A Monster Calls

Начнем, пожалуй, с оформления. Не самый привычный формат: визуально кажется почти квадратным. Мрачная суперобложка: некое гуманоидное существо, вызывающее ассоциации с плетеным человеком, направляется сквозь тьму к домику вдалеке. Под суперобложкой скрывается изображение ветвей дерева на фоне ночного неба, ветви черные, небо темно-синее, сквозь ветви виден белый диск луны. Внутри нас ждут мрачные, но красивые черно-белые иллюстрации. Текст перемежается картинками, занимающими каждая целый разворот. Бумага толстая, глянцевая. Не смотря на то, что в книге всего 216 страниц, она весьма увесистая. Общее впечатление от оформления и исполнения: мрачно, ничего веселого нас не ждет. Книга довлеет над читателем, создает определенное впечатление. Вы никогда не получите подобного впечатления, если будете читать «Голос монстра» в электронном виде. Перед нами прекрасный пример индивидуального подхода к изданию книги, это не просто роман там или повесть, а настоящий арт-объект.
У тринадцатилетнего Конора О`Молли, как и у любого тринадцатилетнего подростка, все в жизни сложно. Каждую ночь ему снятся кошмары, в школе проблемы с одноклассниками, родители развелись и – самое страшное – мама медленно умирает от рака. Когда у человека такая темная полоса в жизни, кажется, что белая никогда не случится. Как будто этого мало, однажды к Конору приходит самый настоящий монстр. Растущий на ближайшем кладбище тис ожил, превратился в древесного великана и явился перед мальчиком. Представившись Герном Охотником, Кернунном и Уроборосом, чудовище сообщило, что пришло не просто так: Конор призвал его (Конор, разумеется, не понимает, как он это сделал), чтобы Тис рассказал ему три истории, а потом сам Конор должен будет рассказать четвертую. Мальчик считает, что затея эта, скажем так, бредовая, но Тис настойчив, и истории все равно будут рассказаны.
Оставим за скобками вопрос реальности монстра. Разумеется, текст выстроен таким образом, что однозначного ответа читатель не получит. Возможно, он – просто сон главного героя. Возможно, это его фантазия. Возможно, все по-настоящему, ведь берутся же откуда-то на полу спальни Конора все эти тисовые листья, а из половицы гостиной каким-то образом вылез тисовый росток. Оставим за скобками и вопрос символизма. Конечно, ожившее дерево – многозначный образ. Его можно трактовать и как овеществившееся подсознание Конора, его Тень, деструктивное начало его души, мистера Хайда и Тайлера Дердена. А можно воспринимать и как выражение коллективного бессознательного и векового опыта предков. В конце концов, никто не мешает нам воспринимать чудовище как персонификацию автора, который приходит на помощь оказавшемуся в тяжелой ситуации герою его повести. Но по-хорошему (или по-плохому, учитывая фабулу «Голоса монстра») все сводится к следующему: вот подросток с тьмой в душе, а вот истинная тьма, которая стремится помочь подростку, очистив его душу. Не самая классическая пара «ученик – учитель» из описанных в мировой литературе.
Самый важный вопрос в случае этого текста совсем в другом. В моральной части. И учитывая, что «Голос монстра» проходит по ведомству детской литературы, этот вопрос, в общем-то, сводится к тому, считать ли книжку Патрика Несса детской. Разумеется, проблема не в мрачности темы. В конце концов, еще с советских времен «Белый Бим Черное ухо» Троепольского и «Муму» Тургенева считаются у нас школьным чтением. И никого не смущает их трагичность и мрачность. И в защиту «Голоса монстра» всегда можно сказать, что в нем поднимаются острые психологические и социальные проблемы, с которыми может столкнуться любой подросток: смерть родителей, как себя вести со сверстниками, переживающими подобную трагедию. И да, так и есть. С детьми надо говорить на эти темы, чтобы в итоге у нас не вырастали инфантильные великовозрастные товарищи. Закавыка не в теме книги, а в том, что в ней рассказывается.
