "из осознания невозможного".

Так что воздержись пока, приятель, от интереса к этой книге, если не хватит смелости быть обезоруженным сей сверхъестественной проницательностью писателя и...его иронической улыбкой.

И в этом весь он, "автор" и герой этого дневника. Нет, цель у него, конечно же, есть. Но вот какова она?
Он, этот молодой человек - своего рода эстетический маньяк, хотя внешне производит впечатление вполне себе благообразное. Ну кто бы мог подумать, что в душе у него таится такая демоническая брешь. Хотя нет, он ведь не извращенец какой-нибудь, в привычном понимании этого слово, но сладчайший и опаснейший яд разлит по всему его существу.
И всё же он - маньяк. Человек, в сознании которого определённая идея возведена в ранг культа. И он методично движется к своей цели, всемерно поглощённый этой высокой эстетической идеей. Да, он никого не убивает. Но разве же убийство - это чисто физическое действие? Разве его хитроумнейшая и до мельчайших деталей просчитанная игра с судьбой, с характером и мыслями молоденькой невинной девушки - это не убийство самого её существа?
Невольно всплывает ассоциация с героем повести Фаулза "Коллекционер". Ведь тот тоже не хотел причинить никакого физического вреда своей "возлюбленной", невинной девушке. Он также (всего-навсего!) был одержим сверхидеей прекрасного. И всеми своими чувствами любовался предметом своей эстетической похоти, своим "лучшим экспонатом". Правда, в отличие от Йоханнеса, Фредерик на порядок менее развит и для любования он знал только одно условие - несвободы: чтобы его чудесная "бабочка" не выпорхнула из своей "золотой" клетки. Он был грубоват и слишком плосок. От этого сравнения личность героя Кьеркегора приобретает ещё более демоническое звучание. Йоханнес - страшен. Он ни в коем случае не претендует на физическую свободу Корделии. Наоборот, её свобода - один из залогов успешного достижения цели. Но о какой свободе может идти речь, когда он, как ловкий и кровожадный паук, незаметно и методично опутывает своими едкими и сладкими цепями всё внутреннее существо девушки... Какие страшные разрушения сулит ей сладость этих оков в будущем...
Да, разумеется, он влюблён. Но влюблён по-своему. Эта влюблённость рассудочна, корыстна и эгоистична. Восторгаясь несомненными достоинствами девушки, он ни на секунду не перестаёт оценивать, препарировать отношения, успевает испить капельки нектара с других прелестных цветков, чтобы ещё больше убедиться в редкостной ценности главного цветка в его коллекции, главного украшения этой оранжереи юных прелестных созданий.

"Вот заливает-то, Пигмалион хренов!" - беспрестанно хотелось воскликнуть мне во время чтения писем этого демонического Дон Жуана к невинной жертве своих эстетически-порочных страстей. С одной стороны, он даже прекрасен, грех не признать. Мужчины, подобные ему, так тонко изучили женскую душу, с таким трепетом и восторгом превозносят женщин, поклоняются им - что любая девушка расцветёт под этим мощным напором живительных лучей. Они - галантные джентльмены, умеют вдохновить женщину, но какой же в этом толк. Если гораздо больнее упасть с заоблачных высот с перебитыми крыльями, нежели порхать невысоко над землёй, периодически подпрыгивая, когда попутный ветерок поутихнет.
...Впервые я прочитала эту книгу лет 5 назад. И прекрасно помню свою ощущения - я была в восторге, она глубоко всколыхнула и взволновала меня, я могла часами с упоением рассуждать о ней... А теперь... Да, видимо, годы берут своё. Возможно, именно поэтому так ценил Йоханнес юных невинных девушек: сколько в них порывов, чистоты, грации, непосредственности, вдохновения... И что делает с эти девушками время. Нет, тут даже не то важно, что за 5 лет можно "обабиться" или потерять непосредственность восприятия... Но опыт подрезает крылья. Возможно, подсознательно женщина во мне с самых первых строк начала сочувствовать этой невинной душе, чистой и прекрасной Корделии. Ведь теперь-то по опыту я знаю, кто они, эти обольстители и к чему всё это приведёт. Чем меньше опыта, тем больше наивности и веры... Но, пожалуй, каждой девушке необходимо "пережить" своего Йоханнеса. Се ля ви...

