Hamnet

Я в недомении от "Лучшей книги 2020 года по версии Guardian, Financial Times, Literary Hub и NPR."
Может там невероятно прекрасный английский язык? Или упоминание Шекспира в любом контексте для англичан затмевает все остальные аспекты романа? Боюсь мне не понять. Книгу я слушала на русском, сначала на обычной для себя скорости - 1х, потом редкой для меня - 1,25х, потом впервые на 1,5х, а домучивала на 2х и 2,25х (больше приложение не позволяло).

Книга, конечно, не о Шекспире, и даже не о 16 веке (сюрприз-сюрприз), хотя формально действие происходит в то время, и некий антураж в виде амбаров, свинарников, латыни и чумы в наличии. Имя Уильям и фамилия - Шекспир в романе не упоминаются ни разу, но мы то всё понимаем, ага - ведь есть название и аннотация. Но в любом случае, поэт-драматург в книге главной роли и не играет.

История о молодой жене "Шекспира" и о потери ребенка. Что касается героини, она - женщина не обыкновенная, а одаренная экстрасенсорными способностями, к тому же травница и врачеватель. Автор, видимо, посчитала, что об обыкновенной женщине читать не интересно, поэтому вот нам - ясновидящая Агнес. Тут у меня первый вопрос к писательнице - зачем? Зачем все эти, предвидения, предсказания, перебирание трав и корешков на каждой десятой странице?

Второй вопрос - зачем столько слов? Роман, на мой взгляд, откровенно графоманский. Десятки, сотни ненужных слов, метафор - часто банальных и неуместных. Под всеми этими нагромождениями фраз погребен и сам умерший Хамнет, и горе родителей, и вообще весь смысл романа.

И это очень печально, потому как, сюжета в романе нет и выезжать ему больше не на чем. Исторической достоверности и атмосферы тоже нет, несмотря на амбары, свинарники и даже чуму (к слову - рассказ как чума добралась до дома Хамнета, самая бодрая история в книге).

Поэтому, к большому моему сожалению, как я не пыталась в первой части проникнуться неспешным повествованием, улавливать красоты во всех травках, выращивемых Агнес, ко второй половине книги меня все больше раздражала сначала главная героиня (полностью статичный персонаж, без толики развития), а потом и сама Мэгги О'Фаррел. В конце концов я смирилась, что это не историческая проза и даже не семейная драма о потери ребенка, а длиннющее графоманское эссе о том, как по мнению, писательницы родители переживают горечь утраты.

Мне кажется, Мэгги О'Фаррел очень-очень хотела написать пронзительную драму с необычной главной героиней, но оригинальный сюжет придумать не удалось, поэтому вот вам - "историческая проза", намек на Шекспира, женщина-экстрасенс и куча существительных с глаголами, про видения, травки, предчувствия, белочек, птичку-пустельгу, и т.д. и т.п. И вот вам Драма.

В общем, точно не моя книга и точно не моя писательница. Полный рассинхрон у меня с ней. И не согласна с мнением о том, что "Хамнет" похож на классическую прозу. Ну вот ни разу. Да, классика часто многословна, но там всегда есть сюжет, развитие героев. А здесь...как то бессмысленно и грустно.

Вот знаете что? Эту книгу, как и Кадзуо Исигуро - Не отпускай меня надо читать без главного жирного спойлера. Только тогда можно получить то самое литературное наслаждение.

Я, конечно же, где-то что-то слышала, и я знала, что в книге где-то должен быть Шекспир, и я догадывалась, кто он. Но до последнего делала вид, что не замечаю. Это как едешь в автобусе с человеком, с которым не хочешь здороваться: о сколько интересных видов за окном! )) Так и здесь. И у меня почти получилось в конце искренне удивиться. Представляю, как бы это было круто, если б я вообще знала. Но увы.

Вы скажете, что и моя рецензия участвует в общем спойлеро-заговоре, но это просто уже не остановить. Механизм запущен. А как бы было хорошо, если бы вообще не знать)

Но не буду как старушка бесконечно причитать, имеем, что имеем. Так вот. Я так понимаю, что на автора много негатива именно из-за того, что "замахнулась на Шекспира". Ну, знаете ли, а что и вам мешает? Замахнитесь и вы, сделайте лучше. Лично мне очень понравилось.

Конечно, я, как мать, определённые сцены читала с остановкой сердца и даже проматывала (это была аудиокнига). Но что поделать, жизнь не пряник, тем более в 16 веке.