Первое, что бросается в глаза, это деструктивный мотив разрушения. Однажды Конор в ярости разнесет гостиную свой бабушки: сломает дорогие антикварные часы, поступит так же с мебелью, исцарапает пол, разобьет окна. Казалось бы, он должен будет получить за это от бабушки по первое число. Но она не станет его наказывать, она просто будет молчать. А через несколько дней после этого Конор изобьет до полусмерти своего одноклассника. Тот, конечно, заслужил, но отношения этого одноклассника с Конором, вообще, отдельный предмет для психологического исследования, там все очень запущено. И опять же мальчика поругают, но из школы выгонять не станут. Просто все понимают – и бабушка, и директор школы, – что у ребенка тяжелый период. Конечно, болезнь матери объясняет его поведение, но не оправдывает. А в тексте сквозит именно оправданием, а не объяснением. Словно всем детям, находящимся в подобной ситуации, автор выписывает индульгенцию. Это можно было бы счесть сгущением красок, если бы эту индульгенцию автор не вложил в уста матери Коннора. На больничной койке, находясь под морфинами, она прямым текстом выдает своему сыну разрешение на все это. Мол, не слушай никого, хочется ломать, ломай, хочется бить, бей, хочется калечить, калечь. Тебе можно. Сразу вспоминается «Бойцовский клуб» Паланика. Безусловно, Паланик не пропагандирует насилие. Он, вообще, ничего не пропагандирует. Тоже самое можно сказать и про Несса. Но если куча взрослых восприняла когда-то «Бойцовский клуб» как руководство к действию, то кто сказал, что подростки не могут сделать того же с «Голосом монстра»? Стоит ли после вышесказанного считать «Голос монстра» детской книжкой?
Сомнения усилятся, если вчитаться в истории, которые рассказывает Тис. Они похожи на старинные сказки. Вот вам история про принца и его мачеху, которая, конечно, колдунья и очень хочет после смерти короля остаться на троне. Вот вам история про злобного аптекаря (в тексте именуется провизором) и священника; священник запретил аптекарю срубить вековечный тис, который нужен был аптекарю для приготовления лекарства, а аптекарь не вылечил дочек священника. Вот вам история про невидимого человека, который очень хотел стать видимым, вот только не обрадовался, когда это случилось. Отличие от привычных сказок здесь в том, что мораль всех этих историй всегда неожиданная и выкрученная наизнанку. Чтобы разобраться с ними, – а в итоге согласиться с монстром или не согласиться (читай: согласиться с автором или не согласиться), – надо даже взрослому человеку посидеть и подумать, и это учитывая, что у взрослого читателя жизненный опыт побольше, чем у подростка, который все пока еще воспринимает исключительно радикальным образом – если черное, значит абсолютно черное, если белое, значит тотально белое. С одной стороны, конечно, подобное чтение полезно подростку, заставит думать. С другой – а получится ли у него во всех этих тонкостях разобраться?
Конечно, все это риторические вопросы. Мы все должны понимать, что и «Маленький принц» Сент-Экзюпери, и «Алые паруса» Грина – далеко не детское чтение. Но даем же мы эти тексты читать детям. Вообще, детям можно давать любую книгу. Если она слишком взрослая, то ребенку просто станет скучно, и он ее забросит. Запрещать чтение – непедагогично, хотя, конечно, вручать одиннадцатилетнему ребенку де Сада все-таки не стоит, его и взрослым-то читать не очень-то нужно. Все вышесказанное было, конечно, не про возрастную цензуру, оно было про неоднозначность книжки Патрика Несса. Которая, кстати, написана по идеи писательницы Шиван Доуд, умершей в сорок семь лет от рака. Идея у нее возникла, а вот воплотить ее она не успела. Это сделал Патрик Несс. В общем, понятно откуда взялись мрачность и проблематика «Голоса монстра».
При всей неоднозначности прочтения «Голоса монстра» можно сказать, что он о двух вещах. О том, что в самый темный час, в самые тяжелые минуты, кто-то нашептывает нам плохие мысли, и нам надо уметь с ними работать, уметь справляться и отпускать. А еще «Голос монстра» про то, что истории мы рассказываем не только, чтобы убежать от реальности, но еще и чтобы разобраться с собственными проблемами. И вот эти вещи точно должен понимать каждый – и взрослый и ребенок.
P.S. «Голос монстра» недавно был экранизирован. Автор этих строк еще не смотрел экранизацию. Потому у него просьба: не касаться вопроса экранизации в комментариях. Хорошая она или плохая, подробная или нет, он узнает сам, а потом, возможно, что-нибудь про это напишет.

