Демосфен и Цицерон

Если обще­ст­вен­ные уда­чи череду­ют­ся с семей­ны­ми бед­ст­ви­я­ми, то хоро­шее слов­но бы засло­ня­ет собою печаль­ное.

По сло­вам фило­со­фа Пане­тия, и речи Демо­сфе­на в подав­ля­ю­щем сво­ем боль­шин­стве напи­са­ны с тою мыс­лью, что лишь пре­крас­ное заслу­жи­ва­ет выбо­ра и пред­по­чте­ния, и к тому же — само по себе...

Демо­сфен не сби­вал­ся с пря­мо­го пути ни сло­вом, ни делом, это­го про него ска­зать нель­зя, напро­тив, он вел государ­ст­вен­ные дела, если мож­но так выра­зить­ся, в одном неиз­мен­ном ладу, посто­ян­но сохра­няя все тот же тон.

Каж­до­му извест­но, что он [Демосфен] до кон­ца оста­вал­ся на той сто­роне и в том стане, к кото­ро­му при­мкнул с само­го нача­ла, что он не толь­ко нико­гда в жиз­ни не менял сво­их взглядов, но, не желая им изме­нить, не поща­дил и жиз­ни.

...одно-един­ст­вен­ное сло­во, один кивок чело­ве­ка, вну­шаю­ще­го к себе дове­рие, весит боль­ше мно­гих и про­стран­ных пери­о­дов.

«Познай само­го себя» - [зна­ме­ни­тое изре­че­ние, начер­тан­ное на дель­фий­ском хра­ме Апол­ло­на].

Постиг­нуть кра­соту и стре­ми­тель­ность рим­ско­го сло­га, его мета­фо­ры, его строй­ность... все, что укра­ша­ет речь, мне кажет­ся зада­чею при­ят­ной и увле­ка­тель­ной, но она тре­бу­ет упор­но­го труда и по пле­чу лишь тем, у кого боль­ше досу­га и чьи годы еще не пре­пят­ст­ву­ют таким достой­ным уси­ли­ям.

Демосфен... заслу­жи­ва­ет вос­хи­ще­ния и тем, что вовре­мя раздо­был и креп­ко берег ядо­ви­тое зелье, и тем, как его употре­бил, когда бог отка­зал ему в убе­жи­ще и когда он слов­но бы спас­ся под защи­тою ино­го, выс­ше­го алта­ря, вырвав­шись из лап наем­ных копей­щи­ков и насме­яв­шись над жесто­ко­стью Анти­па­тра.

Об одном мож­но лишь пожа­леть, вспо­ми­ная, как его (Цицерона) одер­жи­мо­го стра­хом ста­ри­ка, носи­ли с места на место рабы, как он бежал от смер­ти и пря­тал­ся от убийц, кото­рые при­шли за ним не мно­гим рань­ше сро­ка, назна­чен­но­го при­ро­дой, и как он все-таки был заре­зан.

У Демо­сфе­на и на пору изгна­ния при­хо­дит­ся нема­лая толи­ка трудов, при­ня­тых во имя и ради государ­ства. Как уже гово­ри­лось, он помо­гал гре­кам и ездил из горо­да в город, выго­няя македон­ских послов и про­явив себя гораздо луч­шим граж­да­ни­ном, неже­ли когда-то, в подоб­ных обсто­я­тель­ствах, Феми­стокл и Алки­ви­ад. И воз­вра­тив­шись, он неуклон­но про­дол­жал дер­жать­ся преж­не­го направ­ле­ния, воюя про­тив Анти­па­тра и македо­нян.