Чжуан-цзы

Миларепа повсюду искал просветления, но не мог найти ответа.. до тех пор, пока однажды не повстречал старого человека, седленно идущего по горной тропе с тяжелой ношей на плечах. Немедленно, Миларепа почувствовал, что этот человек знал разгадку, которую он так упорно искал на протяжении многих лет.
-- Старый человек, скажи пожалуйста: что такое просветление?
Старик улыбнулся, сбросил ношу с плеч и выпрямился.
-- Да! я понял! -- закричал Миларепа, -- Спасибо тебе, старик. Однако, будь добр, ответь на еще один вопрос. Что происходит после просветления?
Улыбнувшись, старик опять поднял свой мешок на плечи, поправил его и пошел своей дорогой.

Я называю чутким не того, кто слышит других, а лишь того, кто слышит самого себя. Я называю зорким не того, кто видит других, а лишь того, кто видит самого себя. Ведь смотрит на других тот, кто не видит самого себя; овладевает другими тот, кто не владеет собой, завладевает тем, что принадлежит другим, а не тем, что обрел он сам; стремится к тому, что пригодно для другого, а не к тому, что пригодно для него самого. Ведь те, кто стремится к пригодному для другого, не стремятся к пригодному для них самих.

Те, кто в древности оберегали свою жизнь, не старались доказательствами украсить свое знание и знаниями своими объять весь мир или постичь первородное Совершенство вещей. Они довольствовались своей долей и наслаждались своей природой. Что они еще могли делать? Ведь Путь − это, конечно, не мелкие дела, а Совершенство жизни − это, конечно, не ограниченные знания. Ограниченные знания губят Совершенство жизни, мелкие дела губят Путь. Поэтому и говорят: «Будь прям − только и всего». Успехом зовется счастье сознавать себя целым и невредимым.
Древние называли успехом не обладание колесницей и шапкой знатного вельможи, а всего лишь невозможность добавить что-нибудь к своему счастью.

"Обладающий большими познаниями — щедр, обладающий малыми познаниями — любопытен. В значительной речи — сила и огонь, в незначительной речи — пустословие. Во сне — воспринятое душой, наяву — воспринятое телом. В отношениях людей друг с другом и в их союзах ежедневно происходит борьба умов. Здесь и нерешительные, скрывающие, умалчивающие, при малых опасностях — осторожные, при больших опасностях — медлительные. Речи одних стремительны, точно полет стрелы, они решают, что истинно, а что — ложно. Другие молчат, точно принеся клятву в военном союзе, стоят на своем во имя победы. Речи третьих подобны осеннему и зимнему увяданию — с каждым днем они слабеют. Речи четвертых обращены к уже содеянному, их не отвлечь от прошлого. Выражения избитые, точно привязанные к старому руслу, у таких не оживить умирающее сердце. Подобно мелодиям, которые появляются из пустоты, грибам, образующимся из испарений, сменяют друг друга и днем и ночью радость и гнев, печаль и веселье, заботы и вздохи, изменчивость чувств и постоянство, беспечность и расточительность, любовь и распутство. Что их создает — неведомо. Не прекратить ли? Не кончить ли?"

Отстрани то, что расстраивает волю. Освободись от того, что смущает сердце. Прогони то, что обременяет жизненную силу. Устрани все препятствия для осуществления Пути. Знатность и богатство, почет и чин, слава и выгода − эти шестеро расстраивают волю. Прелести и суетность, похоть и рассудок, кипение в крови и воображение − эти шестеро обременяют жизненную силу. Отрицание и утверждение, присвоение и отречение, знание и умение − эти шестеро создают преграды для Пути. Когда эти три шестерки не тревожат нас, мы покойны. Когда мы покойны, наш разум просветлен.
Когда мы просветлены, мы обретаем пустоту. Когда мы пусты, мы следуем недеянию. И тогда все свершается само собой.