Грех

Верить в свое бессмертие – один из способов быть слегка похожим на Бога.

Страх, окопавшийся с нами в траншеях, чувствовал себя хозяином положения. Он не появлялся внезапно, накануне сражения, он являлся нашим постоянным сожителем.

– Иногда полезно ненадолго исчезнуть; невмешательство помогает наладиться порядку вещей.

…крик души человека, которого сейчас не станет, ранит тебя как нож.

Не выношу, когда у меня просят то, чего я не в состоянии дать.

Больничная койка – это та точка зрения, откуда лучше понимаешь людей.

Пытаюсь обуздать чувство вины; знаю, если оно победит, я буду ни к чему не пригоден.

Вина длится ровно столько, сколько длится раскаяние.

... порой и на войне можно умереть от хохота.

У больных есть неоспоримое право скрывать от посторонних проявления своего недуга.

...невмешательство помогает наладиться порядку вещей.

...даже война не в силах отменить заповедь любви.

Он из разряда тех людей, необходимость которых понимаешь, когда их больше нет.

Я рылся в мыслях, вспоминая слова, которые не раз от нее слышал, будто любовь -единственное спасение от зазлебывающих нас страха и боли, и эти слова уже не казались мне чересчур мирскими. Я почувствовал, что милосердие, то бишь истинная любовь, заключается и в моем с ней единстве против безумств и ужасов войны.

Думаю, довелось нам встретиться при других обстоятельствах, то есть не будь войны, сомневаюсь, чтобы между нами возникла дружба. Он человек неотразимого обаяния. Сила его личности привлекла бы меня, но сойтись с ним вряд ли бы получилось, он держал бы меня на расстоянии; вернее, даже не так: улыбался бы и последовал мимо; я слишком незрел, чтобы быть ему другом, и не слишком молод, чтобы быть ему сыном.

Тони привел возражения, которые и без того понятны, особенно следующее: кто же заставит этих людей стать в первые шеренги и идти навстречу неминуемой гибели? «Вы, – ответил майор. – Вы заставите, с наганом в руке». Когда человек располагает властью над людьми и является при этом кретином, что нередкий случай в военной среде, говорит Тони, он даже не в состоянии осознать всю тяжесть своих приказов.