Сэмюэль Хопкинс Адамс - "Летающая смерть".
Начал было писать про один рассказик - не пародию, но эдакое уважительное издевательство над поджанром детектива с "невозможным преступлением", но стер, ибо получится спойлер. Однако, дочитав до конца "Летающую смерть", я всё чаще вспоминаю тот рассказ, потому что так запороть концовку надо суметь. Это даже не глумление над читателем, это что-то из разряда "да пошло оно всё, надоело". А ведь роман считается знаковым - в нем одном из первых описывается ход с трупом на песке и отсутствием следов убийцы. Вернее, следы-то есть, но не человеческие, а какие-то птичьи. Этот прием (просто про обрывающиеся следы, без животных) подхватили многие классики, да и в современности он встречается. В общем, этот тип загадки, конечно, распространен слабее, чем хрестоматийная запертая комната, но вариации тоже имеются, и достаточно. Понятное дело, ценитель детектива в любом случае заинтересуется истоками. Благодаря составителям серии "Дедукция" такая возможность появилась, за что в который раз им мое большое спасибо. Давайте посмотрим, что у этих истоков получилось.
По первым главам не скажешь, что роману уже больше века. Такое вполне мог написать и современник, там нет ни капли старомодности. Разве что уединенная местность с небольшой гостиничкой сейчас, наверное, кажутся надуманными. Но не суть, продолжаем. И вдруг - кораблекрушение, таинственная гибель моряка, который на шхуне был еще жив-здоров, а спасатели уже вытянули изувеченное тело. Потом следующие таинственные события, дальнейшие смерти (в том числе уже упомянутые, на песчаном берегу) - мне стало напоминать "Край преисподней" Хэйка Тэлбота - известный роман, считающийся одной из жемчужин поджанра с "невозможными преступлениями". Там тоже тайны громоздились одна на другую, а объяснение последовало только в последней главе. Только "Край преисподней" - это уже 40-е годы, и чертовщина там другая, однако читательские ощущения похожи.
Но дальше - какой-то сумбур. Подозреваю, свою лепту в него отчасти внес переводчик, потому что сложно разобраться, кто из героев что делал. Все бегают сначала из дома, потом в дом, потом опять из дома. Понадобилось что-то осмотреть - и помчалась вся компания. Осмотрели - пошли назад. Разделились. Соединились. Испугались. Бросились защищать женщин. Опять почесали: туда, потом обратно. Такой водоворот событий надо описывать и переводить так, чтобы внимание даже таких лишенных воображения читателей, как я (с себя я вины в непонимании тоже не снимаю), было приковано намертво. Отчасти так и получилось, но разбираться во всех перипетиях, честно говоря, надоело задолго до конца и без того недлинного романа.
Ну и под конец, как вишенка на торте, повторюсь, Адамс приберег форменное издевательство. Так нельзя. Писать весь роман об одном, а последнюю главу о другом - исключительное дурновкусие. Возможно, в начале 20 века оно таковым не считалось, ведь принципы честной игры еще не были сформулированы, но даже чисто по литературным меркам финальная глава - какое-то недоразумение. И это ощущение только усиливается оттого, что сам роман, как я отмечал выше, считается знаковым (хотя и разгадка тайны следов, благодаря он считается таковым, тоже не самая оригинальная).
28 понравилось
