Цитаты из книги A Man Called Ove

«Все пути ведут тебя к твоему предназначению» 

-"не согрешив, покаяться нельзя. Мой муж покается. И станет лучше.  Гораздо лучше через грех пройдя."

Кошак поглазел на Уве еще немного. Потом неторопливо поднялся. Типа я удаляюсь, но не потому, что кто-то там рявкнул, а потому, что у меня есть дела поинтересней.

А Уве как раз из тех мужчин, для которых проверить вещь на прочность - значит хорошенько ее пнуть.

Когда отправляешься на поиски счастья, становится не до мелочей.

- Обещай теперь любить меня вдвое сильнее прежнего.
И Уве пообещал. Хотя прекрасно знал, что любить сильнее, чем любит сейчас, просто невозможно.

Уве замечает: она либо на большом сроке беременности, либо страдает точечным ожирением.

– Сказано. Тебе. Это. Клумба.
Увалень озадаченно чешет голову: на взъерошенном чубе его остаются табачные крошки.
– Так тут вроде не растет ничего…
– А тебе не один хрен? Моя клумба: хочу – сажаю, хочу – нет!

Каждое движение давалось ей с такой болью, что Уве, видя это, мучился так, будто его собственные позвонки выли израненным зверем, а она, заметив это, роняла свою головку ему на грудь и шептала: «Можно тратить время на то, чтобы умирать, а можно – на то, чтобы жить. Уве, надо идти вперед!»
И они пошли.

Сегодня он собрался ввинтить туда крюк. Но не абы какой крюк. Абы какой крюк нынче худо-бедно вкрутит любой айтишник с психиатрической справкой и в вязаной кофте не то мужской, не то бабской. Нужен такой, чтоб намертво сел, как скала. Чтобы дом рухнул, а крюк остался на месте.

Якщо можна піти й купити практично все, то яка тоді у всього цього цінність? Чого тоді варта сама людина?

Укатали сивку крутые горки.

Не след робятенку гамно читаць, не то умом тронется

Силиконовый рот ее страшно кривится, пытаясь растянуться в улыбку, на какую только способна женщина, чьи губы нашпигованы экологическими отходами и нейротоксинами.

Курильщицы вопят как вопили – видимо, искренне полагают, что вопль – единственное конструктивное и действенное средство в данной ситуации

Ты чё, блин, жертва фронтальной лоботомии?

всю дорогу Йимми восторженно трещит о вещах настолько скучных всякому рационально мыслящему человеку, что Уве погружается в некоторое медитативное состояние, и треп толстоватого юноши превращается в невнятный гул.

В одном Уве и Руне были согласны: ежели и было у жильцов, в разное время населявших соседний дом, что-то общее, так это проблемы с головой.

Но Соня также прекрасно знала, что Уве не способен на безадресный, абстрактный гнев. Ему непременно нужно персонифицировать его. Приклеить ярлык. Разложить по полочкам.