1
Ваша оценкаThe Ronin Returns picks up the epic story of Matsuyama Kaze in 1603 Japan. This extension of Dale Furutani's critically acclaimed, best selling Samurai Mystery Trilogy provides the adventure, action and mystery as the original books in the series. A series picked as one of the French "Grande Detectives" collection.
Книга из цикла
Мацуяма Кадзэ
2
3
4
Рейтинг LiveLib
4,0
2 оценки
- 550%
- 40%
- 350%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 2
Рецензии
dandelion_girl11 июля 2025Скромный героизм странствующего самурая
Читать далееЭта книга завершает цикл о Мацуяме Кадзе. Когда несколько лет назад я с большим скептицизмом бралась за Дейл Фурутани - Смерть на перекрестке , я не думала, что путешествующий ронин так меня очарует. Его господин героически погиб на битве, которая записана в учебниках японской истории. А госпожа, умирая в огромных муках, просила только об одном — найти её дочь и позаботиться о её судьбе. Имея в распоряжении лишь минимальное количество подсказок о том, где может находиться дочь господи, Мацуяма преодолевает огромные расстояния, заводит друзей и приобретает врагов. Его острый ум и исключительное понятие о чести помогли раскрыть низкие преступления и вызвали восторг у вышестоящих чинов, которые пожелали иметь его в услужении, но ронин, преданный только своему погибшему господину, не соблазнился ни денежной наградой, ни обещанием власти. Фурутани описал этого мужчину так, что стало понятно — его сила в поступках, а не в цвете его глаз или накачанности пресса (объективизация мужских персонажей в так называемых дамских романах доводит меня до белого каления).
I wanted Kaze to be a hero. A genuine hero. Even though most real-life heroes seem to be cut down by their own weaknesses, there are still people who are honest, genuine, and match the public image we have of them. They’re rare, but they exist [...]This is the kind of person I wanted Kaze to be. I didn’t need an artificial flaw to make him interesting. I thought his devotion to honor would be enough to engage the reader.Ronin Returns мог бы быть и не написан совсем. Читая послесловие автора, я не переставала удивляться его силе, схожей с таковой им же созданным героя. После таких серьёзных проблем со здоровьем Дейл Фурутани, тем не менее, нашёл в себе силы дать путешествиям Мацуямы логическое завершение, потому что читали просили его об этом. Последняя книга цикла не кажется завершённой, у меня до сих пор есть вопросы, но, с другой стороны, наблюдая за Мацуямой в течение долгого времени, я могу сказать, что он справится с трудностями и позаботится о тех, кто оказался на его попечении.
Мне до сих пор кажется, что странствующий ронин из романа Фурутани был реально существующим человеком, потому что автор органично вписал в исторический контекст. Кадзе потерял господина в битве при Сэкигахаре и чуть было не стал учителем фехтования юного Тоётоми Хидэёри, который позднее также впишет своё имя в историю Японии, как и его отец. Поскольку эти события и имена реальны, кажется, что и Мацуяма Кадзе тоже.
В любом случае этот цикл весьма достоин внимания любителей средневековой Японии, поклонников героев с обострённым чувством долга и чести, а также почитателей приключенческих сюжетов с элементами детектива. При этом написан он в очень лёгкой манере и даже с юмором.
Битва про Сэкигахаре — (битва в Японии, которая состоялась 21 октября 1600 года, между двумя группами вассалов покойного Тоётоми Хидэёси, боровшимися за власть. Победа досталась войскам так называемой «восточной коалиции», которую возглавлял Токугава Иэясу. Битва при Сэкигахаре является самым масштабным сражением в истории Японии.
