Piccola Сицилия

Мне понравилась первая книга автора и я когда узнала что и вторая уже начитана я её сразу взяла на заметку.

Начинается история как-то банально, с развода женщины, которая осталась совершенно одна, с карьерой, которой не довольна в итоге, без детей, так как были другие цели, с грузом семейной тайны.
Но это буквально первый час, а потом сюжет уходит в прошлое, когда дедушка ГГ служил в пропагандисткой роте вермахта, делал фотографии, снимал как немецкие войска браво завоёвывают африканский континент. И тут начинается самое интересное, так как Мориц был не просто солдатом, который следовал идеи нацизма, к своим обязанностям он подходил больше как к работе, и вот, он оказался в Тунисе, когда Роммелю приходилось очень туго, а войска союзников решили выкурить фашистов из Африки. Не сказать что на его глазах развивалась драма отношений брата с сестрой, ещё одни герои истории, он скорее видел всё в одном свете, до поры, до времени, не зная нюансов.
Мне нравится что зарубежные авторы без украшательств пишут о болезненном для них отрезке истории, они не прячут голову в песок, они переживают то что было, через художественную литературу показывают что осуждают насилие, которое породили их предки. Шпек, рассказал историю 2МВ с позиции итальянских евреев с французским гражданством в Тунисе, вот так сильно всё запутано.
Главное здесь конечно любовная линия, но мне было более интересно то, как отец семейства, не будучи крайне набожным и ставя под сомнение существования Бога жил за принципами, которые содержатся в Священном писании, иногда его импульсивность меня угнетала, так как последствия были печальными, но его здравое мышление расползаетесь прислушиваться к нему. Да, это просто слова вложенные автором в уста персонажа, но они очень гармонично звучат. Особенно финальные, о создании государства для евреев.

Словом, если отбросить романтику, а оставить только политику и отношения людей к ней, то это крайне интересная книга.

Этот роман стоит прочитать только уже потому, что он открывает малоизвестную ( в моем случае — неизвестную) страницу истории Второй Мировой Войны в Африке, в частности в Тунисе. Один из районов которого и подарил этой книге такое «итальянское» название.
Его называли «пестрый квартал». Здесь можно было встретить и француза и еврея и араба — представителей разных религий, но в добре проживающих на одной территории пока на неё не вступили нацисты.

По своей структуре этот роман похож на предыдущий роман Шпека: события настоящего обращены к воспоминаниям прошлого, чтобы понять и переосмыслить историю одной большой семьи.

Нина знает историю своего деда - немецкого кинооператора, погибшего в 1943 году в Тунисе, только со слов матери. Неожиданная встреча с её якобы родной тетей в отеле, где она поселилась прибыв в Тунис, готова пролить свет на события того периода, о которых семья Нины не могла даже догадываться.

Для войны национальность не имеет значения, национальность имеет значение для людей, которые ее устроили.
Так, Виктору, еврею по происхождению, безопаснее стать итальянцем Витторио, когда немцы, захватившие город, заселяются в отель «Маджестик», где он работал музыкантом.
Или же немцу Морицу Райнке, в спешке забытому своими соотечественниками в чужой стране, удобнее стать евреем.
Этим двоим мужчинам суждено было разделить не только одно имя, но и одну любовь.

Это большая, насыщенная событиями семейная сага, роман о непростой любви, это роман о непростом выборе, предопределяющем будущее поколений.

Не стоит рассматривать эту драматическую историю в рамках двух семей: Мориц и Сарфати, он гораздо шире — это драма всего угнетенного еврейского народа.

Особенно мне нравится, что Шпек делает своих героев настолько противоречивыми, что ты невольно начинаешь сочувствовать нацисту, а «бедненькая» еврейка тебя начинает безумно раздражать.

Вообще, заметила такую тенденцию, что, если автор пишет по накатанной им же дорожке, а здесь структура романа, как я уже отметила очень похожа на его первый роман, то в какой-то момент — это перестает работать, удивить читателя становится сложнее. У Шпека этот прием пока работает. Мне очень понравился роман! Интересно, что предложит он нам в следующий раз?