Откровенный Пигмалион. Не может не нравится и не возмущать одновременно. Ах, какая бы вышла история, если бы все с добрыми намерениями.
У каждого из них впереди пропасть. Одну бросили со знанием, другого угробит самоуверенность. И он тут, конечно, больше виноват. И его тут, конечно, больше жалко. Потому что с ним хуже, чем с ней. И сложнее. У нее даже если будет кто-то, кто бы смог помочь, глаза застилает именно эта история. А ему экспрессом по обратной от нее дороге, как в аду, отрицать самого себя. Теперь только по прямой друг до друга уже совсем разрушенных, просто посмотреть и ужаснуться.
Пишут о необходимости благодарить, но благодарить не за что.

"Эстетическое же её развитие - моя заслуга, и скоро я получу награду. Сколько сил затрачено мною, чтобы подготовить одно мгновение, которое сейчас ожидает меня! Смерть и ад, если оно ускользнет от меня!"
Кьеркегор, философ, измеряющий всю тонкость любви своими философскими изощрениями просто ничтожен)
Зачем-то, перед изложением дневника своего героя он разжевал всё впечатление до мелочей, этим самым оборвав всю заинтересованность.
Изложение небезыскусного завоевания невинной девушки не привело никчему - мол, обольститель подлец? Или перед нами встал устрашающий вопрос: должна ли соблазненная быть благодарна за своё эстетическое развитие, несмотря на то, что ее бросили?
Считаю, обольститель подарил ей интересную палитру чувств, это был бы прекрасный опыт если бы только от него не несло такой фальшью. Чего стоят страсти, запланированные и выверенные?

В книге "Дневник обольстителя" Кьеркегор показывает себя тонким психологом и чутким знатоком гендерного поведения. Повествование ведётся от лица уже поумневшего (=отбросившего юношеский романтизм), своё отплясавшего и нагулявшегося вволю мужчины. У него есть деньги, знакомые, даже друзья; места, где можно провести вечер и убить ещё одну ночь, чувство стиля и бремя одиночества. От последнего и идут все тягостные мысли о тщедности бытия и предопределённости. От последнего он и пытается оставить след в этом мире: "Я памятник себе воздвиг нерукотворный..." А этим памятником посчастливилось (да-да, именно посчастливилось, несмотря на то, что в протагонисте больше от дьявола) стать прелестной молоденькой Корделии, которою вытащили из мещанского мирка с его обывательской моралью и подняли на более высокий уровень существования, научив наслаждаться краткими мгновениями счастья, лёгким кивком головы любимого человека и даже одиночеством.
Книга абсолютно не выглядит аморальной, дневником настоящего похотливого соблазнителя: есть лишь восхваление женской походки, девичьих ножек и проч. Однако написана она так, что её очень легко переложить на наше настоящее - ведь, по сути, с тех пор ничего не изменилось. Очень точные формулировки и описания чувств, которые испытывал каждый любящий или любимый человек, стоят того, чтобы стать прочитанными.

Флэшмоб 2012, 5/5, совет от murpfy

Книга абсолютно не понравилась! Точнее сказать, само по себе произведение достаточно интересно, поскольку позволяет взглянуть на мир глазами искуснейшего обольстителя, но слишком сложный язык, слишком много философствований - мне такое трудно даётся.

Йоханнес, конечно, - это нечто! Женщина для него - вещь, предмет, который он оценивает исключительно с эстетической точки зрения. Некоторые его рассуждения настолько циничны, что даже начинаешь сомневаться в психическом здоровье данного индивида.