Отзывы о книге The Old Devils

Старый добрый Уэльс. Вовсе не сказочно прекрасный природой, сельским житьем-бытьем и пронырливыми валлийцами. Валлийцев здесь, конечно, предостаточно, самых разных, а "валлийскость" поставлено во главу угла. Каждый персонаж нет-нет да и выскажется на тему валлийскости как самих валлийцев, так и тех, кто хочет к ним примазаться или вынести на широкую английскую публику валлийский колорит.

Пожилое население небольшого (вымышленного) уэльского городка до крайности возбуждено. В родные края возвращается жить поэт и телеведущий, автор книг и программ об Уэльсе Алун Уивер с женой Рианнон. Старая гвардия лет 60-70 испытывает смешанные чувства - кто-то рад и питает новые надежды, а кто-то со страхом ждет соприкосновения с прошлым. Отношения нескольких пожилых пар будут подвергнуты испытанию.

Трудно сказать, о чем именно этот роман Эмиса. Сарказм здесь перехлестывает через край: автор беззаботно и легко препарирует жизнь стареющих людей. В износившимся теле, однако, бушуют страсти точно с той же силой, что и в молодости. Вот только возможности уже не те. Кто-то, как Алун, не желает мириться с этим, донжуанисто прохаживаясь по старым подружкам, а то и заводя новых. Кто-то борется со своими фобиями, отчаянно нуждаясь в опеке друзей и близких. Есть и такие, что, отринув опостылевшие отношения, с радостью возвращаются к первой любви. И наоборот, отлучение от любви кому-то возвращает творческий потенциал.

И все же вряд ли это роман о старении. По Эмису, жизнь бурлит после 60 даже покруче, чем в молодости. Люди в годах тусят на вечеринках и в пабах, квасят вино (женщины) и виски (мужчины) чуть ли не с утра и говорят, говорят, говорят. Автор мастерски выписывает персонажей. Отношения и многогранные характеры - вот в чем соль всей книги.

Роман - довольно легкое чтиво с простым и ясным языком. Уэльские особенности, если они и есть, не выпячиваются, а скорее становятся объектом насмешек. Сами валлийцы не говорят по-валлийски, иногда даже не понимают язык (что-то мне это напоминает, да). В итоге автор обласкивает хорошим финалом горе-писателя, встретившегося со своей музой, и затюканного толстяка, обретшего прежнюю любовь. По пути провозгласив простую истину: все люди смертны, иногда скоропостижно, так бери от жизни все, follow your dream, доверяй сердцу.

Баба - всеобщая проблема мужчин от мала и до очень-преочень велика. Спокойное течение жизни в провинциальном городке где-то в своенравном Уэльсе нарушает неожиданное известие о возвращении на Родину известной медийной личности Алуна Уивера, отменно пропиарившегося на звании Певца нации во всех возможных английских средствах массовой информации. Его приезд необходим самому возвращенцу не столько как прикосновение к истокам, сколько как попытка заново обрести вдохновение, утраченное в вспышках телекамер, помехах радиоэфира и стуке набора типографских страниц. Однако казавшийся на первый взгляд умилительным реюнион старых друзей на самом деле представляется занятием по меньшей мере взрывоопасным, когда выясняется, что даже в старческих пороховницах еще предостаточно материала для трения ребра Адама о яблоко разврата.

Роман Эмиса Кингсли - произведение довольно жестокое по смысловой нагрузке, в котором ужас старости иллюстрируется не нищенским окончанием жизненного пути в занюханной подворотне, а серым увяданием в ритме обыденного существования. Мучащиеся от запора персонажи уныло движутся навстречу закономерному финалу, тщетно пытаясь показать себя бравыми молодцами, походя заболевая недугом грейтбританских бездельников - алкоголизмом. Попытки поддержания чахнущей потенции нелепы и смешны, и именно поэтому на общем фоне наиболее привлекательно выглядят немного несуразные герои, поначалу выделяющиеся исключительно собственной никчемностью и невразумительностью. Однако именно они страница за страницей остаются верны себе и своим принципам, которые. быть может, так и не позволили им выехать за пределы потерявшегося где-то на карте городка.

