Mes

Несколько лет назад я решила познакомиться с Джорджем Оруэллом, прочитав два его знаменитых произведения. Увы, но впечатления получила я такие себе... Даже толком не вспомню почему. После "Мы" Замятина даже захотелось перечитать, мало ли.
На данное произведение наткнулась я случайно и спонтанно возжелала прочесть. Научная фантастика, небольшое по объёму, является вдохновителем многих знаменитых писателей и имеет странную речь. Почему бы и нет? Как ни странно, но в своём выборе я не прогадала.
Но больше всего меня заворожила именно речь писателя. Вы больше ни в одной книге подобной не встретите. Она уникальна! В ней столько удачных и необычных образов, метафор, словосочетаний. Читаешь и просто наслаждаешься, смакуешь от всей души. А если вы ещё и математик, то тут уже можно побольше разогнаться. Замятин в своём романе соединил в одно науку и искусство: математика и образная речь.
Однако многим сие очень мешает. Простому обывателю тяжело пробираться сквозь густые плотные ветви и переплетения слов. Он путается и кричит, что ему ничего не понятно. Чтобы понять эту историю, нужно стать ею. Нужно самому говорить эти слова, а не просто читать их с листа. Впусти текст в свою душу, воплоти в него жизнь и тогда ты станешь частью этой истории.
Хотя как бы я тут не распиналась, сама частенько перечитывала некоторые абзацы, наморщившись что обезьяна перед примером с интегралами.
Но в то же время спасала аудиокнига, с ней получше получалось воспринимать чтиво.
Увы, но только вот речь меня и завлекла. Что насчёт остального? А черт его знает. Я смутно только понимала что происходит. Точнее я всё поняла, но чего-то... чего-то мне не хватило. Не появилось у меня точной картины происходящего. Всё было каким-то сумбурным и ненастоящим. Я часто не понимала что вообще происходит то... В общем смутно сюжет понят, смысл донесен. Однако мне понравилась сама концепция и идея.
Советовать ли её? Ухуху. Эта книжонка-то ну совсем на любителя. Решайте сами. Правило 20% тут не действует. Как начнёте, так и продолжите.

Наверное, многие читали «Мы» (1920) Е. Замятина, «О дивный новый мир» (1932) О. Хаксли и «1984» (1948) Дж. Оруэлла, в обратном порядке, но, безусловно, каждый нашел в них общие моменты, например:

• Древний дом, Резервация и Антикварная лавка;
• Альфа, Благодетель и Старший брат;
• Единое государство; - гедонизм и инфантилизм;
• запрет на искусство, фантазию и свободомыслие;
• генетические и селекционные программы;
• половая свобода, контроль рождаемости и т.д.

  Роман рефлексивный и фактически представляет собой спектр тем для внутренних диалогов, при этом изложен высокопарно, в философском смысле, с элементами патетики. В данном произведении нет, как такового, конфликта главного героя и государства. Напротив, он всем доволен и счастлив, притом, что это ощущение ему не навязано пилюльками или нескончаемым потоком агитации, которая с взрослением становится естественной частью жизни.

  Затрагивается вопрос того, что главному герою, и таким как он, не с чем сравнивать, поскольку они не знают иной жизни, формы правления и государственного устройства. Но хочет ли центральный персонаж, и нужно ли ему узнавать альтернативные варианты, если его все устраивает?! В мире, котором он живет, осталось 0,2% населения, нет болезней и войн, но есть работа, цель, а главное чувство комфорта.

  Данные вводные напоминают кинотрилогию «Матрица» (1999-2003) реж.: братья Вачовски, поскольку в ней также, была часть людей, которая отказалась от отключения и выхода в реальный мир. Вместе с тем разница этих произведений в обозначенной части состоит в том, что в «Мы» революция затронула бы всех, а исходя из текста романа согласных с режимом больше, в то время как в «Матрице» сделанный подключенными людьми выбор был принят каждой из сторон.