Считаю, что "Хамнет" выполнил все книжные задачи: удивил, взволновал, читался интересно, запомнится надолго.

В общем, хорошая книга, советую.

Мыслью немецкого философа Георга Вильгельма Фридриха Гегеля, которая часто приписывается Вильяму Шекспиру, но в оригинале звучит: «...все великие всемирно-исторические события и личности появляются, так сказать, дважды... первый раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса», пожалуй, начну своё эссе по поводу книги «Хамнет».

Главный герой – Хамнет, он же Гамнет, он же Гамлет (так и хочется продолжить он же Гоша, Тоша, и дойти до Джойсовского Mack-in-tosh – Макинтоша, что “sense terns into tosh-bulshit, etc).

Чтобы попытаться отделить зерна действительно случавшегося в жизни английской семьи 17 века со всеми перипетиями и взаимоотношениями как социального, так семейного характера, я решила все-таки почитать дополнительно: а что есть в архивах о реальной жизни Шекспира, его жены Энн Хетэуэй, детей Сюзанны и двойняшек Джудит и Гамнета, умершего в 11 лет. А также родителей Шекспира – Джона-перчаточника и Мэри, урожденной Арден, их детей – сестер и братьев Вильяма, родственников жены Шекспира. Ну и прочих данных, оставшихся потомкам в качестве вещественных доказательств: who was who?

И, оказывается, достоверных сведений ничтожно мало. И потому великий классик, собственно, как и его жена, впоследствии будет перефразирован, переинтерпретирован, переосмыслен, жизненно переписан и сюжетно переоформлен за весь период после его смерти так, как каждый из многочисленных писателей себе на душу положит.

Собственно, хорошее видео сделала Тамара Эйдельман о жене Шекспира, об их возможных отношениях. О которых нет никаких сведений. И потому размахнись рука пишущего, раззудись плечо воображающего. Читатель современный – он нынче продвинут и социально открыт любому вымыслу.

Словом, данное произведение, по моему скромному мнению, - это сочинение представительницы женского пола, с явным уклоном в феминизм, романтизм и сентиментализм на вольную тему жизни великого англичанина. Кстати, описания быта, действительно, похожи на те, которые дальняя родственница Энн Хетуэй впоследствии выставила в усадьбе, ставшей местной достопримечательностью и туристическим пунктом, но не имеющая ровным счетом никакого отношения к мебели, и даже завещанной второй кровати, на которой спал Вильям с супругой.

Книга написана в излишне, как на мой вкус, эмоциональном стиле. Аффектированно ориентированном на женскую аудиторию. Впрочем, оно и понятно: доля женщины в Англии Елизаветинской эпохи незавидна, детская смертность – обычное событие, чума дрейфует по странам и городам (тут автор придумала целую эпопею, чтобы подвести чумную блоху к семейному очагу семьи), борьба с болезнью и смерть. Автор каждый раз пытается поставить себя на место разных персонажей и пишет от их имени: что они думают, чувствуют, делая то или иное, вступая в отношения и конфликты друг с другом. Словно бы она читая в них, как в открытой книге, выписывает нам – читателям – внутренний мир каждого героя.

И все же… Как сказал бы Станиславский: не верю… Может потому, что, конечно же, я там и так не жила. (Хотя кто знает?). Именно потому я предпочитаю читать оригинал писателя. Как например, читаю сонеты, переводя их, и для меня сам Вильям стал более понятен и близок не в переводах Маршака иже с ним, а когда, сделанный собственными интеллектуальными усилиями, подход к снаряду его творчества открыл моему восприятию его слова.

Напоследок хочу привести сонет №11 в качестве доказательства того, что поэт мог быть обычным человеком, который любил жизнь, почитал семью и ее ценности – продолжение рода в детях, и вполне мог быть как гением в своих произведениях, так и человеком своей эпохи со всеми ее трудностями, ненастьями, социальными нормами и стандартами.

Перевод мой.
Как быстро угасаешь ты, так быстро и растешь
В одном из тех, кто порождён тобою,
В ком кровь свежа. Ты молодость даёшь,
Кто повторяет твою юность красотою.

И в этом мудрость, красота и рост
Без спуда возраста, что гнёт к упадку тело:
И если б все так думали, то судьбы на погост
Уже к шестидесяти лет клонились смело.