24 понравилось102
-Nell-1 апреля 2026Очередной взгляд на эпоху, когда поступать в соответствии с принятыми нормами было важнее человеческой жизни
Читать далее«Возвращение ронина» это долгожданное, но об этом позже, продолжение цикла о Мацуяма Кадзэ — самурае, утратившем господина и ставшем ронином. Действие разворачивается в Японии периода Эдо — времени относительного мира, но строгой социальной иерархии, где честь и долг зачастую вступают в конфликт с реальностью, где звон стали встречается с тишиной философских раздумий. Как и все предыдущие части, это не просто исторический детектив, это попытка исследования человеческой души, зажатой между жесткими рамками кодекса чести и хаосом меняющегося мира. И поэтому автор использует историческую эпоху не как просто декоративный фон, а как объективную среду, определяющую поступки героев. От шумных улиц Эдо до туманных горных троп. Автор ставит своей целью уделить внимание деталям быта, военной культуры, кодекса бусидо и социальной структуры.
Главный герой всего цикла, самурай без господина — ронин, вновь воплощает в себе тип постороннего наблюдателя. Он не принадлежит ни к одному клану, и эта свобода в итоге становится для него тяжким бременем.
Между написанием третьей части и этим продолжением прошло немало времени и все, наверное, смирились с тем, что похождения симпатичного самурая закончились на самом пике и он очень эффектно скрылся за горизонтом, оставив читателей с ощущением грусти и печали, надежды и неопределенности. Что же хотел автор передать и подчеркнуть в этом романе из того, что не было упомянуто и освещено в предыдущих книгах?
Традиционно сюжет романа строится вокруг очередного расследования, в которое оказывается втянут Кадзэ. Детективная линия здесь — лишь внешний каркас, но композиционно роман построен в соответствии с законами жанра: загадка, преступление, поиск истины. Кадзэ вновь выступает как наблюдатель и аналитик, постепенно распутывая создавшийся клубок интриг. Но это довольно таки вторично. В центре внимания, как всегда, долгий и непростой внутренний путь героя, его размышления о долге, судьбе, чести и утрате, а расследование — это лишь фасад для более глубокого погружения в социальную иерархию Японии того времени. Автор описывает мир самураев, крестьян, торговцев и преступников, показывая разрыв между идеализированным кодексом и реальностью, представляя мир, где формальность важнее жизни, а одно неверное слово может стоить головы. Поэтому и темп повествования размеренный, местами медитативный. Автор, возможно, сознательно избегает излишней динамики, делая акцент на атмосфере и внутреннем состоянии персонажей, которые являются живыми тенями прошлого.
Потеря господина лишила Мацуяма Кадзэ, ронина и философа, не только статуса, но и смысла жизни. Его странствия — это попытка найти новую внутреннюю точку опоры. Он в общем-то человек вне системы и больше не принадлежит к самурайской иерархии, но и не может стать частью простого народа. И в этом, возможно, основа его постоянного внутреннего напряжения и поэтому он часто выступает не столько судьей, сколько свидетелем человеческих слабостей. Он действительно не стремится к героизму. Его действия продиктованы не амбициями, а внутренним кодексом, который он пытается сохранить в мире, где этот кодекс постепенно размывается. Это не супергерой, а человек со шрамами — как физическими, так и ментальными, страдающий от непреодолимого внутреннего конфликта и терзающих его противоречий между долгом и человечностью, постоянно балансирующий между долгом и состраданием, традицией и реальностью, действием и созерцанием. На всем его пути его сопровождают одиночество и утрата. Кадзэ — человек, лишенный корней. Его путь — это постоянное движение без возможности возвращения. Само название романа («возвращение») поэтому, на мой взгляд, довольно иронично: вернуться то ему некуда.
Второстепенные герои — от хитрого торговца до падшей гейши — служат своеобразным зеркалом, в котором отражаются разные грани японского общества. Автор старался представить их не просто как массовку и статистов, а как носителей уникальных и свойственных лишь им взглядов на мораль.
Описываемая автором эпоха характеризуется необратимым кризисом бусидо и автор показывает, что кодекс самурая в эпоху мира начинает терять практическое значение. Честь становится формальностью, а преданность — инструментом политики.
