Дождь все лил. Самурай сел на кровать и растерянно обвел взглядом комнату. Это была точно такая же комната, как в других монастырях, где им пришлось жить после Новой Испании. Простая кровать, простой стол, на нем фарфоровые, украшенные виньетками, кувшин для воды и таз. К кресту, висящему на голой стене, пригвожден жалкий, худой человек с опущенной головой.
Самурая снова охватило сомнение. «Почему они так почитают его?»
Он вспомнил, что некогда видел такого же вот преступника. Тот сидел на расседланной лошади, и его раскинутые в стороны руки были привязаны к толстой палке. Преступник был таким же жалким и грязным, как этот человек на кресте. У него тоже торчали ключицы, а живот точно прилип к спине от долгого недоедания, бедра обернуты куском тряпки, он с трудом удерживался на лошади, изо всех сил сжимая ее бока тонкими, как хворостины, ногами.
«Что бы сказали люди в Ято, если бы я стал поклоняться такому богу?»