Когда что-то разрушилось обломки жалки

Бедный разрушенный Конор, мне его очень жаль. Хотя при здравом рассуждении понимаешь, что он иногда эгоистично поступает. Только здраво мы не будем тут рассуждать. Никому не пожелаешь оказаться в таком положении как Конор. Мир рушится. Обломки его жалки.

У всех есть монстры. Чудовищные, пугающие. И хорошо, если наш монстр, как у Конора, поможет преодолеть страх, выплыть. А если мы его испугаемся, убежим, то пропадем. Нравятся мне такие книги, которые иносказательно что-то передают. Как здесь. В образе монстра в жизнь мальчишки пришла беда.

Или сказки, которые чудовище рассказывает. Они такие натуральные. Не сказки даже, а быль. Мне очень понравилось, что Конору дали шанс оценить ситуацию в историях. Указали, на то, что он хотел видеть между строк, но чего на самом деле не было. Что в жиpни не все так хорошо, как в сказках. Научил его, что людям надо врать самим себе, и как облегчает правда. Просто взгляни в глаза правде и она тебя отпустит. Вот какой мотив в этой книге. Я так считаю.

И вот еще что. Часто ли вы думаете, видя несправедливость, что они еще пожалеют? Например, отец Конора. Не могу его судить, но был такой момент, когда ребенок просился к нему в Америку, а папашка говорит, что тут Конору будет лучше. И тогда мне представилась милая картина возмездия. Конор вырастает, отец тянется к нему, а Конор остается безразличен. И отец такой несчастный, брошенный своей новой женой и ребенком, хотел вернуть любовь сына… А кукиш тебе, поздно… Ха-ха-ха…

Сложное и неодназначное впечатление вызвала книга. Вначале я предвкушал, что то интересное, на подобии фильма "Лабиринт Фавна". И было видно, что очень много общего между этими вещами есть. Монстр там и там ( по одной штуке), подросток (тут мальчик, в фильме девочка) сложные семейные отношения (присутствуют, правда на свой лад) магическое число "3" и завуалированное 4 (есть по полной программе три истории+1 = трём путешествиям+1 в финале фильма). Видимо книга явно была навеяна фильмом. И я был рад. Есть много отличий и собственно вопросы подняты разные. Но тем не менее я оказался сильно разочарован этим произведением. Будем разбираться по порядку.

Я не понимаю такого ажиотажа вокруг этой книги. Да и жанр определить сложно. И подойти к трактовке этого произведения можно с любой стороны. Тут почву для рассуждений запросто найдут фрейдисты со страшными снами. Психологи и психиатры смогут почерпнуть кое какую информацию об отклонениях в развитии ребёнка в связи с большой семейной трагедией. Не говоря уже о социальных работниках для анализа девиатного поведения подростка. Целая кладезь. Это всё с реальной точки зрения. Если опираться со сказочной стороны, то опять же ни чего шедевриального не вижу. Хотя образ монстра из тиса по своему обаятелен, но в тоже время кажется туповатой дылдой. Конор тоже не подарок. Подросток страдающий явно выраженным эгоизмом и определенной замкнутостью с большим чувством собственности, но напрочь отсутствующим чувством собственного достоинства. Сказать, что он взрослеет и меняется - хочется в это верить. И вроде по концовке есть шанс на это, хотя, как говорил Станиславский "Не верю.." Финал изначально понятен из аннотации.

Страх перед смертью это одно. Другое дело страх смерти близкого человека. Эта тема будоражила и будет волновать вечно любого человека. Многие в этой книге увидели, чуть лине наставление и некоторую помощь, как пережить это. Не знаю, я может слепой, но такого не заметил. Зато есть издевательство над психикой ребёнка, и факт отрицания всего и вся. С одной стороны юношеский максимализм, с другой стороны эгоистичная деградация. Мне жалко маму Конора, его отца, бабушку, подругу Лили. Всех, но не его. Так как остальные страдают намного больше.

Плюсы книги: их всего два. Во-первых, очень уж быстро читается текст и за несколько часов спокойно проглатывается. Написано простым и доступным языком. Даже, если точнее, без какого либо писательского стиля. Во-вторых поднятие важных (даже сказал бы философских) проблем, которые хочется анализировать. Уход близкого человека в связи с болезнью. Это тяжело, но жизненно.

И сразу же отсюда вытекают минусы. Объяснение проблемы напрочь отсутствует. Понятное дело, что речь идёт о защите психики подростка, но честно говоря немного не верится, что возможна такая вакуумная ситуация, что в школе, что дома (когда не обращают толком внимания, всегда должна быть поддержка. А не перепинание с ноги на ногу.) Ясное дело, что ко всему должен быть подход, но в данном случае его просто нет. Если даже опустить это строгость и проникнуться глазами подростка - то опять же возникают у меня вопросы: монстр - это защитная реакция или признаки психического расстройства в связи ощущением неизбежного? Про эгоизм говорил уже. Странно, что в книге фактически не рассказывается, что было до заболевания матери. Нам только известно, что отец бросил семью и завёл другую в Америке, при том, что и ребёночка успел сделать. И всё... Больше нам ни чего неизвестно. Из этого можно конечно предположить, что у Конора развилось повышенное чувство собственности и самовнимания, которые мы и наблюдаем (что местами было тошно и противно читать), но всё равно что то не клеится.

Единственное, что книге реально удалось - это вызвать чувство страха и тоски, а главное обиды за маму Конора. Но литературным шедевром я этого не назову. Не будем забывать, что книга по оригинальной идеи писательницы, который, увы, нет. Почему то есть такое чувство, что если бы она успела превратить свои наброски и задумки-то получилось бы нечто гениальное. А Патрик Несс со своей задачей не справился...

