Цитаты из книги Стрижи

Мы, не совершившие за жизнь ничего выдающегося, будем растворяться в небытии по мере того, как будет угасать разум тех немногих людей, которые способны вспоминать о нас.

Здесь у нас человека вынуждают съесть всю боль до последней крошки. Хочешь умереть? Пожалуйста. Только сначала пострадай.

Дома я под душем смывал не только липкий пот - казалось, струя воды очищала меня и от книжных наслоений, от идей и концепций, от фраз и афоризмов, которые на самом деле никогда и ни для чего мне не пригодились, разве что изредка помогали произвести впечатление на какого-нибудь доверчивого простака.

…каждый кто родился, помрёт, и отлично знает, что помрёт

"На самом деле я давно был членом партии “ПЖБО – Партия желающих быть одинокими”, где не занимаю никакого поста. В этой партии всего один член – я сам, хотя при этом так и не стал ее вождем. Вся программа моей партии целиком и полностью сводится к единственному лозунгу: “Оставьте меня в покое”.

Бога оправдывает только то, что его нет.

Я просто устал. Очень устал. Устал от многого, но особенно от ежедневных контактов с людьми, которые мне неинтересны.

Он молчит. Я молчу. Занимаюсь своим делом, а он занимается свои. Именно так мне нравится жить рядом с кем-то на одной планете.

Я никогда не умел держать в узде эмоции. Поэтому бурные страсти быстро утомляют меня - как собственные, так и чужие. Некоторые коллеги по школе считают меня интровертом. Они просто не желают понять, что мне с ними скучно - вот почему моё лицо редко выражает живой интерес.

Зачем я столько читал? От чего меня спасли книги? Уверен, что ни от чего они меня не спасли, но ведь надо было чем-то занять время, к тому же я надеялся что-то понять, набраться каких-то знаний и, если немного повезет, расширить свои жизненные горизонты.

Готов поклясться: жизнь начала мне нравиться с того часа, как я понял, что могу сам положить ей конец. Только благодаря этому нет в ней больше незначительных моментов. Сейчас каждый мой поступок воспринимается как прощальный и как допинг. Внезапно все стало обретать смысл (да, Хромой, да, Камю), поскольку отныне сориентировано на одну контрольную точку. Теперь, и только теперь, я и вправду считаю, что жизнь (семь оставшихся мне месяцев) действительно стоит того, чтобы ее прожить.

Наверное, главное для счастливой жизни – это способность терпеть скуку

"Если говорить об историях, которые я читаю, смотрю на экране или от кого-то слышу, то всю жизнь на меня наводили страшную тоску открытые финалы. Остаётся только пожать плечами, когда читателю или зрителю предлагается вообразить, угадать или досочинить развязку, скаредно утаённую от них романом или фильмом... Ну уж нет! Я плачу деньги за то, чтобы мне рассказали всю историю по порядку и целиком - от начала до конца".

Наши папа и мама – то ли решив, что так им будет удобней, то ли желая избежать пересудов, – предпочли жить вместе в состоянии гражданской войны, называемой супружеством, пока их не разлучит смерть, как оно, собственно, и вышло.

Я размышляю о единственной фотографии моего деда Эстанислао. Она не трогает меня и ни о чем мне не говорит. Не будит ни малейших чувств, ни добрых, ни злых, к этому человеку, чьего голоса я никогда не слышал и без которого не родился бы на свет. Мне безразличны его поступки, его убеждения, как и то, что мы с ним носим одну и ту же фамилию.

я никогда не поднимал руку на жену. Ни ее, ни мой отец не могли бы сказать про себя то же самое. Покойный фашист и покойный коммунист придерживались одинаковых взглядов на свое место в семейной иерархии – патриархальных и авторитарных.

какие у него планы на будущее?

– Работать и жить кучеряво.

Я не католик и не марксист, я никто – просто тело, чьи дни, как и у всех смертных, сочтены. А верю я в очень немногие вещи – в те, которые доставляют мне удовольствие и которые можно видеть каждый день.

Надо уметь ото всюду уходить вовремя