Цитаты из книги Piccola Сицилия

Недоверие - яд. Как только оно вползает в отношения, становится тяжело всё, что раньше было легко.

Тот, кто питает к людям интерес, не ставит себя выше других.

Мориц знал, что туманные сведения деморализуют сильнее дурных, но определенных вестей.

Знаешь, дорогая, некоторым людям привычное несчастье милее, чем неведомое счастье.

Кто ценит в любви только её светлую сторону, наверное, проживёт спокойную жизнь, но она будет монотонной, как год без смены времен. Кто не познал тёмную сторону любви, тот никогда по-настоящему не жил.

Как фотограф, он знал, что есть свет, который падает снаружи, и есть тот, что исходит изнутри, из глаз.

Двое торговцев отправились на чужбину, чтобы продать там обувь. У каждого из них было с собой по чемодану обуви. Один в первый же день позвонил жене в ужасе: «Здесь люди вообще не носят обуви! Никто меня не понимает! Завтра же возвращаюсь!» А второй позвонил жене и сказал: «Представляешь, как повезло, здесь ни у кого нет обуви! Я тут продам тысячи пар!»

Не мы находим свою жизнь, думал Мориц. Она находит нас. В тот момент, что определили не мы, в минуту полной нашей беззащитности. Не надо искать себя, достаточно лишь потеряться. И все случится.

– В хорошие времена, – сказала мама, – забываешь о молитвах.

– Все ученые утверждают, что шмель не может летать, – говорил старик. – Законы физики. Он слишком тяжелый. Но он все равно летит. Почему? Потому что ему надо, mon ami.

У каждой семьи есть память, которая выходит за пределы воспоминаний ее членов.

слушал он ее действительно не только из вежливости, как прочие, которые только и ждали момента, чтобы начать рассказывать о себе

- Это как в любви, - добавляет Жоэль.- Иногда рыбачить интереснее, чем разбираться с уловом.

- Жизнь ни плоха, ни хороша,- говорит Жоэль. - Она просто есть. И ты не должна ее менять. Наоборот. Прими ее такой, какая есть, и просто расскажи свою историю так, как тебе нравиться.

Мастера обмана знали: публика по-настоящему любит лишь добрые вести. Факты – штука грязная, путаная, полная противоречий. Они зеркало, в которое мы смотрим. А вести обещают нам прекрасное будущее, сияющее, невредимое. И чем больше человек не любит себя, тем больше он любит добрые вести.

На самом деле – теперь он это знал – всякая диктатура подпитывается не силой вождя, а слабостью народа. Немцы были не расой господ, а народом подданных.

– А вы кем себя считаете? – спросил Мориц. – Евреем, или итальянцем, или тунисцем?
Альберт взглянул на него серьезно, но и весело:
– Вот это очень немецкий вопрос.
– Почему?
– Вы используете «или». Мы предпочитаем «и».