Что ж делать тем, в ком от природы дара нет? -
Сурово и бесплодно пусть погибнут.
Зато кого она одарит лучше всех,
Пусть бережёт тот щедрый дар, постигнув:

Природа копию себя оставила тебе,
И ты не дай подобью красоты сей умереть.

As fast as thou shalt wane, so fast thou grow'st
In one of thine, from that which thou departest;
And that fresh blood which youngly thou bestow'st,
Thou mayst call thine when thou from youth convertest.

Herein lives wisdom, beauty, and increase;
Without this folly, age, and cold decay:
If all were minded so, the times should cease
And threescore year would make the world away.

Let those whom nature hath not made for store,
Harsh, featureless, and rude, barrenly perish:
Look whom she best endow'd, she gave the more;
Which bounteous gift thou shouldst in bounty cherish:

She carv'd thee for her seal, and meant thereby,
Thou shouldst print more, not let that copy die.

БрунаПеревод
16.10.2023.
Как быстро угасаешь ты, так быстро и растешь
В одном из тех, кто порождён тобою,
В ком кровь свежа. Ты молодость даёшь,
Кто повторяет твою юность красотою.

И в этом мудрость, красота и рост
Без спуда возраста, что гнёт к упадку тело:
И если б все так думали, то судьбы на погост
Уже к шестидесяти лет клонились смело.

Что ж делать тем, в ком от природы дара нет? -
Сурово и бесплодно пусть погибнут.
Зато кого она одарит лучше всех,
Пусть бережёт тот щедрый дар, постигнув:

Природа копию себя оставила тебе,
И ты не дай подобью красоты сей умереть.

Скучноватая книга, но конец какой-то такой залихватский, что неожиданно спасает всю эту скучную кашу. Автор решила придумать историю о том, как Шекспир мог бы написать своё самое известное произведение. Известно, что Гамлетом звали его сына, который умер ещё мальчиком. В итоге получилось, что о мальчике тут не так много.
Начинается всё с того, что у такого гения, как Шекспир, жена не может быть какой-нибудь заурядной простушкой. Агнес (произносится как Аньес) - ведьма. Она видит будущее, ощущает настоящее, умеет делать лекарства из трав и заговаривать пчёл. Ну пусть будет - у женщин в то время было не так много возможностей проявить себя, так что это единственный способ сделать героиню выдающейся. Но почему-то вместе с умениями автор наделяет героиню заносчивостью. Когда Агнес/Аньес рожает близнецов и визжит как резаная, когда её пытаются удержать от побега в лес, где бы она одна рожала под кустом, тут она у меня стала вызывать неприязнь. Очевидно же, что что-то не совсем так и роды будут сложные - почему бы не довериться свекрови, родившей целый выводок детей, и повитухе, принявшей их сотни? Если для всех остальных женщин города такая помощь приемлема, почему она считает, что именно для неё это как смерть? Можно было бы списать на её скудоумие, но даже дальше её дочь, чуть не выпалившая такое, разумно приходит к мнению, что нет, мать отнюдь не дурочка. Так что она должна отдавать себе отчёт, и её неприязнь к традиционным родам - таки заносчивость. С этого момента героиня вызывает только неприязнь, так что даже такая трагедия, как смерть сына, опустошившая её почти полностью, не трогает так, как могла бы. В то время вообще половина детей не доживала до взрослого состояния, а тем более во время эпидемии чумы - детскя смертность была неотъемлемой частью жизни любой семьи. Почему героиня опять же считает, что она выше всех остальных, что даже смерть должна была сделать для неё исключение?
В общем, автор перестаралась с героиней. Почему умерший мальчик был настолько замечательным, что все жить без него не могут - не очень понятно. Про него почти ничего в книге нет, кроме какой-то сомнительной мистической подмены, когда он отдаёт свою жизнь в обмен на жизнь сестры. Так-то может оно и показало бы его героем, только об этом его поступке никто и не знал. Зато столько горя принесла его смерть, что отец, который его видел-то несколь раз за всю жизнь, потом годами убивается. Вот что значит смерть наследника. То есть мёртвым он принёс куда больше смысла, чем живым.
В целом книга извращает обычные человеческие ценности, такие как жизнь и смерть ребёнка. Как если бы смысла в обычных человеческих чувствах и поступках недостаточно, автор прибегает к базарной магии. Но, как я сказала, конец книги неожиданно спасает всё - когда героиня как раз-таки на минутку становится обычным человеком.