Детективная линия романа приводит к раскрытию преступления, но не к восстановлению справедливости в полном смысле. Мир остается несовершенным. Все сплошная иллюзия.
Фурутани использует лаконичный, почти «самурайский» слог: короткие, четкие фразы, напоминающие японскую поэтику. Пытается придать повествованию атмосферность через описание
запахов, погоды, звуков города и природы и, если так можно выразиться, боевой хореографии. Схватки описаны без лишнего пафоса, акцент делается на психологии момента — страхе, концентрации и мимолетности жизни. Автор избегает излишней эмоциональности, создавая эффект отстраненности, который призван усилить драматизм происходящего, и диалоги часто переходят в размышления, превращая роман в более созерцательный и менее динамичный.
Автор не романтизирует Японию, а показывает ее противоречивость. Эта книга не столько о расследовании преступления, сколько о человеке, потерявшем свое место в мире, о том, что происходит, когда старый мир рушится, а новый еще не обрел четких очертаний. Но вопрос о том, как оставаться верным себе, когда все ориентиры потеряны, — вечен.
Это все общие и красивые слова. На самом деле, как всегда, чем выше ожидания, тем глубже и досаднее разочарование. Я уже упоминала, что автор пытался в этом сравнительно коротком и как-бы вымученном продолжении, придать ему атмосферности и передать дух эпохи, но при ближайшем рассмотрении эта атмосфера все больше и больше кажется картонной декорацией, возведенной вокруг довольно заурядного сюжета. Автор использует «самурайскую эстетику», но не всегда справляется с её наполнением.
Я считаю, что главная проблема романа — его приводящая в уныние вторичность. Все атрибуты, используемые автором, кочуют из романа в роман: угрюмый мечник, тайна в прошлом, коррумпированные чиновники. В итоге сюжет предсказуем, а мотивация злодеев прозрачна и ясна.
Главный герой, не меняющийся на протяжении всего цикла, но вызывавший симпатию и сострадание в предыдущих частях, здесь опасно близок к образу непогрешимого мастера и его внутренние терзания порой выглядят не как живая боль, а как обязательный атрибут «задумчивого героя».
Несмотря на обилие японских терминов, в тексте для меня постоянно ощущается западный взгляд на Восток. Персонажи порой изъясняются слишком прямолинейно и современно. Тонкая игра подтекстов, характерная для японской культуры того периода, часто приносится в жертву динамике и события подстраиваются под героя слишком уж удачно.
В своем послесловии автор очень пространно пытается объяснить, почему после стольких лет и категоричного решения завершить цикл как трилогию, он все же написал это «куцее» продолжение, детально вдаваясь в подробности своих болезней и некоего «озарения», подвигшего его вновь взяться за перо. Меня эти попытки не убедили, а длинный список медицинских процедур, которые ему, конечно же к сожалению, пришлось пройти, показались мне слишком уж откровенными и совершенно излишними. Я желаю ему полнейшего выздоровления и если сам процесс работы, независимо от результата, помог ему преодолеть все трудности болезни и долгой реабилитации, то здоровья ему и счастья. Но возможно, все же не надо было эту книгу публиковать. Она разрушила тот неуловимый аромат грусти и неопределенности, оставшийся после того, как была закрыта последняя страница трилогии. В итоге, на мой взгляд, получился довольно скромный коммерческий продукт, упакованный в красивую обертку из сакуры и крови, но внутри него скрывается довольно пустое пространство.
Книга получилась бесцветной и практически никакой, ей отчаянно не хватает смелости. Например смелости убить любимого героя, смелости пойти против ожиданий фанатов жанра или смелости дать действительно сложный этический ответ, вместо дежурных фраз о чести.
Как-то так. Возможно чересчур резко, но уж больно я разочаровалась.9 понравилось99
Цитаты
- dandelion_girl11 июля 20254 понравилось23
