Цитаты из книги A Man Called Ove

И теперь, спроси кто из подружек, на что ей сдался этот Уве, Соня отвечала, что большинство мужчин бежит от пожара. А Уве бежит на пожар.

Меньше поминать то место, откуда у этих соседей руки растут, Уве, понятное дело, не стал.

Хороша же любовь, когда бросаешь любимого при первой же невзгоде! Когда предаешь его при первом же испытании . Хороша, правда?

А позже - вечером, когда возвращались домой, отец подложив руку Как на плечи, сказал: "Запомни: только дурак думает, что сила и габариты - это одно и то же". Уве запомнил это на всю жизнь.

Да я бы тебе даже магнитофон перематывать назад не доверил.

Еще в 1889 году Эйфелеву башню смогли поставить, а сейчас, курам на смех, одноэтажный типовой домик начертить не могут,не подзарядив этот свой навороченный телефон.

Есть такая порода людей: случалось вам не угодить им, они непременно ткнут в вас пальцем, словно вы тать, крадущийся в ночи, а их палец — полицейский фонарь.

Она любила болтать, Уве – помалкивать.

Полюбить кого-то - это все равно как поселился в новом доме

Одну науку Уве усвоил крепко — если не знаешь, что сказать, значит, надо о чем-нибудь спросить. Вернейший способ: хочешь заставить другого забыть о неприязни к тебе, позволь ему говорить о самом себе.

Податься на церковные хлеба – это уж шиш с маслом, не дождется Боженька. Уве так и заявил во всеуслышание, прямо в раздевалке – может, даже не столько Богу, сколько самому себе. – Отца с матерью прибрал, так и деньги свои себе оставь! – прорычал он в потолок.

Уве не проведешь, заключает Уве.

Ми боїмося її, але більшість із нас дуже боїться того, що вона може забрати не нас, а когось іншого. Бо найстрашніше в смерті те, що вона може обійти нас стороною. І залишити у повній самотності

—А, арабское курабье? Так? — бормочет он наконец. —Персидское, — поправляет она. —А? —Я из Ирана. Там живут персы. —Перцы? —Да.

Но всюду рано или поздно на его пути вырастали чопорные, самодовольные физиономии, венчающие собой белые рубашки. А с ними не повоюешь. Они не только пользуются покровительством государства. Они и есть государство.

«С первого взгляда мудрено даже понять, что за зверь перед вами: то ли кот-переросток, то ли лев-недомерок. И не знаешь наперед: проснешься ли наутро или эта тварь сожрет тебя (а она может, если захочет).»

Юноша, остановившись, продолжает махать так энергично, что сиськи колыхаются под футболкой. Уве твердит, что не знает другого такого, кто может в одну харю стрескать ведро чипсов.

Его будто укоротили на вершок-другой. Словно сосед выдохнул горестно, а снова вздохнуть не смог.

Каждому человек нужно знать, за что он сражается.