Hag’s Nook

Я должен показать вам абсурдную сторону всего этого, и тогда вы сможете судить о моей правоте.

Но, как и вымышленный сыщик, он вполне разумно не говорит того, что думает, по той прекрасной и банальной причине, что может ошибаться.

Но я собирался сказать, что сегодня днём категорически отказываюсь дальше выслушивать свидетелей. Уже седьмой час, и пабы открылись.

Он постоянно ссорился со своим племянником по любому поводу. А почему? Да потому, что сильно его любил.

Он сказал то, что я слышал уже десятки раз: что это вопрос жизни и смерти.

Я хотел, чтобы эта великая вещь, наша с По общая тайна, осталась только моей. Чтобы рукопись никто не увидел, если я этого не пожелаю.

Этот малый — не сумасшедший коллекционер. Он крадёт шляпу и вешает её в другом месте как некий символ, чтобы её всем было видно.

Прежде всего, когда вор берётся за такое дело, у него уже есть человек на примете, через которого он намерен сбыть эту вещь, или же он действует по заказу покупателя.

Предположим, сейчас, когда душа его поет от сознания собственного величия, он просто-напросто вернётся домой.

Я возражаю не против того, что ваши предположения невероятны. Дело в том, что все ваши невероятности не имеют под собой никакого основания.

У меня простая душа, джентльмены, я люблю мелодраму и с удовольствием поверил бы тому, что вы здесь насочиняли.

Но ведь вы ничего не пытаетесь выяснить, вы только придумываете, как бы поинтереснее всё это представить, чтобы получилась увлекательная история.

Поворачивая эту ручку, вы набираете слово, то самое слово, на которое настроен механизм, и только после этого можно открыть сейф. Если не знать слова, то ключ совершенно бесполезен.

А когда я излагаю просто факт, вы называете это намёками.

— Сэр, — сказал он, — да будет вам известно, что именно чай не английский напиток, а вовсе не пиво.

В первый раз ему показалось, что окрестность не молчит — гудит от беспорядочного говора толпы.

Иметь дело с этими англичанами — всё равно что пожимать руку другу, которого, как тебе кажется, ты прекрасно знаешь, и друг обнаружить, что в твоей руке — пустота, один туман.

Но ведь Линкольн теперь современный город, а вот мы — нет.

Про ведьм и колдуний я говорю потому, что именно это обстоятельство производило наибольшее впечатление на народные умы...

Он чувствовал, как пол дрожит у него под ногами; поезд, набираю скорость, с грохотом мчался вперёд, трясясь и качаясь на поворотах, оставляя далеко позади протяжный рёв свистка. Именно так начинаются приключения. "Если увидите призраков, приберегите их для меня!"