Произведение проникнуто печалью и трагедией и в некоторые моменты его было читать ооочень непросто. В основе сюжетной линии лежит реальная история гибели сына Уильяма Шекспира – Хамнета. Впоследствии им была создана трагедия, в которой он увековечил имя своего так рано почившего сына. О жизни выдающегося английского драматурга доподлинно мало что известно, поэтому простора для авторской фантазии тут предостаточно.

О`Фаррелл удалось создать удивительно сочную и яркую картину жизни английской глубинки 16-века. А еще действие, что меня порадовало, сконцентрировано не на самом писателе, а на его семье, что позволяет заглянуть за кулису и лучше узнать не только о самом Шекспире, но и его жене и детях. Даже пусть это всего лишь интерпретация автора.

Одним словом, мне это произведение понравилось. Оно получилось очень трогательным, эмоциональным и трогающим душу, со своеобразным авторским слогом и стилем изложения, который я не сразу «распробовала». Но я все же перенеслась в далекое прошлое и буквально погрузилась с головой в происходящее, что заставило меня переживать, радоваться и горевать вместе с героями. Оценка 5-

Эта книга как альбом со старыми пожелтевшими фотографиями, частью отклеившимися и висящими на одном углу, попорченными временем и погодой, в беспорядке перемешавшимися и помятыми. Она как всплески воспоминаний, очевидно всегда и, часто вроде бы совершенно случайно и невпопад, всплывающих в памяти в моменты сильнейших душевных потрясений. Книга полна запахов, голосов, оттенков, звуков, шорохов,видений и неких других проявлений мыслей и чувств, которые не выражаются словами, а отпечатываются в сознании, проходят через стены домов, стелясь легким туманом по улицам города и окутывая прозрачной дымкой лесные тропы, проникая во все углы и щели. Но не каждому дано уловить эти мельчайшие всполохи неведомого и ощутить мерцающие отблески таинственных и непредсказуемых сущностей и ощущений. Вся книга проникнута каким-то первобытным смыслом дикой природы, на уровне догадок и намекав, заполняя сознание непонятной и пьянящей аурой. Самое подходящее, на мой взгляд, определение происходящего и его характера - это импрессионизм. То, что видит человеческий глаз, каждый по своему. Как широкие мазки, резко очерченные контуры и яркие сочные краски Матисса, Гогена, Ван Гога, полные бликов и игры света пейзажи Моне и Сислея или скопление маленьких и, как бы толкающих друг друга, точечек как у Писарро.
В книге, по большому счету, практически ничего не происходит, кроме вселяющего надежду рождения детей и их неизбежной смерти, неважно в каком возрасте, но она как-то против воли затягивает читателя как глубокий темный омут, пугающий, но манящий, не давая возможности противиться этому всепоглощающему наваждению.
С первых же строчек чувствуется царящая в доме перчаточника Джона, пронизывающая ужасом
атмосфера насилия и жестокости, завладевшие им звериные инстинкты и злоба. Хотя животные, самые опасные хищники, никогда не направляют свою агрессию против своих же детенышей. Дети всех поколений этой семьи, жившие в атмосфере постоянного страха и угрозы, научились быть невидимыми, беззвучно двигаться и предугадывать вспышки гнева взрослых по едва уловимым знакам и приметам. По дому бродит одиннадцатилетний мальчик, вздрагивающий от каждого шороха и усердно пытающийся сохранять дистанцию от злобного деда- мракобеса, получающего извращенное удовольствие от избиения, сначала сына, а потом и внука. Есть еще и четырнадцатилетняя Сюзанна, уже уставшая от жизни и одновременно злящаяся на нее, ничего от нее не ожидающая и ни к чему не стремящаяся. И все же этот неприветливый дом, избегаемый соседями из-за недостойного поведения отца семейства, очевидно попавшегося на каких-то торговых махинациях, да к тому же и подозреваемого тайного католика, населен обыкновенными людьми из плоти и крови и у каждого есть имя, данное ему при крещении. Вот только нигде и никогда не упоминается имя главного героя, и он больше похож на бестелесный призрак в собственном доме. Он отец Хамнета, брат Элизы, сын Джона и Мери, муж Агнес, репетитор латыни. Но у него нет имени. Как у Бога? Это святотатство называть его, как миллионы других мужчин, Джон, Артур, Эдуард, или может быть Уильям…?
