Отзывы о книге Ciglītis

Удивительно красиво. Говорить что-то большее об этой книге не имеет смысла, потому что тогда нужно будет комментировать каждое предложение, и труд этот может стать бесконечным. Мягкое, текучее, неторопливо-подробное повествование иногда очень плотно подходило к границе снобизма, настолько вычищен и вылизан до блеска текст. Плавность и свет детских воспоминаний, пыльная теплота антикварного магазина, выедающая глаза раскаленная белизна пустыни, пересекается с болью утраты, жгучей темнотой пагубных привычек и холодными коридорами собственных страхов, порожденных изувеченной юностью. Сама книга будто бы текстом копирует картину Фабрициуса - то нежными, живыми и полупрозрачными мазками, то грубыми полосами, оставляющими царапины. Если бы у этой книги был цвет, то она была бы янтарно-обсидиановой - такой же контрастной, глубокой, с миллионом оттенков, и преломляющей лучи света, рассыпающей его на искры-слова. Отдельное спасибо переводчику, это была титаническая работа. Впервые мне настолько понравился текст, что стало интересно, кто его переводил. Каждое слово осязаемо и его можно попробовать на вкус - таким мастером возведения слога в степень абсолюта для меня был Набоков. Теперь я честно и искренне буду наблюдать за карьерой переводчика в надежде увидеть другие ее работы. Что же касается автора - за ее творчеством вряд ли получится следить активно, поскольку пишет она хоть и качественно, но редко. Но это тот самый случай, когда стоило работать над текстом 10 лет, потому что "Щегол" пример истинно ювелирной работы. В общем, эта книга была лучшим, что я прочитала за год и стала достойным его завершением. И пусть Донна Тартт и не в курсе, но я низко кланяюсь и благодарю.

Книгу я читала долго, не спеша, вдумываясь в каждое слово и в каждую мысль. Автор настолько подробно описывает все детали, что на протяжении книги будто ходишь за главным героем по пятам, вдыхая раскаленный воздух пустыни в Лас-Вегасе, аромат дорогих духов миссис Барбур, запах старинного дерева в мастерской Хоби ... Больше всего понравилось в книге то, что герои очень реалистичные. Никто из них не идеален, и к каждому из них испытываешь эмоции как к живому человеку, а не картонному выдуманному персонажу. Иногда хочется похлопать Тео по щекам, вернуть его в сознание и закричать: «Что ты делаешь? Остановись!». А иногда просто становится жалко этого парня, оказавшегося не в то время не в том месте, после чего вся его жизнь пошла под откос. К Борису, по национальности то ли поляку, то ли русскому, то ли украинцу, я испытывала симпатию: во-первых, его русские словечки, написанные в книге латинскими буквами и, похоже, так же присутствующие и в оригинале, располагают к себе русскоязычного читателя, во-вторых, он принимает себя таким, какой он есть и не занимается самобичеванием, чему Тео стоило бы поучиться. Речь обоих подростков настолько живая и реальная, будто диалоги были написаны подростком, а не взрослым человеком. В целом, книга показалась мне «полосатой»: хорошо-плохо-хорошо-плохо... И так до конца. Чудесные описания, выполненные с поражающим мастерством, чередуются с грязными улицами и похмельем, радость и солнце - с грустью и утратой, жизнь - со смертью. Думаю, автор хотела показать, что жизнь вообще сама по себе зебра - черные полосы чередуются с белыми. Вопрос только в том, что не знаешь, на какой полосе всё оборвется. До самого последнего момента не хотела верить, что книга скоро закончится: настолько привязалась к героям и атмосфере разных стран, городов, домов ... «Щегол» - не просто роман о картине и о мальчике, на долю которого выпало так много страданий. Это книга об искусстве и о жизни, о добре и зле, о судьбе и о том, как непредсказуемо всё может перевернуться с ног на голову в последний момент. Но как бы ни топила жизнь Тео, как бы ни затягивала в свое болото безысходности и отчаяния, нечто высокое, неподвластное времени и смерти, в виде небольшой дощечки с нанесенной на нее птичкой-пленницей, привязанной к жердочке тонкой, но прочной цепочкой, вытаскивало его из самой темноты. «И в разгар нашего умирания, когда мы проклевываемся из почвы и в этой же почве бесславно исчезаем, какой же это почет, какой триумф - любить то, над чем Смерть не властна...»

