金閣寺

Не без опаски принималась за чтение этого романа, очень уж не хотелось проникать в искалеченное сознание. Опасения были не напрасны, небольшой роман я читала целых три дня, постоянно отвлекаясь, потому что просто задыхалась в подобной атмосфере. Но постепенно сквозь брезгливое сочувствие к героям все же пробились ростки уважения к таланту автора.
С моей точки зрения, все люди делятся на три категории по отношению к прекрасному – умеют видеть ее и любить, а при наличии таланта и сами создают, равнодушные люди, живущие только практической стороной жизни, и люди, страстно ненавидящее красоту, которых она подавляет, и уничтожающие ее при возможности. Главный герой сам признается себе в последнем: «То было время, когда мне удалось опустить Храм с недосягаемой высоты до моего уровня, и, веря в это, я мог любить его безо всякой горечи и страха.» Вот это «опустить до своего уровня», наверное, самое печальное в человеческом сосуществовании. Нет бы осознать свою ничтожность и заурядность, и или жить спокойно, или пробовать расти, нет, нужно совершить деяние, да еще и с большой буквы:( Уничтожение храма, как способ стать ближе к нему – понять могу, простить и принять – нет.
Главная беда героя вовсе не в его посредственной внешности, заикании или бедности – он сам говорит, что все дело в его душе: «Из всех моих чувств только ненависть была неподдельной, ибо кто заслуживал ненависти более меня самого?» «Прекрасное открывается мне с опозданием, не сразу, как другим людям. У всех остальных красота вызывает немедленную эмоциональную реакцию, у меня же реакция задерживается.» «Мои чувства тоже страдают заиканием, они всегда запаздывают.»
Мидзогути в романе не единственный искалеченный духовно и физически – здесь и косолапый дружок со свой не менее мерзкой философией, который тем не менее говорит иногда вполне адекватные вещи: «Мир может быть изменен только в нашем сознании, ничему другому эта задача не под силу. Лишь сознание преобразует мир, сохраняя его неизменным. Вселенная навсегда застыла в неподвижности, и одновременно в ней происходит вечная трансформация.» «Надо иметь мужество трезво оценивать вещи, но не менее важно иметь мужество бороться с этой оценкой.»
Наиболее всего понравилось в романе атмосфера ощущения от войны молодым поколением, и переоценка ее значения. «Для нас, подростков, война была чем-то фантастическим, пугающим, абсолютно лишенным реальности и смысла, словно жизнь в некоем закрытом от всего мира изоляторе.» После войны многие устремились занять себе место под солнцем, зачатую идя по головам, и единственное, что мне импонировало в герое – это его непринятие подобного.
Буддизм тоже открылся мне в этом романе с другой стороны, видимо в любой, даже самой мирной на первый взгляд религии, можно найти такие тексты вроде упоминаемых в романе – про убийство котенка и того, где «убей будду, убей патриарха, убей отца и мать – и так спасешься». Нафиг такое спасение? Поверчусь как я лучше и дальше в колесе Самсары:)
Отношение к женщинам тоже очень показательно – не способный любить, Мидзогути также опускает их до уровня вещей и хитрых животных, даже простой половой акт у него сопряжен с тем, чтобы представить не живого человека рядом, а некие образы в своей голове.
Хорошо, что Храм и прекрасное уничтожить нельзя, сколько не убивать, сколько не поджигай. Прекрасное всегда воскресает, как феникс из пепла и забвения. Так и Золотой Храм стоит над гладью Зеркального пруда, заботливо восстановленный, и радует людей своей красотой.

Так же, как в Жажде любви, Мисима исследует природу зла.
Отомстить жестокому миру, сжечь любимую Красоту (старинный Храм).
Не смогла понять отношения героя с красотой. Следила только за сюжетом, тщетно пытаясь осмыслить прочие отступления и рассуждения в книге.
Одиночество персонажа, происходящее из невозможности из-за заикания выразить себя перед другими людьми, преподнесено, как незыблемый факт, но текст не приносит даже малейшего желания сочувствовать ему. Сухое изложение? Чужая ментальность? Ограниченность читателя? Скорее всего, три компонента вместе.