Все, как я люблю – семейная сага, несколько поколений, тайна.
Война прошлась катком по всем семьям, разрушив, если не весь уклад жизни, то малую толику точно. Кому-то пришлось бежать. Хотя, разве от войны убежишь, которая пусть далеко, но крепко сидит в душе.
Кто-то познал ужасы концентрационных лагерей, не вернувшись оттуда никогда.
Кто-то был вынужден много лет прятаться от врагов, от друзей, от себя.

Что такое любить, когда каждый день может стать последним? Что такое жить надеждой на то, что любимый человек жив? Что такое нести через всю жизнь душевную верность тому, кого нет рядом и никогда не будет?
Боль, горе, слёзы. Но и среди этого хаоса на камнях расцветали цветы, и рождались дети, и была надежда на светлое будущее.
Цените каждый миг жизни!

Я взялась уже за вторую книгу Даниэля Шпека и вот уже ищу их в печатном варианте для коллекции - до чего же хорошо он прописывает атмосферу, героев, события и ... жизнь. 

Он использует Семейную сагу, как основу для раскрытия целого временного пласта. И выходит настолько ярко, сочно и эмоционально, что порой становится жутко от погружения. Но ведь именно этого мы, как читатели, и ждем от автора.

Ясмина и Мориц, их внучка Нина и ее тетка, которой она никогда не знала. Люди из разных миров, которые существуют и сталкиваются, которые впитывают эмоции и знания друг друга, а ведь казалось бы - не должны.

Шпек так тонко и остро прописывает проблемы и трагедию войны, что ему невозможно не верить, в процессе прочтения нельзя не погрузиться ,словно те самые дайверы, на самое дно и глубину истории, чтобы потом вынырнуть с осознанием глотка свежего воздуха и тяжести реальности истории.

Он держит в напряжении читателей в каждой главе, политика перемежается с этикой семей, вымышленные персонажи оживают перед тобой. Мне кажется, что именно это и есть - главный критерий оценки качественного произведения и стиля автора. 

Такая солнечная обложка, но такая тяжелая книга. Но книга о второй мировой войне и не может быть иной.
Повествование ведется в двух временных пластах: в начале 21 века и в годы войны. Главная героиня Нина не без помощи своего старого друга пытается узнать о своем деде Морице Райнке, одном из солдат Германии, немецком фото- и видеокорреспонденте, которого считает без вести пропавшим. Во время поисков на Сицилии она неожиданно встречается с Жоэль, своей возможной родственницей. Из уст Жоэль Нина и узнает о судьбе деда.
Много нового для себя узнала об африканской кампании Гитлера. Как-то эта часть истории прошла совершенно мимо меня. Чувствуется, что автором проделана огромная работа. В книге много реальных имен, реальных исторических фактов.
Судьба Морица оказалась тесно связанной с судьбой тунисских евреев Сафрати. В книге рассказывается о их жизни, любви, переживаниях, взглядах и многом другом. Но это еще и книга-рассуждение, автор поднимает множество тем: война, ответственность корреспондента, судьбы целых народов - евреев и немцев, наследование вины, судьбы отдельных людей, сосуществование разных конфессий, самоидентичность, сопереживание, вина, любовь и предательство.
Лично для меня жизнь Морица в книге отодвинулась на дальний план. Любовные линии мне не понравилась. А вот глобальные темы, историческая действительность мне показались гораздо важнее. Мне было интересно это читать, хотя и делать это было очень непросто. В эмоциональном плане книга оказалась очень трудная. А еще и очень объемная. И все же спасибо автору за нее. Пишет он очень увлекательно, язык прекрасен. Так что, думаю, что это не последняя моя встреча с книгами автора.

Это будет рецензия спойлерная и очень негативная. У меня такое редкость. Так вышло, что первой я прочитала книгу-продолжение - «Улицу Яффо», поэтому все события конкретно этой книги увидела поначалу как прошлое героев. И все недоумевала, там что реально целый роман посвящен вот этой теме? И из любопытства решила-таки прочитать.