Пожалуй, именно этим - симпатией к слабым - и привлекает роман Эмиса Кингсли, ведь в обществе, которое привыкло отдавать почести таким предприимчивым проходимцам, как Алун Уивер, не остаться у разбитого корыта, хотя бы приближаясь к концу своих дней - большой подарок судьбы. Чуткая внимательность к человеческим характерам вкупе с живописностью окружающих ландшафтов делают "Старых чертей" невероятно кинематографичными, когда каждая сцена так и просится на экраны с тем, чтобы вдохнуть уже другую актерскую жизнь в полюбившихся или возненавидимых персонажей. А, быть может, и продлить ее тем, кто уже подошел к краю. Даже если героиня - просто вульгарная великовозрастная дура.

Старость - это печально и неизбежно. Но что делать, все там будем, как говориться.

Название книги заинтриговало. Я ожидала от "старых чертей" дерзости, нежелания прощаться со своей молодостью и вставать на скамейку запасных, я ждала от них жизни и озорства. Что я увидела? Толпу старых алкоголиков, где женщины не отстают от мужчин, скучные сплетни, грусть по былым годам и упущенным возможностям и никаких действий...

Текст вообще отдельная тема. Посвящение читателя с первых страниц в физиологические проблемы одного персонажа вряд ли можно назвать хорошим ходом. Меня это оттолкнуло с первых страниц. Вообще наличие проблем со здоровьем с таким образом жизни неудивительно.

Второе место после проблем со здоровьем занимает типичная английская чопорность. Все они так гордятся, что они Истинные Валийцы, будто в жилах от этого должна течь голубая кровь. Хотя, если жизнь прошла мимо, надо же чем-то гордиться.

Не уверена, что когда-либо дочитаю эту книгу. Единственное, чему меня она научила - какой не надо становиться.

Ожидала от книги большего, ориентируясь на название. Увы, надежды не оправдались. Название - это если не сарказм в отношении главных героев, то уж ирония точно. Вряд ли посещение пабов или хождение в гости к друзьям можно считать основанием для гордого звания "старых чертей". Как и любовные "подвиги" одного из главных героев Алуна, поэта, паразитирующего на своем валлийском происхождении. Ключевая тема романа - скука. Не жизнь, а существование.

Малькольм неторопливо открыл брошюру в самом начале. Взгляд перебегал с валлийского оригинала на обе английские версии, выхватывая слова и фразы, которые, как ему казалось, он видел впервые: гробница великого вождя… гнедые скакуны… вы, о воины Гвинеда… я бард, я певец… груды павших саксов… венец… олень… щит… мед… Он резко выпрямился. Могучая волна скуки и ненависти накрыла его с головой. Все это, все его занятия, нельзя назвать жизнью. Так, ерунда...

Валлийские пенсионеры, достаточно обеспеченные, никак не могут занять себя чем-нибудь, достаточно интересным и занимательным. В итоге выход такой же, как и в российской глубинке (хотя иногда возможны и другие варианты):

Сразу после завтрака начинается вечер. Бесконечные часы, и никаких причин оставаться трезвым. Никакого занятия, во время которого не тянет выпить, ну, ты знаешь, о чем я… Когда-то мы посмеивались над отцом Малькольма — он имел обыкновение отмечать разными цветами радиопередачи в программе. Мы ни разу не видели, чтобы он их слушал, зато целый час был занят. Пить он совершенно не мог, бедный старикан.

Развлечением кажется даже приезд старого друга-приятеля. Жизнь не становится лучше и веселее, но, по крайней мере, появляется очередной повод для походов по пабам и гостям. А всплывающие старые тайны придают отношениям пикантный оттенок.