  Важным моментом обозначенных антиутопий, является невозможность спрогнозировать, и держать под постоянным контролем эмоции, во многом предстающих как – побочный элемент человеческой природы. Те, кто управляет, хотят быть отличными от тех, кем они управляют, то есть стремятся к рабовладельческому устройству, при этом «рабы», в силу эмоций или иных факторов, не должны проявлять несогласие в адрес высшего класса.

  Толчком к запуску химико-биологических реакций, нейронных всплесков и как результата эмоций, является – любовь, она же форма собственного «Я», отделяемого от коллективного «Мы», через проявление сексуальности, что приводит к появлению у ГГ – души, вместо логически выстроенного, математически обоснованного сознания. Хотя любви между персонажами я не усматриваю, так как он мягкотелый «ребенок», а она манипулятор-идеалист.

  У меня сложилось впечатление, что с появлением личностного восприятия, Д-503 не обретает своего пути, как это принято в жанре, а потому и самостоятельного конфликта у него с системой не возникает. Ведомый лишь своей слабостью, желанием угодить «Еве», он готов принять и воплотить ее путь несогласия, даже если это противоречит его теории «о правах грамма по отношению к тонне».

  Вместе с тем, в романе хорошо изложена структура созданного мира и примененного символизма:

• Стена – знак замкнутости и подконтрольности, своего рода Эдемского сада;
• Часовая Скрижаль – систематизированная ритуализация действий;
• однообразность в жилищном плане и внешнем облике;
• частота половых контактов определяется анализами, осуществляется по записи на основании талона, в рамках «сексуального часа», который гарантирует право каждого на каждого;
• Бюро Хранителей – своего рода карающая длань Благодетеля, физическое воплощение Старшего брата.

  Текстуально, произведение выполнено в эпистолярном жанре, поскольку представляет собой конспект записей Д-503, предназначенный для внесения в массив информационной начинки космического корабля – «Интеграл». Сатира в книге есть, но она настолько филигранно вплетена в текст, что фактически, представляет собой неотъемлемую часть быта гипотетического общества будущего.