Книга не для всех и не для каждого, своеобразный манифест Прекрасному, глазами Юкио Мисимы!
Незамысловатый сюжет произведения раскрывается в самом предисловии, но это не так страшно как может показаться на первый взгляд, сюжет в данном случае не самое главное.
Как я уже успел заметить японцы очень впечатлительный и склонный к театральному действу народ, испытывающий особенную тягу к эффектным и драматичным сценам.
Повествование сложно назвать увлекательным, временами возникает просто непреодолимое желание "задушить подушку", утомительное это занятие, рассчитанное на любителя японской литературы или творчества Мисимы. С другой стороны автор предельно откровенно, честно, делится своими мыслями, тревогами, на мой взгляд лицемерие ему совсем не свойственно, а может даже вообще не знакомо.

Главный герой пытается найти ответы на вечные вопросы, которыми мучает свои головы уже не одно поколение человечества. Мидзогути пытается отыскать свой путь:

Мощное произведение, необычное и неоднозначное, которое заставляет задуматься и вызывает уважение к автору, такому же загадочному и непостижимому как и его бессмертное творение.

Юкио Мисима, конечно же, своеобразен, не всем и каждому он нравится, но у меня с ним складывается на отлично. Практически все, о чем он пишет очень страшно в понимании нормального человека. Да, страшно, но чертовски красиво, изящно, а главное реалистично. Его герои (из того, что мной уже прочитано) отрицательны, можно сказать безумны, в них нет ни капли внутренней красоты, а порой и внешней, их поступки необъяснимы, так как нарушают все моральные принципы, но это и привлекает меня в творчестве Мисимы. Мне интересно наблюдать за его героями, нравится копаться в них, ведь красивые, положительные, правильные персонажи смотрят на нас практически из каждой книги. А вот про злодеев не так уж и много написано произведений. Даже не совсем так, произведений то можно найти приличное количество, но чтобы не было противно читать очень мало. Как раз Юкио Мисиму мне не противно читать, его книги являются своеобразным разбавителем обыденности и обычности. Хотя о чем это я? То, о чем пишет автор, давно уже для многих людей стало обычным и обыденным.
"Золотой храм" - это история, основанная на реальных событиях. В 1950 году один из послушников храма Кинкаку-дзи сжег сей храм, находясь в безумном состоянии. Что им двигало, кроме безумия, каковы были его мысли, почему именно этот храм был сожжен? Интересно же? Мне да! Юкио Мисима попытался ответить на все эти вопросы своим романом. И лично для меня ответы получились на столько убедительными, что практически не осталось сомнений, что именно так всё и было. Чувства к главному герою были противоречивы на протяжении всего повествования, то его ненавидишь, забывая о том, что он болен, то его становится жалко. Окружающие его люди не все сами являются образцом для подрожания, взять ту же мать или настоятеля, да плюс ещё психологическая травма детства, да издевательства сверстников. Всё это, естественно, только способствует развитию заболевания и приводит к страшному концу. Мисима, кстати, ни слова не говорит о болезни молодого человека, хотя там на лицо все признаки. Но на то он и Мисима, что его мир был тоже не особо обычный.

Юкио Мисима - писатель, соединяющий в себе порочность де Сада и чувственную глубину Достоевского. Он создает омерзительных героев, заставляет их страдать и совершать омерзительные поступки, а после этого страдать еще сильнее. Какая-то пугающая, отталкивающая истина заключена в тезисе о том, что ценность прекрасного заключается именно в его недолговечности. И, наверное, подчеркивать эту недолговечность намеренным разрушением для того, чтобы усилить чувство красоты - это и есть жестокое сладострастие и порок. Это применимо не только к зданиям, но и к женщинам, да и вообще ко всему. Жесткий и бескомпромиссный стиль Мисимы буквально пригвождает читателя на месте, заставляя почувствовать эти прописные, но непечатные истины каждой клеточкой тела.

