Готикана

— Это продлится до тех пор, пока розы на моей могиле не перестанут делиться корнями с розами на твоей, — заявил он. — Я буду с тобой даже после смерти, маленькая ведьма. Я твой зверь. Я твое безумие. А ты, ты моя загробная жизнь.

Трагедии прекрасны, но они всегда забирают больше, чем дают. История может быть трагичной, но она не обязательно должна заканчиваться как таковая.

– Вы у меня во всем первый, мистер Деверелл, – призналась она еле слышно.
Он обнял ее крепче.
– И стану во всем последним, мисс Клемм. Запомни мои слова.

Человек многое узнает о себе через сексуальность.

История может быть трагичной, но ей не обязательно заканчиваться трагедией.

– Я никогда не жалел о том, что поцеловал тебя, вороненок.
Корвина посмотрела в его лицо, приблизившееся к ней, и по телу разлилось тепло.
– Тогда о чем ты жалел?
– О том, что пришлось остановиться.

– Я никогда не жалел о том, что поцеловал тебя, вороненок.
Корвина посмотрела в его лицо, приблизившееся к ней, и по телу разлилось тепло.
– Тогда о чем ты жалел?
– О том, что пришлось остановиться.

У всех были свои тайны, а потому они по большей части уважали чужие.

Корвина снова отвела взгляд и опустила глаза в блокнот, ее грудь тяжело вздымалась. Она поняла, что, возможно, впервые в жизни испытывает вожделение, вызванное настоящим мужчиной, а не вымышленным персонажем.