Çay ve Zen

Приготовление чая – это искусство, и оно нуждается в руке мастера, который способен выявить самые благородные качества этого напитка. У нас есть хороший и плохой чай, так же как и у вас есть хорошая и плохая живопись (превалирует обычно последняя). Не существует единого рецепта приготовления идеального чая, как и не существует правил для создания такой живописи, которая принадлежит кисти Тициана или Сэссона. Каждая заготовка листьев имеет свой собственный метод, свои специфические приемы, связанные с водой и теплом. Главное, что в этом процессе должна всегда присутствовать истинная красота.

Первая чашка увлажняет мои губы и горло,
Вторая уничтожает одиночество,
Третья исследует мои сухие внутренности, чтобы в результате найти в них тысяч пять томов странных знаков;
Четвертая чашка вызывает легкую испарину, - все печали жизни уходят через поры;
С пятой чашкой я чувствую себя очищенным,
Шестая возносит меня в царство бессмертных,
Седьмая - ах, но я уже больше не могу.
Я чувствую лишь дыхание прохладного ветра, которое подымается в моих рукавах.
Где Хораисан? Дайте же мне улететь туда на крыльях легкого ветра.

Хораисан — недостижимый рай в японской мифологии.

Мы должны знать всю пьесу, чтобы хорошо играть свою роль. Понятие целого никогда не должно теряться в понятии индивидуального. Лао-цзы иллюстрирует это своей любимой метафорой Пустоты: он утверждал, что только в пустоте заключается настоящая сущность, реальность комнаты, например, осуществляется пустым пространством, ограниченным крышей и стенами, но не крышей и стенами самими по себе. Полезность кувшина для воды заключается в пустоте, где можно поместить воду, а не в форме кувшина или материала, из которого он сделан. Пустота всемогуща, ибо она содержит всё. Только в пустоте делается возможным движение. Тот, кто способен создать в себе пустоту, в которую могут свободно входить другие, сделается хозяином всех положений. Целое должно всегда господствовать над частью.