Цитаты из книги Дороги моря

Но дороги – это до сих пор живой поток, вены и сосуды этого мира.

И все мы, они и я. Мы возвращаемся домой. Дом – это там, где ты сам. Дом – это собственное тело, оно же храм. Дом – это собственный разум. Дом внутри.

Мы такие взрослые. И мы такие потерянные.

Если ждать готовности, можно прождать всю жизнь. А мне жизнь отчаянно хочется прожить, меня слишком долго обнимала смерть, чтобы я оставалась в стороне.

Друзья нам нужны в частности для того, чтобы в тот момент, когда мы превращаемся в гадких свиней, рядом были люди, которые в собственное же дерьмо нас ткнули носом. Друзья – это вечные хранители нашей человечности.

Люби того, кто любит тебя в ответ. Это просто. Это можно было бы назвать формулой успеха, если бы только она работала.

После нам предсказуемо требуется перерыв, он задумчиво курит в открытое окно, я стою рядом, мы друг друга не касаемся, и это не умаляет ощущение живого присутствия. Живого. Когда очень долго смотришь на мертвых, живых начинаешь ценить снова. С новой, отчаянно какой-то, громкой силой. На случай если вдруг успел забыть. Но жизнь удивительна и ее присутствие, ее легкое касание.. Неизменно заставляет хотеть больше, что ли? Жить. Пробовать. Любить.

– Это. Все это, – отвечает он, наконец, тихо, еле слышно, – твоя суть. И пытаться отсечь это. Потерять ее. Приглушить. Даже крошечный фрагмент – это рвать душу по кусочкам.

Душа, приученная творить. Влюбленная в этот процесс. Она не устанет никогда. Мы перестанем любить бесконечный процесс создания, когда будем мертвы. Впрочем, я знаю лучше многих. Любовь не заканчивается со смертью.

Детство – это удивительная страна, где волшебство может родиться из сущей мелочи. И это забавно, как искусство живет с нами уже тогда, в крошечных песнях и в событиях, в том, как мы на это реагируем. Как мы видим мир.

Все, чему ты научилась. И люди, которых ты встретила. Это ведь не только о потерях. Любое путешествие – это не только о потерях.

– Дело не в том, можешь ты или нет. А в том, что ты ненавидишь принимать помощь. Бежишь по кругу как одержимая. Ответ был рядом, понимаешь? Дело в том, что иногда люди уходят необратимо. В том, что это больно, и это резко, и ничего нельзя исправить. Но мы смиряемся с этой болью. Эта боль – она навсегда. Но она формирует нас. Она чему-то нас учит.

Я имею право на чувства. Я имею право чувствовать то, что чувствую. И если сейчас я чувствую так – пусть.

Слезы возьмут и кончатся однажды, знаете? Обязательно. А пока пусть все идет, как идет. Пусть. И пусть я выплачусь, и пусть покажусь жалкой, и пусть, пусть, пусть все это случится.

Все это так волнует меня. Я делаю вдох, ныряю, бесстрашно, не задумываясь. Море никогда не стоит без движения. Даже то, которое обидно называют Мертвым. Движется. Движется все равно. Так почему мы должны?

Мне все немного как дети. До последнего вздоха. Нуждаемся в утешении. В ласковых руках. Не хотим быть одни.

Ты прекрасно знаешь, что разрушит тебя вернее. Лучше рушит то, что любишь крепче. Ты делаешь это все равно. От одного его вида мне становится бешено. От одного его вида мне становится голодно.

... вот теперь я знаю, как она выглядит когда испугана и если честно – это не то, что ты хочешь видеть. Ты никогда не хочешь видеть людей в таком состоянии. Особенно тех людей, которые имеют значение для тебя лично.

Она о том, что ваша ошибка не определяет вас. Формирует – возможно. Но не определяет. Разве можно определить океан? Разве можно определить человека? И взгляд, направленный к морю.