Ах, как тяжело. Ох, как больно мне. Как же горько!

Поднять голову и отвлечься хотя бы на мгновенье от этого разрекламированного на каждом углу, в каждом издании, в каждом магазине, в каждом хотя бы немножко книжном сообществе романа.

Она опять сделала это. Она опять надломила мне мир. Пронзительная, тонкая, шершавая, ледяная, бархатная, взрывная, невозможная, неземная. Проза Донны Тартт.

Как же ты мог так глубоко запасть мне в душу, Тео, - мальчик, "который выжил"? Почему? Почему у тебя не было волшебной палочки? Почему эта жестокая Американка не создала тебе волшебный шкаф, не выковала кольцо всевластия, не снабдила Железным дровосеком или Страшилой, на худой конец? Зачем она всучила тебе наркотики? За что отмерила тебе, тщедушному мальчишке, столько боли? Как она могла столько долго водить тебя по этим адовым кругам?

Я так торопилась, я так спешила дочитать, чтобы ты поскорее перестал страдать, милый мальчик! Чтобы ты вырос и обрёл счастье! Ведь в хороших книгах так и бывает. Так и должно быть. Ведь счастливый конец, или счастливая середина, или хоть немного счастливое начало - удел хорошей книги. Хорошей. Но не исключительной. Тартт же, увы, - творец прозы исключительной. Она никому не дала шанса.

А я, нервически несколько раз туда-сюда пролистав последнюю страницу, навязчиво отказываясь верить в конец этой, полной печали и света истории, конец, которого я совсем недавно так жаждала! Так, всеми фибрами израненной своей души ждала. Убедившись наконец в том, что вот он - финал!..Как-то вся съёжилась внутри и, кажется..ненадолго забыла, как дышать...

такая загадочная картина, такая простая. и по-настоящему нежная - так и манит к себе поближе, правда?

пулитцеровская премия, одна книга в десять лет... все уже слышали? да, донна тартт, как кропотливый антиквар, подолгу создает из мелких деталей свой очередной шедевр. книга-труд. книга-исследование. а этот маленький фрагмент картины фабрициуса, выглядывающий с обложки, так и манит; обложку хочется в самом буквальном смысле "распаковать".

в книге много искусства, антикварной мебели, красоты, любви, и еще больше треша, переделок и наркотиков. и на фоне всего этого наркотического саморазрушения, любовь, которая струится по страницам тонкой бледной ниточкой (к картине, или маме, или чиппендейловскому стулу, или девушке, наконец), кажется очень честной, очень правдивой. что-то вроде "after all this time? always". и ничто не делится на черное и белое или хорошее и плохое. "разве не может что-то хорошее явиться в нашу жизнь с очень черного хода?"

первая часть меня подкупила обилием искусства. нью-йорк, размеренная жизнь тео с мамой. мельком вспомнился фоер с его жутко громко и запредельно близко (не то чтобы очень похоже, но обе книги неплохо вписываются в категорию "про детей, потери и поиски"). вторая часть, как крутой поворот: тут-то все и пошло по п.. наклонной. лас-вегас, жизнь тео с отцом, наркотики. затем снова нью-йорк, калейдоскоп событий, мест и людей. "манящий зуд катастрофы". круговорот вечного и временного.

щегла я читала неприлично долго. и не очень понятно: то ли было скучновато, то ли, наоборот, слишком захватывающе. вот честно. главы про искусство, размышления про любовь, смерть, красоту или "мощь и тоскливость земных вещей" глотались очень быстро; беседы с хоби хотелось слушать без остановок. но иногда это было так интересно и волнующе (взять хотя бы автобусное путешествие тео с его собачонкой - до чего трогательный момент), иногда - поэтично и депрессивно, а иногда - дерзко и пошло.

> отзыв в блоге

Я вообще ничего не слышала о Донне Тартт до момента, когда мне порекомендовали ее роман "Щегол". И только когда начала искать книгу, прочитала и про Пулитцеровскую премию 2014 года, и про ажиотаж, который вызывали романы писательницы. В общем, хорошо, что не знала — подошла к чтению без какого-либо специального настроя и совершенно не знала, что ожидать.

