Puhkus papaga

– Ну, Хайнц, ты настроен помогать нам сегодня?

– За всю жизнь я еще ни разу не пренебрег своими обязанностями.

– Только что звонил Онно, его помощник Хорст подхватил грипп. Он спрашивал, не согласишься ли ты быть у него на подхвате?

Мы уже взяли себе кофе, когда к нам за столик подсела Марлен.

Папа выпрямился и отряхнул брюки.

– Как можно ездить на велосипеде без ободного тормоза? Всего пять передач, ни подвески, ни амортизаторов, да еще такие древние тормоза. Знаешь, Калли, сам езди на этом убийце.

Папа сидел на корточках перед велосипедом, лежащим под перевернутым мусорным контейнером.

– Ведь это хорошо, что мы вместе поехали в отпуск?

Я посмотрела на отца. На носу у него было зеленое мороженое, а на подбородке – сливки. Он склонил голову набок и улыбнулся:

– У тебя было хорошее детство?

– Ты уже прочел газету?

– Там нечего читать. И потом, нужно же когда-нибудь и общаться. Люди очень мало говорят друг с другом.

– И ты решил поговорить сейчас о моем детстве?

Онно почесал голову и вперился глазами в спину незнакомца, который между тем почувствовал, что его буравят четыре пары глаз.

Папа согласно кивнул:

– Вот видишь, Доротея, ты тоже смотришь на его задние карманы. Надеюсь, наркотиков у него там нет.

– Он уж точно не с острова.

– И только потому, что твой отец не одобряет курения, а вы проводите отпуск вместе, ты теперь не куришь? Кристина, но ведь тебе уже сорок пять!

– Я курю. Но тайком. Я ничем не рискую. Ты еще не знаешь моего папу.

– Доброе утро. Надеюсь, вы хорошо спали. Я накрыла вам вон тот стол. Что вы будете пить? Чай или кофе?

Фрау Клюпперсберг раздосадованно отдернула руку.

– Я буду чай. Но здесь есть два свободных места.

– Нет! – Мой голос прозвучал громче, чем я хотела. Чуть тише я продолжила: – Мы ждем мою подругу Доротею. Мне очень жаль, но вам придется занять соседний стол.

Папа кивнул с извиняющимся видом:

– Это правда. Но вы будете сидеть совсем рядом.

Как противостоять напору, я не придумала и, заспанная, молча прошла мимо отца в ванную.