Все, однако, связано с этим безымянным героем, задыхающимся в липкой паутине этой кошмарной и разъедающей душу рутины и безысходной суеты, чуждого и непонятного ему мира, доведенных до автоматизма каждодневных забот. Лишь вырвавшись из этой удушающей западни , парализовавшей его мысли и желания, он наконец-то находит ту, предназначенную лишь ему орбиту, таинственную и причудливую страну, прежде существовавшую лишь в его воображении- великое искусство театра, волшебное рождение стекающего с кончика пера написанного слова, тонким и затейливым кружевом витиевато покрывающего бумагу, и подобно размахивающей тонкими и прозрачными крыльями бабочке, слетающего с чувственных губ лицедея. Как и его жена, с детства ставшая частью природы, слившаяся с ней и впитавшая ее соки, звуки и вкусы, стремилась вернуться к ней и сохранить себя в ее объятиях, так и он, сначала неосознанно, чувствовал, что он должен бежать отсюда без оглядки, иначе ему не выбраться из этого затхлого и вонючего болота обыденности.
Еще не так давно женщине предназначалась единственная роль в обществе- забота о семье и доме. Она была лишь жена и мать. И если ребенок умирал, то жизнь ее лишалась большей части ее содержания и смысла. Нет ничего страшнее смерти ребенка. То, что он еще утром играл с сестрой и котятами и бегал по двору, гоняясь за курицами, и вдруг в одночасье жизнь оставила его на глазах у изумленных членов семьи, превращая его в бесплотный призрак, жуткое напоминание о ненодаденной любви, неразделенной радости, нерастраченных нежности, сочувствия и тепла. Иногда потеря ребенка объединяет родителей в их страшном горе, помогая и поддерживая их в преодолении этой непереносимой утраты. Иногда - наоборот, образ покинувшего этот мир самого дорого существа, водружает между ними непреодолимую преграду, и каждый страдает в одиночку, отгородившись от внешнего мира в своем полном боли и безысходной печали грустном коконе. Книга начинается и заканчивается неожиданной смертью любимого и желанного сына, в одночасье превратив его недолгую жизнь в ускользающее мгновение.
Язык книги и перевод поразили меня своим богатством, сочностью и многогранностью, переливаясь удивительными и неожиданными всплесками образов и видений. Каждое слово отшлифовано до блеска, выверено и отточено с поразительной и филигранной точностью. Мне понравились несколько оригинальных находок. Например, когда девочка
начала срезать тонкую яблочную кожицу, то «из-под лезвия появился длинный зеленый локон, похожий на волос русалки» или то , что панели в старом доме не скрипели, а кряхтели. А чего стоят невероятное макабрическое странствие блох по морю и по суше из Александрии в Англию, путешествие рокового письма, неотвратимо следующее за героем как черное крыло неизбежности.
Когда я читаю биографии гениев или очень знаменитых личностей, то почему-то всегда есть уверенность, что их жизнеописание с первых же слов не может быть обычным и обыденным, как у миллионов других менее выдающихся людей, просто проживших свои жизни и не оставивших сколько нибудь заметный след в истории человечества. Всегда присутствует ожидание чудесных и необычных событий, чего-то потрясающего и из ряда вон выходящего. Их жизни должны быть совершенно ни на что не похожи и это должно быть понятно с момента их рождения. Но все эти знаменитости не одиноки в этом мире, их окружают другие люди, влияющие на них, озаряющие их своим, по своему тоже уникальным, светом, и наконец, сопровождающие их на протяжении всего их жизненного пути. Иногда через призму судеб и поступков близких им людей можно понять и узнать их совершенно с неожиданной стороны.
До этой книги, хоть и являющейся плодом раздумий и размышлений автора и основывающейся на удручающе бедных и одиночных свидетельствах и упоминаниях о личной жизни этой удивительной и во многом такой таинственной семьи, я совершенно безосновательно представляла жену Шекспира в образе легендарной сварливой жены Сократа, не сумевшей понять необычайный внутренний мир своего во всем необычного и непостижимого мужа, сбежавшего от ее докучливости и упреков в далекий Лондон к своей единственной цели и возлюбленной - драматургии. Да и могла ли неграмотная женщина, родившаяся на ферме и проведшая всю свою жизнь среди овец, коров и грядок и ни разу не выезжавшая из своего города, разгадать невероятную загадку его гениальности? Но в образе, созданном автором, Энн/Агнес, вовсе не предстает примитивным созданием с плохим характером. Она действительно была не от мира сего, унаследовав любовь к природе и одиночеству от своей странной в глазах соседей матери, передавшей ей умение понимать язык животных и растений, чувствовала себя частью этого многоцветного и многозвучного, только ей понятного, слышимого и видимого царства.
Прочитала, что решено снять фильм по роману. Не представляю себе, как можно передать словами и движениями все эти полутона и оттенки. Актеры будут произносить реплики, их тела будут перемещаться в разных направлениях, лица изображать мимику и чувства, но передать атмосферу таинственности и почувствовать запах неведомого вряд ли можно через линзу видеокамеры в огромном павильоне, полном пахнущих краской декораций и глянцевой бутафории. Воистину «Остановись, мгновенье! Ты прекрасно!».