Как воспринимать Единое Государство с точки зрения интеллигентской – рассказывать не буду. Об этом давно со всеми подробностями рассказали в школах и вузах. А вот с точки зрения обывательской автор пугает читателя совершенно не тем.
Возникло на крови по итогам двухсотлетней войны? Многие государства возникали именно так и не очень-то переживали по этому поводу.
Пища нефтяная? Зато никто не голодает. Кстати, новый урожай получить всяко легче, чем исчерпываемую нефть восстановить – так что тут с рациональностью большой прокол.
Унифицируется внешность и одежда? То-то во все века существовала тенденция подгонять собственную внешность под определённый эталон красоты.
Выносят смертный приговор поэту? Ну не орден же ему вешать за оскорбление государства. Кстати, поэзия и искусство в Едином Государстве вполне себе развиваются, и лояльные творцы получают заслуженные вознаграждения. А то, что население не воспринимает, к примеру, Скрябина, предпочитая ему расписание железных дорог – на вкус и цвет фломастеры разные.
Розовые талоны? Будем честны: далеко не все сходились и сходятся друг с другом по сильной страсти.
Все жители-нумера одинаково бесправны перед Благодетелем? Зато нет сегрегации и дискриминации по расовому и имущественному признаку.
На самом деле страшно другое.
Страшно, что уничтожен институт семьи. Нормальной семьи-ячейки общества, где несколько «Я» объединяются в «Мы» ради общих целей, но в то же время относятся друг к другу как к родным людям, а не как к безразличным «иксам» и «игрекам». Где есть свой уклад, своя память, своё творческое начало – всё то, что способно обогатить уклад существующий. Такие, как, к примеру, О-90 могли бы стать государству прекрасной опорой, дай им государство шанс. Но шанса нет. И вот ни разу не вступавшая в оппозицию О готова реализовать свою мечту любой ценой. Отправившись после этого в Машину Благодетеля, за Зелёную стену или к чёрту на рога - неважно.
Страшно, что у граждан-нумеров, привыкших к гиперопеке государства, нет никакого иммунитета к искушению. И для того, чтобы сделать из лояльного к государству изобретателя Д-503 бунтаря достаточно считаных дней.
Страшна операция по удалению фантазии, которая по сути дела – начало конца: не будет фантазии – не будет прогресса, и сидите в своём загоне со сдобным счастьем, в такт похрапывая – примерно как в «Цивилизации статуса» Шекли и «Возвращении со звезд» Лема.
Но вот именно эти страшные моменты у Замятина и НЕ раскрыты.
В связи с чем возникает неизбежный вопрос: на кой чёрт надо затевать бунт?
Чёрт – потому, что МЕФИ (Мефистофель) против Благодетеля (бога) – если кто не понял. В романе ещё высказывание про Рай есть очень интересное.
На кой – потому, что альтернативный вариант Единому Государству тоже показан: «вороные, рыжие, золотистые, караковые, чалые, белые люди - по-видимому, люди. Все они были без одежд и все были покрыты короткой блестящей шерстью - вроде той, какую всякий может видеть на лошадином чучеле в Доисторическом Музее». Это даже не дикари, отброшенные на века назад, к первобытно-общинному строю. Это обезьяны просто. Ни оружия, ни примитивнейшего передника на бёдрах, ни самого плохонького украшения.
Так что это за свобода с голой жопой и чем массовое висение с обезьянами на деревьях лучше массового хождения строем?
Даже I-330 – главная демоница-искусительница – не может внятно рассказать о целях, выдавая вместо этого пафосную тираду в стиле «а у нас зато кровь горячая…». Остановить Единое Государство, рвущееся причинять добро там, где его не просили? Так МЕФИ в этом смысле ничем не лучше. Реализовать какую-то свою мечту? Но таковой у неё нет, либо она автором не афишируется. Реализовать какой-то свой проект? Такового опять же нет – не считать же конструктивным решение выгнать людей-нумеров «голыми в леса».
Получается бунт ради бунта и слом системы ради слома – невзирая на последствия.
В определённых кругах такое, может, и звучит прогрессивно – даже сейчас.
Но с точки здравого смысла – откровенно убого.
П.С. Интересно, что в тех же 30-х годах Лао Шэ - словно в пику Единому государству – создал свой Кошачий Город, населённый крайними индивидуалистами, не способными объединиться в «Мы» даже перед лицом смертельной опасности. Вот только жизнь в таком свободном городе выглядит куда как страшней.

Продолжаю двигаться по серии классики антиутопий, которую методично собираю. Наконец-то добрался до того, что вообще-то следовало прочесть прежде всего.

Сразу скажу, что Замятин не для всех. Он своеобразный, особенный и, что очень важно, первый! Я не скажу, что роман стал каким-то откровением для меня, но отдаю дань уважения за первенство.

Субъективно, но мне кажется, что те, кто был после Замятина раскрыли тему тоталитарного государства доступнее и с более чёткой структурой в тексте, но пусть об этом рассуждают люди с профильным образованием.

Стоит прочесть хотя бы просто для знакомства с истоками. Ценность в этом есть.

Как-то так.

Ох, уж этот евгенический коммунизм, где все равны и дружно шагают в ногу, где размножаться могут только избранные, потому что забота о чистоте расы, где регламентировано все, каждая секунда расписания, где ты чихнуть не можешь не в унисон.
Ох, уж эти люди, воспитанные в "истинной вере", что так и надо, так и правильно. Что надо быть как все, а то что люди подумают?
Ох, уж этот автор, который в 1920-м написал то, что ждало нашу прекрасную родину. Что настолько въелось в наши печенки, что до сих пор не вывелось. Интересно все это наблюдать постфактум, изучать, когда твои прадеды уже сосланы, репрессированы и в могиле. Когда успела пожить среди людей, которые знали, что кого-то заберут, но точно не их, потому что они не такие. Мы не дошли до стеклянных домов с ханжескими шторками на время совокупления. Нет, мы построили тонкие панельки, где каждый сосед знает, что происходит за стенкой. И каждый может настучать.
Ох, уж эта реальность, в которой мы вроде бы разрушили этот строй, но теперь все тоскуем по нему и рвемся обратно. Хотя, казалось бы, ни память ни фантазию нам не удаляли. Казалось бы, душа для нас нормальна... Но нет...