Сюжет без спойлеров: немецкий солдат-фотограф Морис попадает в Тунис в начале Второй мировой. А здесь и евреи, и арабы, и европейцы - и все мирно уживаются и чудесно себя чувствуют в своей многокультурной Piccola Сицилия (это район города). Пока не начинаются нацистские чистки. Дома Мориса ждёт жена, идеологию фашистов он не разделяет и поначалу хочет только вернуться домой и жить спокойно. Но потом попадает в странный любовный треугольник и навсегда меняет траекторию своей жизни, имя и даже национальность.

Дальше спойлеры. 

И тут мне не нравится решительно все.

Ясмина, влюбленная в брата. Да, не родного, но она жила с ним с 5 лет и ее воспитывали как родную дочь. Честно, очень противно было читать как она вечно прижималась к нему, лезла в постель и думала о его губах Ну и добилась своего однажды ночью на сеновале (да, от места меня дико триггерит). И для меня вся эта история вообще не про любовь, а про грязный вонючий сеновал. А девочке бы к психологу. Здесь я полностью на стороне матери, которая сочла Ясмину предательницей. 

Только вот делала она это все не одна. 

А с Виктором. Брат, который хоть и не отвечает взаимностью, но случая завалить сестренку не упускает. И нет, обе эти книги не убедили меня в том, что Виктор тоже любил Ясмину. Любил он только себя, заботился тоже о себе. Когда появилась проблема в виде беременности (господи, ну хотя бы можно было ппа сделать), он просто исчезает и отправляется на «секретные задания» и «спасение мира». Потом когда ему захотелось, появляется снова, а поняв, что проблемы не рассосались - исчезает опять. И так всю жизнь. До тех пор пока ему не приспичило вернуться окончательно и тут он что сделал? Разрушил брак Ясмины, конечно же, просто физически выдавив оттуда мужа! (Но это уже спойлер к следующей книге). Короче, Виктор и Ясмина - два дебила это сила. Бедные их родители и бедная-бедная дочка Жоэль! 

Жоэль. Ребенок, который думал, что у него нормальная семья. Ну мама немножко отстраненная, зато папа самый лучший в мире. А впереди прекрасная жизнь в новой стране, и больше никакой войны. И вдруг оказывается, что твой папа тебе не папа, а твой дядя - как раз-таки папа. Мама твоя - дура набитая, а бабушка видеть тебя не может не просто так. Да еще и соседи ненавидят твою семью, потому что благодаря папе-дяде вы приехали и заняли чей-то дом. И все рушится в один миг, больше никто никогда не увидится и не будет счастлив, зато мамочка, наконец, будет спать с тем, с кем хочет. П****ц.

Морис. Ох, Морис, что за идиот. Про него я все написала в своей рецензии на «Улицу Яффо», а здесь просто наблюдаю, как он потихоньку превращается в это вот многоликое существо без собственного мнения. Я не понимаю его мотивацию. Не понимаю, как можно оторваться от своего родного так резко и больше никогда не вернуться. Не понимаю, как можно любить того, кто к тебе холоден и вообще не заинтересован. Не понимаю, зачем спасать того, кто спасенным быть не хочет. Не понимаю, зачем позволять себя использовать.

И я вот все думала, почему меня так выбесили эти две книги? Ведь можно просто не читать. Но нет, бросить можно откровенно плохую книгу, а когда ты ощущаешь, что автор талантлив, невероятно хорошо пишет и рисует очень живые характеры - это цепляет. Но почему же он пишет такой шлак, боже мой? Наверняка, Шпеку хотелось показать, что никто не идеален, у всех людей есть свои страсти и изъяны, и поступают не все хорошо, но все равно способны на любовь, самопожертвование и героизм. 

Но не вышло! Вышло довести меня до состояния, когда книгу хочется выкинуть в окно. А потом пойти подобрать, дочитать и опять выкинуть. Хотя, многим нравится, судя по рецензиям. 

Конец. 

