Цитаты из книги Подменыш

Слова давались ей с трудом, она в них вечно путалась. Как-то раз дети ей сказали, что небо называют небом потому, что его настоящее название слишком ужасно. Перл чувствовала, что знает все ужасные слова, но ни одной их замены.

Дальше, чем кровь или кости, дальше, чем хлеб; за возлияниями, пожарищами знай себе летишь.

Знай себе летишь один, уединенно, один на один с мертвыми, один на один с вечностью, без тени, без имени, знай себе летишь, без сладостей и рта, и зарослей роз, знай себе летишь.

Пабло Неруда

Мы совершали вместе долгие прогулки, мы с младенцем, завернутые в одно пальто. Сквозь снежную завесу к нам подскакивали собаки, обнюхивая и облизывая моего сына; они признавали его своим сородичем, животным среди людей.

«Перл всегда подозревала, что вселенную создала некая сверхчеловеческая сила для чего-то, по большому счету, недочеловеческого».

Она была и остается моим любимым автором – жалкий эпитет для человека, чья проза заставила мои кости зацвести.

Если Перл безответственная мать – это как будто даже не обсуждается – ее отказ от ответственности кажется мне ужасающе логичным, принимая во внимание ее острое понимание этого обязательства. Она слагает с себя заботу о собственной жизни; от нее зависят другие. Она дает голос страху, который молодые матери, как и люди в целом, обычно замалчивают: «Она не хотела нести ответственность за поддержание света в себе».

Вообще говоря, дети были словно пьяницы, всегда готовые к безудержной и бессвязной болтовне. В этом отношении Перл их более-менее понимала.

Что показательно в этом предложении: выпивка предшествует младенцу.

Дух, живущий в этой книге, превосходит человеческий – и намного. Наверное, критикам слегка не по себе, когда их дыхание не оставляет следов на стекле.

Это не имело никакого отношения к тревоге, охватившей Пел от голоса Уокера. Возможный арест вытекал из правил беззубого и банального мира, из которого она только что выпала. Но то, что она испытывала, - страх, чувство потери себя рядом с этим мужчиной - было безымянным и всеохватным.

Рядом с ней стояла коренастая женщина в футболке с надписью: «ЖЕНЩИНА БЕЗ МУЖЧИНЫ ЧТО РЫБА БЕЗ ВЕЛОСИПЕДА». Перл захотелось спросить, что это значит, но у женщины был такой суровый и недовольный вид, что она не посмела. Она подумала, что могла бы услышать в ответ чтонибудь малоприятное. Например, что она тупая манда

Август самый грустный месяц. Всё увядает. 

Памятование - это воскресение.

Она боялась, что ничего не знает о любви. Что любовь, как физика, – что-то такое, чему кто-то когда-то пытался ее научить и во что она не вникла.

Ничего нельзя заставить оставаться таким, как есть. Все течет. Все меняется. Из этого правила нет исключений. Никто не достоин подобной милости.

Одна из великих тайн жизни - это усвоить, как жить без счастья.

Должно быть, это женщина - конечно, женщина - решила у истока всех вещей, что смерть - это часть жизни. Мужчина бы до этого не додумался. Женщины выбрали смерть, чтобы всегда имелся повод для сожалений.