Неожиданная смерть этого самого вновь прибывшего только подчеркивает бессмысленность существования.

От неожиданности Алун поперхнулся первым глотком виски. Яростно кашляя, он со стуком поставил стакан, качнулся, сделал шаг и упал грудью поперек дивана, раскинув ноги на тонком ковре. Чарли подумал, что так точно изображать обморок от возмущения или гнева — уже перебор. Даже для Алуна. Тем не менее он наклонился над диваном. Питер последовал его примеру.

Алун шумно хватал ртом воздух и хрипел. Широко открытые глаза уставились в одну точку, однако не на Чарли или Питера, и не на Гарта, когда тот тоже склонился над ним. Тихо, но довольно отчетливо Алун произнес несколько бессвязных слов, потом у него дернулся рот, веки опустились, и он затих навсегда.

— Похоже, все, — заметил Гарт.

— Что — все? — растерянно спросил Чарли.

— Похоже, умер. — Гарт, впрочем, ослабил галстук Алуна и расстегнул ворот его рубашки. — Да, боюсь, он преставился.

К несомненным плюсам можно отнести язык - легкий и ненапряжный.

В общем, если кому хочется узнать о жизни пенсионеров в британской глубинке - эта книга для вас.

Баба Груша и тетя Таня, жившие в соседней деревне часто приезжали к нам в гости. С ними мы обычно пили чай на кухне, ели вкусные пирожки и обсуждали жизнь наших соседей. Бабе Груше на её восьмидесятилетие мы подарили этакую книженцию( так она сама выражается) Хранила её наша героиня в спальне, на туалетном столике. Рядом с какими-то баночками и скляночками. "В нашей-то дыре это раритет! "- говорила баба Груша всем, кто проходил мимо её дома. - "Это ведь про нас написано. И про тебя, дед Федот, и про соседа твоего Кольку. Про всех". Дед Федот ненавидел всю эту дребедень и вечерами,спускаясь с печи,глядел на то, как его Груша третий день листает "каких-то чертей". На улице было холодно. Последнее воскресенье декабря выдалось морозным. А бабе Груше было всё равно. В этот день она ехала к нам, чтобы рассказать о том, какой хороший подарок мы ей подарили. О том, что книга эта надолго запала к ней в душу. О том, что горб у нее вырос, уж больно неказистый и неуклюжий. О том,что стара она.. И идут ее последние года. Мы истопили камин. Баба Груша уселась в кресло-качалку и поддалась рассуждениям. Простодушно она рассказывала нам о книге "Старые черти". "- Мы ведь тоже такие же, как они.. такие же.. "- все твердила она."- Давно не молоды, и новому поколению нам не понять" "-А ведь и правда"- подумала я. И решила непременно прочитать эту книгу. Я узнала об Англии. А если точнее - о немолодых мужчинах и женщинах, которые живут своей жизнью. Жизнь их- рутина. Всё давно уже вошло в привычку. Они давно немолоды. И обсуждают их прошедшую жизнь. Люди, живущие в воспоминаниях. А что им еще делать?? Я долго сидела и думала. Книга написана в 1986 году.( как никак уже 30 лет назад) А подходит к нашей повседневной жизни. Старые черти пьют виски, а Баба Груша всего лишь делает самогон.А вечерами с дедом Федотом они любят пообсуждать, кто с кем переспал в молодости, кто кого и от кого родил. Да,и о болячках не прочь поговорить. Тем временем, придя домой, Груша легла на печь к Федоту. "-Дед Федот, знаешь, я что вычитала. Тебе это помочь должно. У тебя ведь кишечник второй год болит. В книге моей советуют выпить тебе две кружки пива. Говорят, мол, это новомодная диета такая. Я не одобряю, но ты попробуй.