Первым делом скажу, что книга мне понравилась. В ней нет какой-то зауми, она очень легко читается, но при этом нет ощущения, что жуешь фаст-фуд. Однако сразу надо сказать, что роман достаточно объемный и большую часть времени повествование весьма неторопливо. К этому темпу мне пришлось поначалу привыкать — возникало порой ощущение, что глава сменяет главу, а герой как будто замер в одной точке и не может с нее сдвинуться. Впрочем, с точки зрения сюжета этому есть объяснение. Главный персонаж картины "Щегол", давшей название книге, — маленькая птичка, прикованная цепью к жердочке, и Теодор, главный герой, как и этот щегол, тоже скован сложившимися обстоятельствами и своими переживаниями, и эта цепь не отпускает его далеко.

Поначалу повествование показалось мне похожим на "Жутко громко и запредельно близко" Джонатана Сафрана Фоера. Возможно, потому что вначале рассказ ведется от лица 13-летнего подростка, потерявшего одного из родителей. Но потом появляются отличия. Самой эмоциональной и затягивающей мне показалась часть про Лас-Вегас. Затягивающей — как болото, причем, по ощущениям, за пределами этого болота ничего нет и вырваться из него тоже нет никакой возможности. Отлично описано это ощущение оторванности от всего остального мира и медленного растворения в замкнутом мирке. Последняя часть — самая насыщенная событиями из всех, и как раз экшн понравился мне меньше, чем все остальное, но описание переживаний и размышлений главного героя читать было по-прежнему интересно.

Не знаю, можно ли назвать это минусом — возможно, так оно и было задумано — но чувства главного героя описаны неровно или, скажем, неравномерно. Очень искренними и по-настоящему волнующими кажутся его привязанность к ремеслу и к произведениям искусства, а вот с людьми все не так просто. Иногда видно что-то настоящее и глубокое, но большую часть времени, как мне показалось, описываемые Теодором чувства все равно вытесняются другими его одержимостями, и не получается в полной мере понять его переживания, они выглядят несколько скомканными.

Не буду дальше углубляться, чтобы не спойлерить (хотя в данном случае это не так принципиально), поэтому подведу итог: рекомендую почитать тем, кто любит масштабные и подробные жизнеописания в стиле Диккенса, кого не пугает неторопливое описание многолетних метаний главного героя и его поиск, скажем так, места в жизни, ну и тем, кто не равнодушен к искусству и не против почитать про некоторые подробности из мира антикваров.

Донна Тартт "Щегол". О чем этот роман... О тяжелой судьбе мальчика по имени Тео у которого в 13 лет случилось несчастье. Тео с мамой отправляются в музей где происходит теракт и мама погибает, а мальчик остается один на один со своим горем и украденной картиной Фабрициуса "щегол". Вся книга пропитана эмоциями, чувствами этого мальчика! То как он любил маму, то что он пережил после ее смерти... Когда читаешь все эти чувства тебя пропитывают с головы до ног, то как это все описано, нельзя остаться равнодушным!!! Тартт смогла раскрыть жизнь, во всей своей красе и прекрасносте, ужасающую реалию которая окружает нас, все это и многое другое: наше окружение, о его влиянии на нас, о любви, без которой ни как нельзя и это не любовь между мужчиной и женщиной, а та любовь которая исходит от родных, близких, друзей! Каждый обязан прочитать это шедевр (да, да, не побоюсь этого слова шедевр ) он не должен вам понравиться, его просто нужно прочитать чтоб вновь осознать все эти простые прописные истины, которые все и так прекрасно знают, но почему то забывают о них... Любовь, красота (картины, пейзажи, вид), отношения, поступки, воспоминания, все это окружает и пропитывает нас, порой не дает нам уснуть из за большого количества мыслей. Стала выделять цитаты и поняла что это зря, вся книга одна сплошная цитата!!! Щегол пробрался в мою душу и останется там навсегда!!! Читайте, читайте друзья, понравиться или нет, решать вам, НО это то, что каждый из нас обязан прочитать!!!...жизнь-какой бы она ни была-коротка. Что судьба жестока, но, может быть, не слепа. Что природа (в смысле-Смерть) всегда побеждает, но это не значит, что нам следует склониться и пресмыкаться перед ней... Щегол