пенсионеров и детишек
роднит наличие песка
и требованье возвращенья
совка

Книгу стоит прочитать хотя бы потому, что это первая антиутопия 20 века. Возможно, не самая лучшая, но первая - а это важно, тк. этот роман повлиял на творчество многих известных писателей 20 века, в том числе на Олдоса Хаксли, Джорджа Оруэлла, Рэя Брэдбери, Курта Воннегута и Владимира Набокова.
Далекое-далекое счастливое будущее, где все равны и все счастливы. Д-503 - гениальный математик и строитель космического корабля "Интеграл". Все события мы узнаем именно из его дневника. Впервые в мировой литературе мы сталкиваемся с тоталитарным государством из далекого будущего. Жизнь граждан строго регламентирована Часовой Скрижалью и расписана практически по минутам. Их квартиры имеют стеклянные стены. Интимные отношения регулируются системой «розовых талонов». Во главе государства стоит всемогущий Благодетель, переизбираемый на безальтернативной основе.

Д-503 доволен свой жизнью и счастлив, пока не встретился с I-330, загадочной женщиной с «острыми зубами», которая вовлекает его в мир запретных удовольствий: алкоголя, табака и «древней» музыки. Он влюбляется в I-330 и обнаруживает, что она связана с подпольной организацией «Мефи», готовящей революцию против Единого Государства. Цель «Мефи» — разрушить Зелёную Стену и вернуть человечеству свободу, чувства и иррациональность. До последнего надеялась, что человек окажется сильнее, но не в этот раз...

Язык у произведения своеобразный, это ещё мягко сказано. Сжатый и образный одновременно, когда автор двумя-тремя яркими мазками описывает внешность или действие персонажа. Много предложений с многоточиями, герой сам не всегда может понять, что происходит с ним и в мире.

Сложно мне как-то оценить эту книгу... Не хочется ставить плохую оценку, потому что она — о действительно важном. В целом, как и многие антиутопии: книга показывает всю подноготную человечества, все то, к чему оно стремится и придёт в какой-либо форме более или менее похожей. Книга, которая отчётливо показывает, что всегда будут те, кто неподвластен оковам, так названные революционеры, недовольные, и всегда будут те, кому проще подчиниться вышестоящему. Ведомые и ведущие, свободные и закованные...Множество разных смыслов, множество названий. Но посыл один: людям плохо, когда что-то одно слишком долго их сковывает, диктует правила, не даёт индивидууму раскрыть потенциал, развиваться и искать себя. Гораздо проще всех подвести под один знаменатель и дать всем одни и те же правила жизни. Проще для контроля, для собственного удобства "Большого брата" или, как в книге Замятина, "Наблюдателя".

В сюжете "Мы" тема, которая была запрещена в советское время и беспощадно раскрыта в наше: что будет, если все люди станут нумероваться, жить по единым правилам и единому расписанию, с двумя часами в день на личное времяпровождение? Что будет, если они будут вынуждены забыть об эмоциях, фантазии, о полёте мыслей, о вдохновении? Если любовь, ненависть и другие чувства будут запрещены под видом ненадобности, а способ размножения или удовлетворения будет по талонам и при закреплении при паре-тройке человек? Для нас всех это кажется абсурдом, дикостью. А для людей, о которых пишется в книге, дикарями являемся мы - свободные люди, бесстыдно плюющие в потолок, занимающиеся сексом, когда того захотим, спим вдоволь, работаем на работах, которые могут быть или любимыми, или нет, да и в целом имеем огромную свободу выбора, можем распоряжаться своим временем. Главный герой, нумер Д-503, рассказывает в своем дневнике о быте и мироустройстве его многомиллионного государства, об отношениях с другими "нумерами", и, самое важное, о том, как он обрёл душу. Как же он страдал!... Обретение души среди нумеров стало эпидемией. А со всякой эпидемией свойственно бороться и искоренять причину заразы.

