Цитаты из книги Они Журавли

— Ты не в клетке.
— Никто не запрет моего журавля! Не зря же я Журавлева!

И пазл сошелся.
Миллиметр к миллиметру.
Каждый кусочек краски моего рисунка продолжился в нем – в его рисунке. Ни стало вокруг ни Аллы, ни застывшего в оцепенении Кости, ни оторопевших Воронцовых, официантов, гостей, исчезли пол, нарядные столы и скатерти-невесты. Осталась лишь сплошная невесомость, от которой меня укачало.

Я играла в смешанной команде любителей, где тренируются и парни, и девушки от пятнадцати до восемнадцати.
Тренер постоянно цеплялся. Он был самый настоящий сексист, бросая фразочки: «запишись на кройку и шитье с такими вышиванием лезвием!», «не делайте ей скидок, парни, прессуйте, как будто у нее защитная ракушка!», «ты баба или боец?! Реши!»

Через два дня во всех центральных газетах вышли заметки о сбежавших в районе улицы Ковалихинская лабораторных «радиоактивных» кроликах. Этим словом их не называли, но смысл понятен. Если лабораторные, значит ядовитые и чем-то облученные. В статье предупреждали, что приближаться к животным или трогать их категорически запрещается. Про то, что на Ковалихе окажется охотница, журналист не подумал. Запрета об употреблении в пищу (кстати!) тоже не было.

Папа напоминал престарелого Гарри Поттера. Взъерошенный, печальный. Он словно пережил самую страшную трагедию в жизни, что испещрила его молодой лоб преждевременными рытвинами. Победил сильнейшего в мире черного мага, но никогда о нем не говорил. Не хвастался мне – примитивному маглу ­- своим героизмом.

Не она, внучка. Не она их порезала. Я это сделала, — грустно смотрела она на коробку, выпивая капли второй раз.
— Ты? Зачем, ба? Кого ты отрезала?
Руки бабушки вытянулись к коробке, но в последний момент она отдёрнула пальцы, не решаясь прикоснуться.
— Прошлое отрезала, внучка, прошлое, которого нет. Его больше нет. Не нужно хранить исчезнувшее.

«Ты потерялась?» — писал отец.
Может, я не потерялась, но я и не нашлась.

Я гасила ударом кеда прожжённые черные островки, прикидывая, сколько часов придется втыкать сосиски в булочки хот-догов на подработке, чтобы расплатиться за ущерб?

— Герань, — выдохнула я, — конечно, так пахнет герань, как у нас дома.
Этот запах я ни с чем не перепутаю. Так пахло у нас в квартире последние восемь лет с тех пор, как мы переехали в Нижний из Солнечногорска. Так пахли волосы и руки мамы. Прозрачная кружка отца и его отлучки по вечерам. Так пахли истерики, тяпки, еноты и бредовая болтовня.

— Что..?
— Ты про что? Про маму, палец или рыбок?
— Про все. И про палец. У тебя шесть?
— Ага! Это после ужина радиоактивными кроликами.
— Хорошо, что не рыбками.

Ну да, меня, как и его не волновало уравнение с зашифрованной смертью. Наверное, такое свойственно всем людям, ведь даже на войне остается место любви. Какой бы ни была опасность, мы хотим влюбляться и ощущать, что живы. Ходить в кино, праздновать свадьбы, выступать на конкурсах.

От его волос пахло ананасом. Я чувствовала мягкость прядей на своей щеке, запах табака и запах мужчины.

И я рванула, пока оранжевые ремни безопасности гоночных болидов не впились мне в плечи, как и Максиму спились его ремни, не дав исчезнуть последним двум сантиметрам между нами.
— Твоя машина против, — улыбнулась я, — как твоя Роксана.

— Уверена? — села я на корточки рядом, — ты сколько раз позвонила?
— Тринадцать с половиной.
— С половиной?
— Один гудок, и я бросила. Все равно ведь не возьмет.

Но меня было не остановить. Я на миллиметр от истины. От правды, что все это время была рядом со мной, под самым моим носом.

Я вышла из машины, подставляя лицо под свежие капли дождя и закричала.
Я вращалась вокруг себя и смеялась, смешивая слезы с дождем. Я чувствовала, мы приближаемся к кульминации, к завершению моей пытки, моего приключения, моих стенаний в поисках правды.

Я обернулась, но он не произнес ни слова.
Стоял. Молчал. Он был похож на упавший с небоскреба смартфон, который трижды переехал трамвай, искусал аллигатор и пожевала белая акула. Треснутый, глюканутый, покоцанный. Он еще фурычил, но уже не был сверх мощной оперативной памятью, растеряв все свои базы данных.