После прочтения в прошлом году у автора Bella Германия, я даже не задумывалась стоит ли браться за Piccola Сицилия.И если честно, ни на минуту не пожалела.
Я не люлю книги, где повествование идет во время войны, но эта книга стоила того, что бы сделать для нее исключение. Это история о любви,не простых судьбах, о том что жизнь наша настолько непресказуемая и хрупкая, и то что кажется постоянным и незыблемым сегодня, может в один момент рухнуть и исчезнуть завтра.
Это история о сильных духом людях, которые умеют любить.
И вся эта история написана очень богато, ярко, "вкусно"

«Маленькую Сицилию» я взяла с мыслью о том, что она будет согревать меня промозглым ноябрем. Польстилась на объем, манкую обложку и мельком прочитанное где-то описание, что это что-то вроде семейной саги. Представляла, что буду тянуть ее, как лимончелло со льдом, и даже периодически слышать шум набегающей волны Средиземного моря.

В итоге совпало только про море, потому что я не учла, что «Маленькая Сицилия» находится в африканском Тунисе. И основной отрезок действия приходится на годы Второй мировой. Я зарекалась читать об этом книги, они меня мучают, терзают, вдребезги разбивают. Но в эту книгу я влюбилась.

Да, книга о жизни в непростое время, но основное все же то, что роман о любви, о семье, о борьбе, о чудовищных ошибках, о противостоянии режиму и самой судьбе. О том, как хрупко наше счастье и как легко, в одну секунду, все может рухнуть.

Книга настолько многогранна, столько затрагивает вопросов, что говорить о ней в рамках незатейливого отзыва-впечатления на "две строчки", слишком мелко. Не вместить всего.

Это трагичный, сильный, глубокий роман. Идеальный для последующей дискуссии, скажем, в книжном клубе. Можно бесконечно спорить, философствовать, переживать. Любить и ненавидеть героев. Я провела несколько приятных дней в компании этой книги, она до сих пор шумит у меня в голове, как море в ракушке.

«Понимаете, почему мы на самом деле являемся одной большой семьей? Мы все немножко потеряны.»

Ну вот, наконец удалось прочитать и второй роман из трёх. До этого были «Bella Германия» и «Улица Яффо», так что получилось некое нарушение хронологии - события «Сицилии» происходят до «Яффо». Но, честно говоря, это даже радует - по крайней мере, герои уже знакомы и знание их дальнейших судеб помогает больше понять в этой книге.

Начало - такое же, как в «Яффо» - немка Нина отзывается на известие с Сицилии о том, что на дне моря обнаружен нацистский самолёт, в котором, возможно, находятся останки её дедушки, сотрудника отдела пропаганды вермахта Морица Райнке. Прибыв в портовый городок Марсалу на Сицилию, Нина встречает ведущего поиски самолёта француза Патриса. И тут же знакомится с весьма своеобразной еврейской женщиной по имени Жоэль, которая утверждает, что Мориц, вернее, Морис, и её дедушка! Так вырисовывается первая линия романа - перипетии поиска самолёта, отношения Нины и Эоэль, не самые простые, но однозначно нужные обеим женщинам. Для чего? А, наверное, для того же, чем будут заниматься и их бабушки и дедушки -поисками себя в этом не самом лучшем из миров.

И, собственно, так же как в «Яффо», начинается параллельное повествование о годах Второй мировой в Тунисе. На самом деле, я не случайно, как и герои романа, упомянул классику мирового кино - по атмосфере иногда очень похоже.

1942 год, генерал Роммель только что завершил триумфальную операцию «Зонненблюм», завоевав часть Северной Африки, в том числе и Тунис. Что, в общем, влечёт определённые последствия для главных героев книги - семьи Сарфати: уважаемого общиной доктора Альберта, его жены Мими, сына Виктора и приёмной дочери Ясмины. Виктор, музыкант в отеле «Мажестик», вынужден выдавать себя за итальянца, Альберт сталкивается с необходимостью защищать своих соплеменников, а безнадежно влюбленная в Виктора Ясмина мечется во всем этом водовороте.

Кстати, про общину. Такой же сюжет Шпек использует и в «Яффо»: вот, мол, была себе разноязыкая piccola Сицилия, где мирно вместе жили арабы, евреи, французы и итальянцы. Но тут появляются наци (вариант «Яффо» - сионисты и англичане), и уютный мирок летит в тартарары под гнётом взаимных подозрений и интриг. «Семена раздора, посеянные фашистами, уже дали всходы в душах людей. Невинность была потеряна.» Несколько, конечно, наивный взгляд, но не будем слишком строги - в конце концов, это одна из главных идей романов Шпека. То место, в котором мы были счастливы, в которое уже не можем вернуться, «в некотором смысле мы все лишились родины - мигранты из страны детства» (Георги Господинов, эпиграф к первой главе).

