Джек, который построил дом

И опять семейная сага. Состоит из 3 частей:родина, в эмиграции и болезни и конец жизни. Люблю семейные саги. И Катишонок нравится. Но не смотря на легкий язык, читалась мне эта книга очень тяжело. Вся книга - это будто набор фотокарточек, писем, записей на листочках, которые собрали в книгу. И книга в итоге получилась очень тяжелая, депрессивная. Так и хочется в конце добавить: света в конце туннеля нет и мы все умрем. И где же Джек,который построил дом? А его нет, нет ему места в этом построенном доме, потому что не себе был построен этот дом.

Вот дом, который построил Джек, Билл или Том, но давно уже. И я давно живу в этом доме, Совсем не помня о Джеке и Томе. (Отрывок из стихотворения Е. А. Катишонок «Дом, который построил ты»)

Все, кто читал не меньше двух романов Елены Александровны Катишонок, могут подтвердить, что писательница в своих книгах в основном сосредотачивает внимание на людях и колесе истории. Где история — там войны, разруха, гонения и иже с ними. Отсюда — портрет человека, попавшего в круговорот исторических событий. Действительно ли Катишонок пишет об одном и том же?

Новый роман Е. А. Катишонок «Джек, который построил дом», казалось бы, снова повествует о семье, находящейся в центре исторических событий. Тем не менее привычная антропоцентричность прозы каждый раз проявляется по-новому. На этот раз главным персонажем романа становится Ян Богорад, которому судьбою выпало провести часть своей жизни в эмиграции. Герой наш, согласно всем известной пословице, старается сделать три главные вещи, характеризующие настоящего мужчину; правда, дом Ян Богорад покупает, а не строит, взамен дерева сажает розы и воспитывает внука любимой гражданской жены, но не имеет родного сына.

В знаменитом детском стихотворении «Дом, который построил Джек», известном русскоязычному читателю благодаря переводу С. Я. Маршака, на первый план в названии выходит дом; за кадром остаётся личность Джека. В названии своего романа Елена Катишонок смещает внимание с дома на самого Джека — они как бы меняются местами, при этом утверждается первенство творца и только потом — результат его деятельности. Эта литературная игра словами, затеянная писательницей намеренно, расставляет смысловые акценты книги.

Внимание к бытовым мелочам, описание уклада жизни семьи и каждого её члена в отдельности, демонстрация музыкальных, вкусовых и пр. предпочтений персонажей романа — всё это позволяет читателю почувствовать свою сопричастность к жизни героев и заподозрить писательницу в том, что проза её если не автобиографична, то биографична точно. Верны ли мои предположения или нет, сказать сложно (хотя небольшое расследование показало, что прообразом Яна Богорада вполне мог стать фотограф Евгений Палагашвили, безвременно ушедший в 2012 году, с которым Елену Катишонок связывали как минимум творческие проекты). Важно другое: писательнице удалось главное — оживить героев; сделать так, чтобы читатель поверил в их реальное существование, а значит, искренне бы сопереживал им.

Помнишь, было иначе? — Пепел Клааса стучит... Аристократ не плачет — Аристократ молчит. Молчит и сильней сутулится, А я вспоминаю с трудом Мой адрес: пропавшая улица И с нею исчезнувший дом. (Отрывок из стихотворения Е. А. Катишонок «Городу»)

Книга длинная как жизнь. И как жизнь полная суеты и мелочей, сбивчивая, сумбурная и в тоже время последовательная, не терпящая того самого пресловутого сослагательного наклонения.

Само собой о жизни и смерти, конечно, о доме и семье, но в большей степени об одиночестве. Об одиночестве в семье, доме, жизни и, естественно, смерти.

Первая часть жизни на родине, такая насыщенная при прочтении, кажется незначительной из второй эмиграционной части и видится давним туманом из болезненных сумерек третьей. Тут тоже как в жизни, когда из возраста зрелого юность кажется фотокарточкой – яркой и ложной, по сути, юность становится рассказом о ней, где от того, кто рассказчик зависит и тональность истории, и событийный ряд. Вообще, я не любительница семейных саг, а «Дом, который построил Джек» несомненно относится именно к этому типу книг. Но те «капсулы», в которых существуют персонажи вполне созвучны моему ощущению, что семья – это семь я в различных ипостасях одиночества, где я сама себе и бабушка, и мать, и отец, и ребенок, и сестра, и пара, и собственно я. И счастье встретить того, с кем не нужно перегораживаться невидимыми защитными стенами.

У Елены Катишонок удивительный талант превращать любой текст в жизнеописание и в писание о жизни. Героев «Дома, который построил Джек» нельзя назвать выдающимися или уникальными, они скорее сливаются в своей схожести с тысячами других семей – недобрые мать и дядька со своей токсичной любовью, тихая бабушка Клара, замкнутый и спрятавшийся в своем коконе Ян. Все они так знакомы, словно родственники. Пусть не было у меня всепрощающей бабушки, но была бесконечно возлагающая себя на алтарь несчастная мать и было столь близкое главному герою чувство непричастности к какой-либо общности. И, как и Яна меня спасали друзья. Разве что той самой счастливой встречи с человеком-половинкой так и не было… В многослойном пироге романа есть место и для книги в книге, и для трогательных писем, и для отсылок культовым произведениям. Даже счастью есть место, пусть и конечному, как все в этой жизни.

Странно, я никогда не задумывалась, где он, Джек, построивший дом и закрутивший этот бесконечный калейдоскоп персонажей… Джек ушел, а история осталась…

P.S.

Зацепилась за три цитаты.

О нелегкой доле родителей: «Пока дети маленькие, любить их легко; когда вырастают, ты превращаешься в источник раздражения, третьестепенный придаток жизни. Когда маленькие, боишься за детей, потом – детей: боишься помешать, перебить, спросить. А непослушное глупое сердце толкается в груди, настойчиво велит: помоги, подскажи»

О не менее трудной судьбе детей: «Старость и слабость обезоруживают – и побеждают»

И об удивительно точном и грустном процессе поиска и потери себя: «Какой идиот сказал, что мудрость приходит с годами – не уходит ли она вместе с детством, когда ты всесилен и не нужно тратить время на поиски себя, любви, работы, жилья?.. Наверняка уходит, освобождая место для скучных взрослых дел, и человек находит искомое: себя, любовь, работу, но незаметно утрачивает дарованную мудрость и теперь с изумлением рассматривает собственный детский рисунок. Он находит себя ценой потери себя, пусть и частичной, и неуловимо меняется сам, говоря: жизнь берет свое»