Абсолютно правдивый дневник индейца на полдня

My grandmother's greatest gift was tolerance. Now, in the old days, Indians used to be forgiving of any kind of eccentricity. In fact, weird people were often celebrated. Epileptics were often shamans because people just assumed that God gave seizure-visions to the lucky ones. Gay people were seen as magical too. I mean, like in many cultures, men were viewed as warriors and women were viewed as caregivers. But gay people, being both male and female, were seen as both warriors and caregivers. Gay people could do anything. They were like Swiss Army knives! My grandmother had no use for all the gay bashing and homophobia in the world, especially among other Indians. "Jeez," she said, Who cares if a man wants to marry another man? All I want to know is who's going to pick up all the dirty socks?

– Послушайте, – сказал Тед. – Я понимаю, что всё это вы уже слыхали. Что белые всё время вам это говорят. Но я всё равно должен сказать. Я люблю индейцев. Люблю ваши песни, ваши танцы, ваши песнопения. И люблю ваше искусство. Я коллекционирую предметы искусства индейцев.

Ой-й-й-й, он еще и коллекционер. Благодаря им индейцы чувствуют себя насекомыми, приколотыми булавкой к доске. Я оглядел футбольное поле. Ага, все мои кузены и кузины корчились, как жуки и бабочки, которым проткнули булавкой сердце.

Моей бабушке плевать было на всю эту гомофобию, царящую в мире, особенно в среде индейцев.

– Божтымой, – говорила она, – да кому какое дело, если мужчина хочет жениться на мужчине? Мне лично только одно интересно знать: кто будет подбирать за ними грязные носки?

Конечно, когда пришли белые и принесли свое христианство и страх всего экстравагантного, индейцы потеряли всю свою толерантность.

Индейцы научились осуждать и ненавидеть так же, как любой белый.

Но только не моя бабушка.

Она сохранила в себе прежний индейский дух, понимаете?

Она с равным уважением относилась к новому человеку и к новому веянию.

Когда мы ездили в Спокан, бабушка заговаривала с каждым, даже с бездомными, даже с теми бездомными, которые общаются с кем-то невидимым.

Бабушка и с невидимыми заговаривала.

Почему она это делала?

– Ну, – отвечала она, – разве можно с уверенностью сказать, что невидимок нет? Сотни лет ученые не верили в существование снежного человека. А теперь – гляди-ка. Значит, раз ученые могли ошибаться, то и все мы можем ошибаться. А вдруг все эти невидимые люди – САМИ ученые? Подумай об этом.