Роза

Меня завораживает ее щедрость по отношению к при-роде, де Брейкере берет природу в компаньоны, и та отвечает художнице на своем языке. Она проедает чистую ткань и оставляет пятна плесени на ворсе шерстяных одеял.

Мне кажется, я могу остановиться в любой момент.
Но это ловушка письма. Кажется, что достаточно одной детали, чтобы вообразить целый мир. Здесь уже достаточно деталей, но мне необходимо описать многие вещи. Чтобы почувствовать удовлетворение и сказать себе — теперь ты свободна от мертвецов.

Сегодня мой лесной кабинет оказался занят.

Я свернула с тропинки и села на поваленное де-рево. Здесь, между шалашом из веток и крохотным кладбищем на две могилы, на старом пне стоит деревянный скворечник, покрытый мхом. Я поставила на него свой ноутбук. Меня не видно с тропы, но я могу заметить редких бегунов и слышать голоса прогуливающихся женщин.

Я часто вспоминаю нашу с ней последнюю встречу.
Я приехала в Усть-Илимск после долгого путешествия в Казахстан. У меня не было работы и не было денег. Казалось, что в мире есть только одно место, где я могу остановиться и при этом у меня не будет необходимости работать и искать деньги на аренду жилья.

Это был далеко не первый депрессивный эпизод, но я не готова была признавать свою болезнь. Мне казалось, что мир утратил вес и объем. Все мое внимание стянулось к маленькому кухонному телевизору, на экране которого от порыва ветра начинали ходить неровные полосы белого шума. Я не понимала, зачем я приехала, время тянулось, и одновременно мне казалось, что дни исчезают как растворяется дождевая капля, упавшая на поверхность черного озера.

Чувство одиночества, невозможность регулировать свои эмоции, деструктивное поведение и самоповреждение. Люди с этим расстройством редко могут почувствовать, что они существуют.

Мое чувство безродности было вызвано отречением от своей жизни и семьи. Но отречение никогда не дает полного освобождения.