Да, не такой истории я ждала, когда выбирала эту книгу. Нет, даже монстр был, однако это не ужасы.
Очень пронзительно, я бы сказала. Очень берет за душу. Очень жизненно. И печально.
Три истории тисового дерева. Над каждой пришлось поразмышлять. Каждая не однозначна. Как палка о двух концах. Один и тот же поступок - это одновременно хорошо или плохо. Правильно или нет. Это сложно осознать, на самом деле, а принять еще сложнее. Убийство - это вроде как плохо, но когда нет другого пути избавиться от злой ведьмы и спасти множество людей? Ох, как долго я могу размышлять на тему двойственности любых поступков и мыслей, но не буду этого делать. Продолжу про книгу.
А потом четвертая история. Мальчика, чья мать тяжело больна. Совершенно обычного мальчика, который не ладит с бабушкой, у которого проблемы с одноклассниками. И ему очень сложно самому себе сказать правду. Это выливается в кошмары. Но правда важна и нужна. Без нее никак.

Вообще, неожиданно прекрасная книга. Важная и нужная.
Жаль, что у меня нет этой книги с теми иллюстрациями. Мне кажется, это бы добавило впечатлений.

Люди часто лгут сами себе. Гораздо чаще, чем другим.

Великолепная книга: местами страшноватая, местами трогательная и бесконечно драматичная. Каждый из нас когда-нибудь впервые сталкивается со смертью в своей жизни. Это горе, которое, как нам кажется, не способен понять никто, кроме тебя. Это очень личное, глубокое и трагичное, что отделяет тебя от других людей, делает невидимкой. Для главного героя Конора болезнь мамы становится настоящим кошмаром. Чтобы как-то бороться с этим, он пытается оградиться себя от всех, отрицая правду. Но при этом он отчаянно нуждается в помощи и находит ее в лице страшного монстра, который оказывается не таким уж и страшным, а наоборот, бесконечно понимающим и мудрым. Он помогает Конору примириться с действительностью: осознать, что в мире не все делиться на черное и белое, абсолютных героев и злодеев практически не бывает, а самое главное - понять и принять правду, которую зачастую не легко и приятно говорить, тем более самому себе.
Отдельно стоит отметить потрясающие иллюстрации Джима Кея: удивительные и атмосферные, они создают с содержанием единое целое, превращая книгу в настоящий арт-объект.

P.S. Теперь пора передать эту эстафетную палочку вам (с)

Оригинальная идея принадлежит Шиван Доуд. К сожалению, она не успела написать полноценный роман. А наброски передали Патрику Нессу. Я знакома с его трилогией " Поступь Хаоса" - замечательная история! На мой взгляд, нелёгкая задача превратить чужие мысли и наброски в достойное произведение. Ведь мы не знаем, какую бы историю рассказала нам Шиван. Очень глубокая психологическая тема, достойная стать романом. О боли, которую мы испытываем, теряя близких людей, о том, что иногда от нас ничего не зависит. Обманывая себя, мы не в силах признать правду. Хватаемся за последнюю Надежду, соломинку, мучая себя и человека, уходящего в небытие. Так и случилось с мальчиком Конором, который до последнего держал свою маму за руку.
Оформление книги замечательное, на пять с плюсом! Она достойна находиться в домашней библиотеке. К сожалению, материал " сыроват". Мне показалось, что это и есть наброски, только приведённые в порядок. Слишком маленький объём, для такого рода истории. Но всё-таки задача Патрика Несса была почтить память писательницы, а не писать за неё роман.

• Сынок, - проговорил отец, подавшись вперед. – В жизни не всегда всё кончается так хорошо, как в сказке.

Наша жизнь начинается как сказка. Детство. Мы не просто верим в чудеса. Мы знаем, что они есть. На облаках живут другие люди. Мир не круглый, а имеет деление на 3 яруса, и живущие на среднем могут спокойно перекинуться парой слов с живущими на нижнем и верхнем. Стоять под радугой нельзя, потому что она обесцветит тебя, и ты исчезнешь. В факсах живут эльфы-изгнанники. Их выгнали из красочной страны, а люди их поймали и заставили работать. Именно поэтому бумаги из факса черно-белые. Ведь эльфы тоскуют. По крайней мере, такой сказкой было моё детство. И эта сказка до сих пор продолжается, только теперь, когда я выросла, она разбилась вдребезги и оказалась не такой уж доброй. И великий дядя-волшебник, как выяснилось, был простым фокусником, а фокусник – мужем, избивающим жену. Так что сказка продолжается, только видим мы теперь немного дальше, потому что наш рост изменил

• Что ты сделал, чтобы помочь невидимому человеку?
• Я сделал его видимым. Но вместе с ним стало видимым то, что видеть не хотелось.