Прошлого не воротишь. Жалеть о нем только время терять

"- Это тоже в этакой книженции написано было. Правильно-то ведь написано,дед,а?" "- Не знаю" - буркнул в ответ дед. "- А еще в моей книженции много Англии. Юмор уж ихний какой-то странный. Не понимаю я его. То ли дело у нас в России. Недавно анекдот слыхала.Один пенсионер взял и умер за день до начала отопительного сезона. Так мудрый старик перехитрил жадное ЖКХ. А еще..." Баба Груша долго рассказывала деду Федоту об Алуне, Питере,Малькоме и какой-то женщине с трудным именем, похожим на мужское. а дед Федот не вслушивался в слова. Он знал только то,что безумно любит эту женщину, волосы которой давно стали белее снега, а руки уже практически ничего не держат. Он знал, что её щи и борщи давно уже не такие вкусные,как раньше. Но всё равно их ел. Для деда Федота баба Груша была самая красивая и самая умная. Ему было наплевать на то, что для остальных она маразматичка и старая дура.

«Что-то заброшенное и печальное и в то же время проще и свободнее, чем Англия».

Я было думала, что название это метафора, но книга действительно о пожилых жителях Уэльса, встретившихся на закате жизни старой университетской компанией. На фоне бесконечного рутинного пьянства и рассуждений о валлийской идентичности разворачиваются финалы историй, начатых десятилетия назад. Студенческие и не очень романы, измены и компромиссы, принятые и отложенные решения. Такие разные жизни, такие разные выборы.

«Однажды 20 лет назад Чарли за целый день не выпил ни грамма», - примерно так живут примерно все герои романа и у каждого на это свои причины, и каждый исподтишка осуждает остальных в том числе за злоупотребление алкоголем (а еще за вредную еду, длинные тирады, недостаточную/чрезмерную «валлийскость» etc.). И через эти серые будни проступают вечные темы любви, дружбы, страха, смерти, верности себе, сожалений и размышлений о том, как же прожита жизнь и что еще можно успеть сделать и зачем.

Мне понравилось, как скрупулезно выписаны бытовые подробности, кто как живет, чем болеет, как объясняет себе свои и чужие поступки, на что еще надеется, а с чем смирился. К середине книги у меня уже было ощущение, что я прожила на одной улице со всеми этими людьми много лет. И они какие-то очень родные и трогательных в своих человеческих чаяниях и слабостях.

Читая "Старые черти", надо быть готовым к английскому юмору, поиску двойного дна в произнесенных фразах и настойчивому желанию дотянуться рукой до бара, что бы плеснуть себе пять капель чего-нибудь горячительного, убеждая себя , что автор таким образом станет ближе читателю, памятуя пословицу: "Сытый голодного не уразумеет". Фабула такова: четыре пожилые семьи одного из городов Уэльса( коренных ВАЛЛИЙЦЕВ, это рефреном идет сквозь всё произведение) периодически встречаются друг с другом в разных комбинациях, в разных местах, преследуя разные цели. Плюс выпивка. Либо это чисто мужские грубые посиделки в каком-нибудь добротном валлийском пабе, где разговор все время вертится вокруг вопроса различия валлийца и англичанина, или зазнайства одного из старых друзей, которому в свою очередь не дает покоя слава писателя-одноклассника, либо это пьяный девичник у какой-нибудь из подруг, где недомолвки больше чем экивоки характеризуют личности, а слова прячут за собой совсем противоположный смысл, толкая женскую искренность навстречу приторным, но лживым объятиям. Плюс выпивка. В мужской компании есть свой ловелас, донжуан, селадон, по-нашему просто бабник, который, как Фигаро ,успевает не раз на дню встретиться со своими бывшими пассиями, вспоминая, как было им хорошо тридцать лет назад. Надо учитывать , что пассии оказываются из круга жен своих же друзей, вот такие у них нравы. Плюс выпивка. В женской компании присутствует своя белая ворона, от которой постоянно ждут очередного подвоха, но, тем не менее, приглашают её на свои посиделки с упорством полового маньяка и ждут, с нетерпением рождественского утра, очередного экзальтированного поступка, смакуя при этом пикантные подробности. Плюс выпивка. Много диалогов, мало описательного содержания, достаточно правдиво и близко к жизни прописаны отношения мужа и жены после тридцати лет совместной жизни у разных супружеских пар. Уже привычка. Плюс выпивка. Забыл сказать, главным героям уже за шестьдесят. Наверное, поэтому и море унылое," коричнево-зеленое" и небо пасмурное на протяжении всего романа.Искать смысл жизни -не про них, здесь общество уже отыскало и нашло, уже просило и получило. Цитирую: -После завтрака наступает сразу вечер- Так, походя, кто-то свыше нажал клавишу выключателя и свет померк. Плюс выпивка. Сплетни, зависть, ревность. Плюс выпивка. Смерть. Плюс выпивка. Свадьба.Плюс выпивка. Главное- читая, не спиться,.