Это пока самая масштабная вещь, прочитанная в 2015. Противоречивые отзывы заинтересовали, и захотелось составить своё мнение о книге. Вначале события развиваются неспешно и обстоятельно, постепенно погружая читателя в атмосферу книги. Но, как и следовало ожидать, крутой поворот не заставил себя ждать. Линии сюжета очень многогранны - сила искусства, дружба, терроризм, любовь, проблемы отцов и детей и т.п. И все это достаточно гармонично сочетается. Тео Декер - обычный мальчик, переживший катастрофу, потерявший мать, а вместе с ней и главную опору, пытается жить дальше. Мешает одно большое НО - картина, которая не отпускает его в течении всего повествования. Очень колоритным персонажем является Борис, парень без определенной национальности- то ли поляк, то ли украинец, то ли русский. Ну и пусть его образ слегка штампованный, зато личность Бориса в полной мере отображает "загадочную русскую душу" - не смотря на обилие алкоголя и наркотиков ( из минусов - многостраничные описания наркотических приходов, отходов и прочего напрягают) парень остается верным себе и неоднократно каким-то чудом выходит сухим из воды. Не могу сказать, что Борис мне симпатичен, но то, что он интересен своей яркостью и брутальностью у него не отнять. Такой неоднозначный герой просто необходим. Хочется отметить антиквара Хоби и девушку Пиппу. Персонажи теплые и живые. Их образы сглаживают острые углы, уравновешивают сюжет. Очень ловко в английскую речь "вкручены" русские выражения, и замечательно, на мой взгляд, воспроизведен молодежный сленг (тут надо отдать должное отличной работе переводчика). По прочтению выводы не однозначные. С одной стороны - чудесный слог, сюжетная насыщенность, живые персонажи! С другой - роман слишком растянут. Учитывая объем книги (где-то 900 страниц) неспешное повествование местами утомляет.

столько всего написано уже про эту книгу - и профессиональными критиками, и обычными читателями... По сути, нечего мне добавить, кроме личных, как всегда, корявенько выражаемых эмоций. Бесподобно. Великолепно. И очень особенно. Я много всяких книг читала, но подобный эффект обеспечила только эта - нереальный трехмерный эффект. "Книжка-раскладушка", так можно назвать "Щегол" - и в плане выпуклости, трехмерности повествования, и в плане того, что она натурально "раскладывает"=) В хорошем смысле, естественно. Я настолько зачитывалась, настолько погружалась, что долго потом приходила в себя, осознавалась в реальности - казалось, что я еще там. И почему я тут, в своей комнате, а не там, в неухоженном доме в Лас-Вегасе, не в нью-йоркском антикварном салоне, не в амстердамском гостиничном номере... Это невероятно. Книга из числа тех, которые прочитываются за одну ночь - условно. На одном дыхании. В ущерб сну, отдыху, и даже, как это ни стыдно - работе=)

Мега-профессионализм переводчика, отдельная благодарность. И многие уже, наверное, читали статью на сами-знаете-каком-сайте про то, как переводилась, адаптировалась эта книга.

Лучше всего о том, как изменился мир за последние полвека расскажет "Щегол", если сравнивать его с "Заводным апельсином", который приходит на ум после первых же слов latinicey. Помните, как у Берджеса русские словечки в монологе героя писали латиницей, чтобы выделить их инаковость? Предопределение или свобода выбора? В "Легенде о великом инквизиторе" человеческую природу и право выбирать можно было защитить, отказавшись от Бога. В "Заводном апельсине" роль высшей силы взяли на себя ученые и врачи, обрекая человечество на добро. Донна Тартт вовсе снимает с человека ответственность, говоря, что никто не ведает, к чему приведут его поступки, хорошие ли, плохие, не суть.

А что, если у тебя такое сердце, которому нельзя доверять? Что, если сердце твое по каким-то своим непостижимым причинам заведет тебя - вполне умышленно, в облаке невыразимого сияния - подальше от здоровья, семейной жизни, прочных общественных связей и вялых общепринятых добродетелей прямиком в ослепительный жар погибели, саморазрушения, беды?"

Да и сама жизнь - вся та же юдоль скорбей, "путь вперед только один - к старости и утратам", а тут "только биение крошечного сердечка и одиночество, залитая солнцем стена и чувство безвыходности".

Казалось бы, 800 страниц потерь, болезней и боли, а в конце такое же чувство, как с Берджесом. Да, все это трудно. Но мы повзрослели. И научились любить.