Это вторая книга О'Фаррел, которую я читаю. Удивительно,но впечатление у меня сложилось практически аналогичное. У романа интересный на мой взгляд замысел,но не удачное воплощение. Поначалу, пока он напоминал семейную сагу, читать было сравнительно интересно, но чем дальше, тем скучнее. Стиль книги очень утомителен. Для меня было непонятно наличие восторженных отзывов и я немного под стала рецензии. В одной из них был отрывок из оригинала на английском. Он о довольно прозаичных вещах рассказывает весьма поэтически. Видимо в оригинале прекрасный стиль отвлекает от буксующего сюжета. Но это не снимает несоответствий сюжета.
Например в линии чумы многое мне показалось странным. Например, мать, поняв, что дочь больна чумой зовёт у ней бабушку и сестру девочки, хотя, казалось бы, должна беречь своих детей от заразы. Или судовой врач, несмотря на то, что в те времена эпидемии чумы следовали одна за другой, не узнает болезнь, решив, что это тропическая лихорадка. В реальности он безусловно все понял бы, но постарался скрыть, поскольку судна где есть подозрения на чуму не принимали в крупных портах ( по крайней мере в Италии). Они могли стоять у города на рейде пока все на корабле не умрут.
Да и кульминация романа, оригинальная трактовка Гамлета, не выдерживает критики.
Не играл эту роль молоденький паренёк.
Первому исполнителю роли Гамлета, Ричарду Бербеджу, было около 33 лет Да и самому Гамлету по пьесе 30.

«Женскую премию в области художественной литературы 2020 года вручили писательнице Мэгги О'Фаррел за роман «Хамнет», рассказывающий о жене и детях Уильяма Шекспира» — пишут СМИ.

Об Англии 1580-90-х годов, как и об этом периоде жизни и творчества Шекспира, известно мало, поэтому читать роман особенно интересно. Автор подробно описывает жизнь людей в пригородах Лондона, перенося читателя из одного семейного жилища в другое, не чураясь неприглядных особенностей быта тех времен.

Мало кто знает, что у Шекспира был сын. Один из двойняшек. Звали его Хамнет. И мальчик умер в 11 лет, по некоторым данным от чумы. В средневековом английском Hamnet и Hamlet взаимозаменяемы. Ученые до сих пор спорят о влиянии трагических событий на дальнейшее творчество драматурга. Но одно мы знаем точно: через четыре года после потери сына поэт написал трагедию, герой которой носил то же имя.

Но главной героиней романа можно назвать жену Шекспира — Агнесс. В одном из комментариев автор уверяет, что это одно из имен Энн Хатауэй. Дикая, необузданная молодая женщина, влюбившаяся в юного учителя латыни. По сюжету оба молодых человека не были счастливы в своих семьях и нарочно спровоцировали свой брак, зачав первого ребенка. Агнесс любит мужа, от чего меняет свободу лесов и полей на маленький семейный дом, который они с мужем вынуждены делить с его строгими родителями. Именно Агнесс показывает читателю быт и культуру того времени, проводит через ложные социальные установки и осуждения общества, свойственные Англии 1580-х.

В романе две временные линии: одна об истории любви Шекспира и Агнесс, а вторая показывает короткий и трагический промежуток, в котором развернется трагедия.

Книга красива и печальна. История о любви и семье, задающая вопрос: стоит ли смерть одного ребенка создания столь великого и непревзойденного?