Хм, оказывается от чтения можно устать! Давно такого не испытывала, а все потому, что раньше бросала книги, которые не приносили удовольствия, а тут думаю, нет читай, ведь недочитанные книги это как якорь, которые все равно придется дочитать.

Совершенно не интересная история. Даже я бы сказала крайне неприятная. И как же точно подобрано название для книги. Черти - это как раз о них, да! Люди в возрасте, а ведут себя совершенно безобразно. Интриги, сплетни, море алкоголя, а главное сплошной эгоизм и лицемерие. Так много имен, а для меня все герои были на одно лицо, потому, что у каждого весьма похожие скелеты в шкафу. Могу сказать, что запомнила только двоих из-за которых и начался весь сыр-бор в виде повествования - Алун и Рианнон.

Даже валлийский городок, на фоне которого происходила вся история, ни капельки не спас всей ситуации, хотя очень часто в таких книгах именно рассказы о природе, путешествиях и городах очень выручают. Но, не в этом случае. Даже наоборот появилась какая-то неприязнь ко всему валлийскому после этого произведения, настолько негативно была описана местность, хотя к Ирландии я питаю самые положительные чувства.

И наконец-то мое самое большое возмущение и негодование - зачем мне знать, как старики делают свои дела в сортире? Ну вот зачем мне эта информация? И ладно, если бы один раз и вскользь. Но нет, нужно же подробно описать и самое главное каждый раз упомянуть, как происходит весь процесс и как обстоят дела с пищеварением, и всем остальным. Ну вот прям раздражало, когда уже раз 5й я читала о том, как у кого-то работает кишечник, ну или как обстоят дела с яичком, и нет, совершенно не с тем, которое едят!

В очередной раз абсолютно не то, чего ожидала. Но есть и плюс - я все же ее осилила!

