Прохожие прятали подбородки кто во что горазд: в воротники, в шарфы, в муфты, а один даже сунул свой подбородок в птичью клетку, да так, что дверца на пружинке упиралась ему в лоб.

— О, конечно, — воскликнула Хлоя. — Чтобы получить яйцо, нужна курица, но когда есть курица, можно получить не одно яйцо, а целую кучу. Следовательно, лучше начать с курицы.

— А почему, Николя, вы все время употребляете «прислуга» в единственном числе?

— Месье и сам понимает, что употреблять прислуг во множественном числе было бы распущенностью.

— Почему вы позволили ей умереть? — спросил Колен.
— О, не упорствуйте! — воскликнул Иисус. Он чуть пошевелился, пытаясь поудобнее расположиться на кресте.
— Она была такой нежной, — сказал Колен. — Она никогда никому не причиняла зла, ни в помыслах, ни в поступках.
— Религия тут ни при чём, — процедил сквозь зубы Иисус и зевнул.

Хлоя, ваши губы нежны. Ваша кожа золотистая, как персик. Ваши глаза видят все, как надо, а ваше тело бросает меня в жар…

Он наклонился, чтобы сорвать голубовато-розовую орхидею, которую мороз выгнал из земли. Она пахла, как волосы Ализы.

— Мне нужны деньги, — сказал Колен.
— Весьма распространенный случай. Но эта работа настроит вас на философский лад. Месяца через три вам уже меньше будут нужны деньги.
— Мне нужны деньги, чтобы лечить жену.
— Ах, вот что…
— Она больна, — объяснил Колен. — А вообще-то я не люблю работать.
— Сочувствую вам. Когда женщина больна, она уже ни на что не годится.

Колен сам был так счастлив, что все это его невероятно огорчило.

Такие смеси легче проглатываются публикой, особенно женщинами, которые вообще не терпят ничего в чистом виде.

Колену стало стыдно, что он так богат.
-- Послушай, Шик, -- сказал он, -- не возьмешь ли ты у меня денег?
Ализа с нежностью посмотрела на Колена. Он был столь благороден, что сквозь жилы его рук голубели незабудками благие намерения.

Дверь подъезда захлопнулась за ним, будто поцеловала чье-то голое плечо...

Пианококтейль:

• Я сделаю себе коктейль из "Loveless Love", -- сказал Шик. -- Это будет потрясно.

Я... -- сказал Шик, -- кроме Жан-Соля Партра, я ничего не читаю, разве что уголовную хронику.

В жизни самое главное -- подходить ко всему с априорными мнениями.

При помощи носового платка из желтого шелка Колен определил направление ветра, и тут же подхваченный с платка ветром цвет осел на большое здание неправильной формы, которое из-за этого стало похоже на каток "Молитор".

Запах цветов и аромат девушек сливались воедино, и Шику показалось, что он пчела в улье.

телефон

- Весьма сожалею. Быть может, нас удасться перевести вас...

• Я на этом не настаиваю. Да и вообще я не дорожу работой. Я, видити ли, не люблю работать.
• Никто не имеет права произносить это вслух, - одернул его начальник производства и добавил: - Вы уволены.

Шик застыл в оцепенении, сжимая в руке конёк, и глядел в ту сторону, где только что исчез Колен. Из-под двери кабины номер сто двадцать восемь медленно сочилась тоненькая струйка пенистой крови, и этот красный сироп стекал на лёд тяжёлыми дымящимися каплями.