Сплетня

— Это нормально, что мне постоянно хочется тебя целовать? — спрашиваю, глядя на него снизу вверх, а мое дыхание уже сбивается, и стук сердца гулким эхом отдается куда‑то в уши.
— Ненормально было бы, если бы не хотелось. Потому что я думаю о тебе двадцать четыре на семь.

— Это очень красиво, — слышу совсем рядом и точно знаю, что он улыбается. Я уже так хорошо его чувствую. — Не я, портрет.
— Конечно, я же все приукрасила.
Бросив быстрый взгляд в сторону Дани, кусаю губы оттого, как он близко.
— Бицепсы — точно. И нос ровнее. И глаза больше.

— Все правда хорошо, Дань, — перебиваю его, пока не испортил момент. — Я бы не хотела быть ни в каком другом месте.

— Скажи еще раз, — возвращает мне мою вчерашнюю просьбу — намеренно или нет.
— Что ты сволочь? Да хоть сотню раз… Он задевает мокрым холодным носом мой.
— По‑моему, ты впервые назвала меня по имени.

— Это все шампанское! — перекрикиваю музыку, чтобы Лиза услышала меня, продолжая размахивать руками в такт заводной песне, слова которой откуда‑то неожиданно знаю.
— Не может быть! Ты просто влюблена! — заключает она.

— Лаборантская? — в ужасе восклицаю я, успев оглядеться вокруг, пока из коридора сюда попадает свет. — Мы сожжем университет!
Дверь захлопывается, как раз когда врезаюсь бедрами в стол. Мы остаемся вдвоем в полутьме, разбавленной лишь уличными фонарями, на бы‑ стро сокращающемся между нами расстоянии.
— Да и пусть горит синим пламенем.

— Я не могу принять такой подарок, — шепчу.
Смеюсь как‑то нервно. Меня потряхивает от шока. Пячусь назад, пока не натыкаюсь на Розу, которая обнимает со спины.
— Еще как можешь, потому что ты, как никто, его заслуживаешь, — говорит самые нужные слова, которые я не надеялась услышать. Потому что очень эгоистично хочу оставить платье себе.

«ИЗВИНИ».
«За что?»
«Ничего не помню после второй рюмки, полный блэкаут. Твой папа определенно хотел меня убить».

— Нет, я, конечно, все понимаю, девочка ты большая, но пацану все равно не жить, — доносится голос из ниоткуда.

Зачем нужно кого‑то обманывать, если можно по‑честному закончить отношения и спать с другой?

Никогда с таким не смирюсь. Быть с человеком, которому от тебя нужно все что угодно, кроме любви, — хрень собачья. Для чего терпеть полумеры? Кому от этого легче?

— Любовь… — Хочет, видимо, выдать какую‑то умную мысль, но я отступаю и сбрасываю с себя ее ладонь.
— Это не любовь. То, что между вами. Извращенная взаимовыгода. Не больше.

— Так пойдет? — шепчу, несколько раз цепляя губами его губы, но все еще несерьезно. — Не видно же, что мы тут делаем.
Ощущаю, как на талию ложатся теплые руки, отчего я оказываюсь ближе к нему.
— Думаю, чтобы выиграть, в видео нужна правдоподобность. Я, конечно, все смонтирую, но…
Я целую его, только бы перестал уже болтать.

Ладно, Романов может быть невыносимым, когда хочет этого. Так нельзя! Насильно выбрасывать меня из зоны комфорта, ничего не говорить, будто я должна довериться ему, постороннему, по сути, человеку, и просто ждать…

Потому что, возможно… возможно, оно и так.
Потому что в самые трудные минуты, сколько себя помню, мы всегда забывали о ссорах и гордости.

— Ну, у всех свои тараканы…
— Тогда у нас дома мадагаскарские.