Цитаты из книги A Man Called Ove

«Застыв на пороге гостиной, Уве размышляет, сказать ли ей, чтоб хотя бы подложила газетку под кошака, или рискованно — снова запустит варежкой. Но когда Парване оборачивается к нему, Уве тотчас понимает, что про газетку лучше и не заикаться. Такой разъяренной фурии он, пожалуй, еще не встречал».

И оставил Уве подробные инструкции, как кормить да как "ухаживать". Прямо не кот, а кожаный диван. А Уве — фирма по ремонту котов. Уве так прямо и заявляет кошаку: — Я тебе не кошачий ремонт!

В жизни он не слыхал ничего чудеснее ее голоса. Он всегда звучал так, будто она вот-вот рассмеется. А уж если рассмеется, то чудилось Уве, будто пузырьки шампанского заиграют.

Такой нынче грёбаный век: даже повеситься по-человечески не дадут.

Говорят, в момент падения мозг соображает быстрее. Словно от внезапного прилива двигательной энергии ум, хочешь не хочешь, начинает работать с такой лихорадочной скоростью, что мир вокруг нас замедляется.

Наконец смотрит на Уве – затравленно, словно весь мир собрался расстрелять его из рогатки.

– Мама сказая, ты гоёдный. Уве в полном недоумении глядит на этот ходячий дефект дикции. – Чего? – Мама сказала, что ты, наверное, голодный. Мы принесли тебе ужин, – с досадой поясняет старшая.

Человек таков, каков он есть, и делает то, что ему по силам, и этого вполне довольно, считает Уве.

Опустившись на колени, он припадает лицом к плитке, которую аккуратно и неукоснительно перекладывает заново каждые два года, даже если оно и не требуется. Принюхивается. Утвердительно кивает. Встает. Беременная смуглянка и увалень наблюдают. – Обоссали. Все как есть обоссали! – в сердцах бормочет Уве.

На другое утро Уве в гараже разобрал «сааб» до винтика. Почистил детали и скрутил обратно. Просто хотел убедиться в своем умении. Ну, чтоб хоть чем-то себя занять. А когда скрутил, продал «сааб» с выгодой и купил другой – тоже девяносто третьей модели, но поновей. Первым делом раскрутил его до винтика. Чтобы убедиться, что умеет. Убедился.

– Ну, какого… обычного размера, – отвечает увалень, обнаруживая свою принадлежность к породе людей, говорящих прежде, чем успеют подумать.

Это ж сколько надо лопать, чтобы фактически удвоиться? Можно ли нагулять такие мяса, если к этому нарочно не прилагать усилий...

Отец страшно возмутился, когда она предложила забрать его к себе. "Оно мне нать? Там, поди, люди всякие!". Слово "люди" в его устах звучало как ругательство.

Кивает с чувством законной брезгливости, словно покупатель, нечаянно раздавивший перезрелый авокадо.

Кот же будто задумался, не свистнуть ли в два пальца, прежде чем дать стрекача.

Кошак встает с самым вальяжным видом и шествует к выходу. Вышагивает, точно кинозвезда по красной дорожке.

Мотыляя на шатких каблуках, она остервенело замахивается куда-то поверх его дома. Под ногами у нее снует и тявкает недоразумение – то самое, что обоссало ему всю плитку.

Она показывает ему палец, Уве не понимает смысла этого жеста, но догадывается, что какой-то смысл быть должен.