Бывают такие книги - прекрасные на любом языке, но совершенные на языке оригинала. "Золотой храм" - одна из них. Лишь начав ее читать, буквально с первых предложений, я ловила себя на мысли, как красиво она должно быть звучит на японском.
Эта книга - ода красоте, прекрасному и совершенному.
Она - изящна и тиха. Тишина здесь не является чем-то чуждым. Как и красота, она - естественна, рождена самой природой. Они дополняют друг друга - тишина и красота, позволяют наслаждаться и понять прекрасное, воплощенное в нашем мире. Но тишина здесь не абсолютная - это скорее отсутствие человеческих голосов, ведь они могут нарушить покой тишины и красоты.
Главный герой не вызвал у меня ни жалости, ни злости, ни одобрения.
Масима показал его ребенком - запутавшимся и озлобленным, отчужденным и нелюдимым.
Должно быть, ему приходилось очень тяжко - жить с заиканием, с осознанием своего уродства и несовершенства, в стране, которая выше всего ставит прекрасное, гармонию, красоту.
Он мог бы вырасти другим, но выбрал путь поиска красоты. Он, восхищаясь красотой мира вообще, и Кинкакудзи, Золотым храмом, в частности, нестерпимо желает быть частью этого мира Красоты. Но его недостаток, его уродство отделяют его от них. И всю свою жиюнь он никак не может его преодолеть.
История каждого из персонажей здесь - трагедия. Некоторые ее осознают, другие - притворяются, что не замечают.

Этот роман требует того, чтобы знать, при каких обстоятельствах он написан. Храм Кинкакудзи, он же Золотой Храм, расположен в Киото и является культурной достопримечательностью, ныне отреставрированной после поджога в 1950 году храма монахом. Вдохновившись этой историей, японский писатель Юкио Мисима, личность недостижимая для стандартного ума, написал этот роман.

Зная эти факты, сюжет понятен. Да он и не важен, не важны ни действия героя, ни второстепенные персонажи. Важен только придуманный образ того монаха, совершившего поджог храма. Мисима воссоздает образ человека, для которого сожжения Золотого Храма было вынужденной мерой для своего выживания.

Что для обычного гражданина значит подобное действие? Разрушение, вандализм, анти-жизнь, если хотите. Именно поэтому роман японского автора не может не произвести впечатление. Придуманная в своем помешательстве логика послушника неоспорима логична и ведет только ко всем известному финалу.

«Золотой Храм» - это еще рассуждение об эфемерности, красоте, зыбкости, жизни в ее нематериальной стороне. Этот роман не только надо читать глазами по буквам, но и созерцать, вглядываться в самого себя, как это отражается на себе.

Не мое. До этого ничего у Мисимы не читала, а теперь не уверена, что буду. И во всем виноват главный герой этого красивого, замысловатого, кружевного, просто красивого повествования. Мидзогути родился бедным, да еще и заикой, что предопределило всю его жизнь. Тем не менее, не так что уж все было и страшно - у него был друг, добрый и хороший, у него был прекрасный Золотой храм в конце концов. Созерцание, самопознание, смирение, вера, что-то подобное виделось мне при мысли о романе. На деле же впечатления в итоге далеко не радужные. Герой больной душевно, порочный неприятный человек, решивший пойти по пути разрушения, себя и Храма, смакующий зло и мерзости, предвкушающий их. Некоторые эпизоды вызывали у меня физическое чувство гадливости. С большим трудом и на большой скорости, благо читала в аудио, завершила книгу. И захотелось умыться и почитать что-то светлое. Что ж и такой итог вполне себе ничего.