Шекспир околдовал меня еще в школе, и с годами любовь к произведениям гения во мне только растет и крепнет. Обычно настороженно отношусь к попыткам других людей внести художественность в биографию исторического лица, но здесь шалость явно удалась!
Пронзительная история о Хамнете, сыне Шекспира, умершем в одиннадцатилетнем возрасте. Конечно, это художественное произведение, а не документальная хроника, но уже то, что в основе его лежит реальное событие, делает книгу интересной.
А если отойти немного от Шекспира, и Хамнета, и написанного четырьмя годами спустя Гамлета, эта книга о самом больном событии из возможных - о потере родителями сына. О горе, сквозь которое порой проходят люди, и через которое прошел бессмертный гений.
Любителям творчества Шекспира, любителям эпохи, любителям трагедий - рекомендую однозначно! Равнодушными не останетесь точно!

Ничего бы не изменилось, назовись эта книга другим именем: мать все так же скорбела бы над своим дитя, дитя покинуло бы этот мир безвременно рано. Но Хамнет... Хамнет! Привлекает внимание, не так ли? Вызывает желание прикоснуться к покрытой тайнами истории Уильяма Шекспира? Зазывает заглянуть за завесу тайны и... И что? Хочется наклонить голову, скептически посмотреть на автора и спросить: "И что?"

Опыт прочтения был интересен: семейное насилие, бредущие дети по островкам опасности и безопасности в жестоком человеческом мире, чума в Англии, любовь, повлекшая за собой создание семейной ячейки общества, мечта, уведшая отца в большой город от любимой семьи. Но, отрываясь от строк, я задавалась вопросами, на которые не находила ответов, зато создавалось впечатление. Впечатление, что автор придумала историю про жену Шекспира и хотела рассказать именно ее, но что-то (или кто-то) вдруг попросил рассказать о сыне Шекспира, и она нехотя начала вплетать в свой текст слова о нём, нехотя, коверкая изначальную задумку и поэтому внося сумятицу. Но Хамнета - маленького мальчика - здесь практически нет, он лишний в замысле автора, но автор почему-то старательно пытается убедить читателя (и, возможно, себя) в обратном. Вот этот обман и мешал мне насладиться чтением, да даже если не насладиться, то пробежаться по страничкам, прочитать текст и получить от этого чтения какое-никакое, но удовольствие.

Даже смерть Хамнета в повествовании показана как лишняя, случайная, и этому я уже не удивлялась, ведь он - лишний в этом сюжете. Не его страданиям и не его выбору мы должны сопереживать, а материнским, но... эта сцена вызвала больше всего вопросиков и недоуменных возгласов: "Зачем?" Зачем было вводить вот это мистическое непонятное нечто?! Тут ведь дело не в материнской любви, ни в сестринско-братской (ведь сестринско-братские отношения нам в повествовании не показали, только вот эта вот сцена, когда брат хочет забрать сестру у смерти и предлагает вместо нее себя), вообще ни в чем. Просто так, чтобы придумать причину смерти?..

В какой-то момент даже интерес к семье Шекспира не смог заставить меня перевернуть следующую страницу. Не интересно. Пришлось придумывать себе гештальт, напоминать о книжных играх и дочитать этот роман.

Очевидно, что в какой-то момент Агнес выбрала страдать, а такие героини никогда не находят у меня понимания - даже не потому, что страдают, а потому, что, начав страдать, они тут же придумывают себе все новые источники страдания, перекладывая ответственность и развешивая вину практически на каждом, кто косо посмотрит. И пусть, пусть финальная сцена постаралась расставить все акценты по местам, свести линии воедино и придать смысл существованию этого текста, с книгой смирить меня ей не удалось. Но и это не находит во мне оправдания, не вижу я обнадеживающего финала там, где женщина пытается оправдать свои поступки высшей целью, но не способна принять интересы своего мужа. Да вот хотя бы что ей стоило приехать к нему в Лондон и посмотреть на его жизнь своими глазами?

Ей нравилось быть носителем света, божественного провидения и быть единственным источником понимания, но как только у Него начало получаться на сцене, он обрел довольно приличную по рамках тем времен славу, как к нему начали тут же накапливаться обиды. Раньше, когда он жил в Лондоне, а она с детьми - в Стратфорде, обид, видите ли, не было. Но стоило только Ему взять ответственность за свою труппу на себя и возжелать к ним вернуться спустя какое-то время после гибели сына, как он тут же стал предателем для нее. И нет, вернуться с ним она не может, как бы он ни звал, еще чего.
В общем, вопросики, вопросики и нежелание ставить этой книге какую-либо оценку в принципе.