
Ваша оценкаЦитаты
Maeve15 мая 2015 г.— «Храбрая» означает, что ты принимаешь то, что с тобой происходит, — ты только пытаешься не падать духом.
340
Qato_M3 апреля 2015 г.Харри угостил себя обедом в «Кроненхалле» за Лимматом. Там обедали Томас Манн и Джеймс Джойс. Там были два обеденных зала с подлинниками Клее, Шагала, Матисса, Миро, Пикассо. Рои это было бы безразлично, но ей понравилось бы Bьndnerfleisch[42] и паштет из телячьей печени с Rцsti[43].
343
Elenita191 сентября 2013 г.Есть моменты, когда время всё же останавливается. Нужно быть достаточно чутким, чтобы уловить эти моменты.
334
Elenita191 сентября 2013 г."...человек не меняет жизнь оттого, что оказался плох кто - то другой".
341
Nevidimka12 апреля 2013 г.Мало есть в мире вещей, настолько на первый взгляд не поддающихся никаким внешним воздействиям, как детский сон.
340
LoraG11 апреля 2012 г.Сочинение истории — это не более чем здравый смысл, помноженный на воодушевление.
336
LiLiT-Ka9 июля 2011 г." Что может быть важнее для двух человеческих душ, чем чувствовать, что они соединены навеке - поддерживать друг друга во всех трудностях, опираться друг на друга во всех болезнях, слиться воедино в безмолвных невыразимых воспоминаниях в момент последнего прощяния?"
337
augustin_blade29 декабря 2010 г.Читать далееКнижка эта называлась «Мышь за стеной», и то, что ее напечатали, было делом случая; на первый взгляд она, казалось, принадлежала к тому разряду детских книг, которые для взрослых не лишены двусмысленной притягательности, а дети запоминают их потому, что дети не забывают испуга. По крайней мере, Томас и Тимоти испугались, когда Тед впервые рассказал им эту историю — про мышь, живущую за стеной. К тому времени, когда Тед прочел эту книжку Рут, «Мышь за стеной» успела испугать от девяти до десяти миллионов детей по всему миру, говорящих более чем на тридцати языках.
339
Rukobludie_v_kniznom16 апреля 2025 г.Он читал романы, потому что находил в них наилучшие описания человеческой природы. Писатели, которых Харри ценил больше всего, никогда не говорили, что даже наихудшее в человеческом поведении исправимо. Они могли нравственно не одобрять того или иного персонажа, но никогда не пытались изменить мир; они были всего лишь рассказчиками, и их истории были получше, чем у других; а в хороших романах рассказывались истории о героях, казавшихся достоверными
225