Но вот вектор меняется - «Зонненблюм» Роммеля меняется «Крусейдером» Каннингема и последующими ударами союзников. Тут, конечно, трудно удержаться от саркастического «ну-ну, конечно», когда Шпек пишет о «решающем переломе в войне», который, оказывается, произошел не в Сталинграде, а в пустынях Магриба, да это, впрочем, вполне объяснимо. И вот уже Морис Райнке вынужден скрываться, и укрывают его не кто иные, как семья Сарфати. К этому времени семья уже потеряла Виктора (все надеются, что не навсегда), ушедшего воевать. Здесь мы снова сталкиваемся с еще одной темой - насколько мы готовы прощать бывших врагов, как Сарфати прощают Морица, сделав его фактически новым членом семьи.

Вообще, зная дальнейшие жизненные перипетии Морица, начинаешь понимать, что имел в виду автор, когда говорил про своего героя: «Он не считал себя частью машины. Он всю свою жизнь никогда по-настоящему не был частью чего бы то ни было. Он всегда производил впечатление, будто он лишь гость. Но всегда было ощущение, что он с нами не целиком.» Да, наверное, такое можно сказать про всех героев книги, и тогдашних, и нынешних. Все они в поиске той самой Юкали, «Хабанеры» Вайля, ставшей своего рода музыкальным лейтмотивом книги. Юкали, как некоего места, где мы были счастливы, или, может быть, обретём своё счастье, пусть и ненадолго. Попутно замечу, что снова надо отдать должное Шпеку - он умело выстраивает, если можно так выразиться, саундтрек книги, от «Лили Марлен» до той самой «Юкали».

Таковы и драматические переживания Ясмины, которые в определённый момент становятся эпицентром повествования. Её чувства, связанные с тем, что она таки не родная дочь Сарфати, и, может быть, с этим связаны все беды, которые насылает на неё безжалостный «мектуб» - арабский фатум. Совсем неслучайно здесь появляется и гадалка, впрочем, возникает ощущение, что дар предвидения есть и у самой Ясмины, особенно в её сновидениях: «Она носила сны с собой, как улитка - свой домик. Реальность же была для нее призрачной, исчезающей.»

А тем временем, возвращаясь к истории Нины и Жоэль, мы видим, как эта встреча меняет Нину, ей восприятие жизни. Поначалу полностью отторгая историю Жоэль, она начинает понимать гораздо больше, и не только об истории Морица, но и о себе: «Мне больше ничего не надо искать. Что-то нашло меня само, и этого достаточно».

Вот таково масштабное полотно, которое написал для нас Шпек. Понятно, что кратко нельзя описать все темы, ощущения и впечатления этого в высшей степени достойного романа, который, как и другие произведения Шпека, умело объединяет жизненные истории простых людей и эпохальные исторические события. Но ведь наши личные истории всегда так или иначе затрагиваются мировыми катаклизмами, хотим мы того или нет. А вот насколько мы при этом, как доктор Альберт Сарфати, остаёмся людьми и находим ли мы свою Юкали - вот об этом, собственно и книга.

«В твой город Иерусалим возвращаюсь я, Господи, пребываю в нем, как ты заповедал, и воздвигну его вскоре как вечное строение.» - но об этом уже в «Улице Яффо».

У книги странно хороший рейтинг. На это и повелась.
Мне не понравилась книга.
Какие-то подробности непонятные описываются из личной жизни Ясмины и Виктора.
(Ясмина приемный ребенок, сводная сестра Виктору)
История велась от дочери Ясмины и она вспоминает, как Ясмина пришла к Виктору в постель, так как ей было страшно, а ей там кое-что твёрдое куда-то упёрлось под одеялом.
Хм... это реально мама дочери такое рассказывала?
И вообще вся эта тягомотина очень сильно раздражала.
Текст можно было прочитать и за полтора дня, но я мусолила почти три недели.