Признаться честно, очень тяжелое произведение.И даже не самим смыслом - он предельно понятен и для меня довольно прост. Я люблю антиутопии за то, что в них можно порассуждать, примерять на себе то, как живут "идеальные" люди. Насколько сложно избежать наказания за отклонения от норм, от банального строя. Но здесь мне было тяжело представить себя на месте героя, в его мире. Если брать в сравнение эту антиутопию и, например, "1984", то для меня Оруэлл был гораздо более доходчив. По крайней мере, его текст лился музыкой во мне, проходил по венам, в то же время Замятин со своим "Мы" заставил меня спотыкаться в каждой главе, переваривать сравнения, иногда просто пытаться разобраться, что же тут имелось в виду. Были моменты глубокого погружения героя книги в себя, в свои думы, и я за ним не успевала. И, напротив, были моменты, когда можно было легко уловить чувства персонажа, его переживания и страх перед неизвестным, трепещущая радость от бунта, который вызывает адреналин, какое-то желание узнать, что же всё-таки ждёт дальше, будет ли наказание за отклонение от норм...

Понравилась концовка.Почему-то казалось, что Замятин попробует всё "замять" (простите за каламбур), но нет. Всё, как надо. Жёсткая рука Благодетеля и Надзирателя всегда накроет сомневающихся. Не скажу, что меня это огорчило. Я словно бы была готова к этому с самого начала книги.

Интересно, конечно, почитать размышления других людей об этом произведении. Я уверена, что многое пропустила и недоглядела. Но, к сожалению, слог автора выбил меня из колеи и пару раз заставлял терять нить повествования, скучать. Я просто уставала от текста. Не думаю, что проблема в теме произведения - напротив, тема всегда для меня очень интересная. Тут сам слог, сама скорость, само произведение такое...

Но я всё-таки рада, что в конце концов ознакомилась с произведением. Немного смущает, что книгу читают в школе, я её в школе не проходила, и мне кажется, что для детей она будет весьма тяжёлой.

И, возможно, в более старшем возрасте, скажем, ещё лет через десять, хотелось бы прочесть её снова и сравнить свои впечатления. Возможно, что-то я не поняла по причине своих лет. Интересно...

Книга из числа тех, которые вовсе не обязательно перечитывать. Во всяком случае для меня ситуация складывалась именно так. И если при относительно недавнем прослушивании радиоспектакля, поставленного по этому роману, я выставил высокую оценку (4,5), то здесь выше троечки рука не поднимается. И скорее всего вот эта разница в полтора балла выставлена была вовсе не книге, а именно спектаклю, т. е. режиссёрам и постановщикам, а также актёрам, музыкантам и всему прочему театральному люду, в постановке участвующему. Потому что сама книга для меня была чрезвычайно скучной (читай — неинтересной) и отчасти абсурдистской — взяли крайность и довели её до крайности. В результате получилась голая схема. Чистый Интеграл!

Дальше...

Причём не совсем понятно, за что именно топит сам автор. За свободу, равенство, братство? Однако едва ли не первое, что показал нам Замятин, описывая картину бунта, это совокупление всех со всеми. Это, что ли, является высшим воплощением идеалов свободы? Просто первобытный животный коммунизм.

И получается, что сверхорганизованное государство — зер шлехт, но и полная свобода — не слишком-то зер гут…

Конечно, тотальная государственность не самое приятное дело, но пока что человечество никакой другой жизнеспособной и устойчивой формы существования, кроме государства, не придумало. И можно ломать копья над формулировками понятия «государство» (а заодно и «право», ибо одно без другого не может существовать), однако сама суть понятия не изменится — государство всегда механизм для регулирования общественных и межгосударственно-международных отношений. И потому закон, власть, полиция, армия, тюрьмы и всё прочее будут живы, пока живо государство. Ограничение и при необходимости принуждение — и никуда от этого не денешься.