Бабы, мужики, старики и старухи... по сути своей все дети. Постаревшие дети, которые изредка пытаются играть во взрослых. Читая “старых чертей” я не раз убеждалась в этом. Пусть мой возраст не дает понять всей масштабности трагедии, но роман предельно прост и понятен в своих ностальгических условностях. Кто-то все еще надеется на славу, кто-то искренне верит в любовь, кто-то пытается забыться, - все они наивны и живут надеждой. Приезжает Алан и, как привет из прошлого, переворачивает жизнь всех, отматывая скучные, серые, будничные страницы, как ветхую кинопленку. И вот уже человек, считающий количество съеденного чернослива и зерен на завтрак, как мальчишка, гуляет с подругой на пустынном пляже. Завертелись и затянули всех окружающих, словно безумный смерч, интриги и сплетни. Невольно приходится вечно считать в уме - они не виделись лет тридцать, они уже слишком старые. Потому что иначе ты представляешь их лишь слегка стареющими прожигателями жизни, любителями декаданса и алкоголя. Последнее льется рекой, бутылочки приговариваются одна за одной. Странно жаловаться на желудок и пить, не просыхая. Городок невольно напоминает все маленькие города, поселки и даже просто закрытые сообщества людей. Сплетни заканчиваются и приходится начинать их обсуждать с начала. Повествование постоянно держит в фокусе то одного, то второго героя. Но в целом их жизнь полна одинаковых вещей: семьи, алкоголя, надежды на будущее и любовь. Казалось бы, опомнитесь: какая любовь, ваш сын уже начал лысеть, а дочь обзавелась собственной семьей. Привычка жить завтрашним днем, воображать, что еще немного и ты добьешься большего. У одного недописанная гениальная рукопись, у второго куча листов для печатной машинки. Вообще, спасибо книге еще и за представление Уэльса. Хотя все время не покидало ощущение, что книга о моей стране - маленькой, амбициозной, не узнанной. Медийный валиец Алан только подчеркивает, что ничего мы не знаем об этой стране. Чтоб ее узнать, нужно поездить по городкам, полузаброшенным барам, напроситься в почтенную семью на рюмочку чая и прожить лет тридцать, забыв, что хотел вернуться. Книга дает ощущения надежд на то, что с возрастом жизнь не изменится, но и чувство разочарования по этой же причине присутствует. В конце концов, обманываться мы все любим, все мы старые черти и немножко дуры.

Ну что я могу сказать. Билась я, билась над этой рецензией. И так подойду, и с другой стороны подкачу, а сказать-то особо и нечего. Уж и оригинальный подход решила забабахать, да смотрелось всё крайне бедно и скудно, так что выложу я просто на стол все свои мысли и удовлетворю наконец своего капитана. (прости, мне правда жаль, что я такой тормоз!)

Итак, дело происходит в Уэльсе, и автор типа нам пытается показать широту простой уэльской души. А может, и не пытается, а специально насмехается. Тут как-то с одного стакана не поймешь. Вроде как все такие патриоты, а никто валлийского языка почти и не знает. Вроде как все пекутся о культуре и самобытности родных краёв, и в то же время валят в Англию на заработки. Хотя в последнем, пожалуй, особого противоречия нет, наша родина знает этому немало примеров. Ну хрен с этим Уэльсом, возможно, образ типичного гражданина раскроется через главных героев а давайте-ка взглянем кстати на них. (отсутствие запятых как средство художественного раскрытия мысли, вы не подумайте, 9 классов мы отучились)

Малькольм. Он давно стар и немощен. Увлечений почти нет, поэтому постоянно пьет с товарищами. Отношения с женой тоже не очень, за долгие прожитые годы как-то всё приелось, а тут потянуло к предыдущей любви на старости лет. Чарли. Он давно стар и немощен. Увлечений почти нет, поэтому пьет… Отношения с женой… Старая любовь… Погоди-ка. Что-то тут не то. Ладно, едем дальше. Питер. Он давно стар… Пьет… Да тьфу, тут есть хоть один запоминающийся персонаж?? А, вот же он. Алан Уивер. Бодр, здоров. Пишет на досуге. С бабами тоже всё в порядке. Ну и что, что от него меня воротило всю книгу. Зато какой типаж! И творческий кризис, и тяга к корням. Да он один весь сюжет на себе и тащит. А тут в конце книги раз (спойлер!!!) - и его инфаркт схватывает. Казалось бы, из всех представленных, да самого активного… Наверное, тут глубокий смысл и притаился. Если ты единственный интересный персонаж английского романа, то в конце тебя ждет крандык. Это ведь в этом Кингсли Эмиса считается гордым последователем традиций английского романа?

Конечно, это я так, чепуху молю. По моему глубоко личному и никому не нужному мнению, роман "Старые черти" так себе. Никакой особо глубокой умной мысли я не заметила. Единственно, пейзажи Уэльса красивые, но это можно и путеводитель открыть. В общем, пока мне не исполнится 70, сути романа я, пожалуй, не отыщу.