Когда Бог впервые начал мозговой штурм по созданию мира, думал ли он, что ветви должны быть темно-коричневыми, а цветы – либо белыми, либо нежно-розовыми? И только весной, иначе можно привыкнуть к этому сказочному зрелищу. А весной оно всегда поражает. Или Бог принимал решения наобум и поэтому они были произвольными и хаотичными и лишь случайно мир получился прекрасным?

Какой смысл во всей этой жизни, если временами мы не будем останавливаться, чтобы взглянуть на нее?

Необязательно видеть сквозь туман, говорила ей мать, достаточно просто знать, что
за ним скрывается солнце

Каждый раз, когда показываешь на кого-то пальцем, желая указать на виноватого, под этим пальцем всегда скрываются ещё три, которые указывают прямо на тебя.

Дети подобны бумажным корабликам, которые родители спускают на воду и наблюдают, как они отплывают.

Привлечь внимание к красоте момента означает ослабить его магию.

Кажется невозможным, что бывают другие дни, не такие, как сейчас - когда пальцы детей липкие от мандаринового сока, муж спокоен, лицо расслаблено и когда он лежит на простыне, разостланной для пикника, и она гадает, не заснул ли он снова.

- Как же здорово проводить воскресенье вот так, правда? - говорит она и тут же жалеет, потому что привлечь внимание к красоте момента означает ослабить его магию.

Солнце ярко сияло на синем небе, как бывает порой в калифорнийские дни, благодаря которым люди считают везунчиками тех, кому выпало жить в этом месте.

Он ненавидит изменившийся цвет неба, ощущение пустоты, сознание того, что еще один день вот-вот поглотит тьма.

…не важно, что думают другие, если сердцу нет покоя.

Намерения блекли рядом с поступками.

Почему мы смущаемся порой, проявляя заботу о близком, выражая любовь, привязанность, а временами страсть?

Такова моя борьба – продолжать делать всякие мелочи для окружающих, чтобы никто не мог найти что‐то предосудительное в моем поведении и связать это с моей религией.

Какой смысл что-то дарить, если она всего лишь хотела, чтобы вчера все было по-другому.

В школе Амара ценили именно за те качества которые не одобряли дома. Там его считали весёлым, никто не обвинял в непочтительности. Там всем нравилось, что он интересовался уроками английского, поэмами и историями, которые преподаватели задавали прочитать. Насколько ему было известно, никто из школьных друзей понятия не имел, каково это - возвращаться в дом, в котором царила тишина и где было запрещено все: громкая музыка, возражения, футболки с символикой музыкальных групп.

Амар посмотрел на неё с немым вопросом в глазах: "Ты уже простила меня?" И потому, что он посмотрел именно так - первоначальный гнев потух, сменившись застенчивостью, - она поняла, что весы власти вновь склонились в её сторону и она может усилить в нем чувство вины. В надежде, что в следующий раз он подумает дважды, прежде чем сорваться.

Ей нравится думать о предках как о людях, сделавших что-то со своей жизнью. Что её дед оказался достаточно храбр, чтобы учиться в Англии, что её отец оказался достаточно храбр, чтобы переехать сюда. Каждый делал что мог со своей судьбой, чтобы их потомки тоже могли храбро пойти по своим дорогам.

Больше всего Амар презирает необходимость соблюдать внешние приличия. Они кажутся ему удушливыми и фальшивыми. Всегда одно и то же меню, одна и та же комбинация блюд. Он не выносит даже обычай разделять женщин и мужчин: женщины на одной стороне дома, мужчины на другой, за перегородкой или плотной занавеской.