U.S. Plans to Send Weapons to Israel Amid Biden Push for Cease-Fire Deal. Delivery would include bombs, precision-guidance kits and bomb fuses.
Цитата выше как будто взята из "1984"; она представляет собой прекрасный образчик двоемыслия журналиста или американской администрации: США за перемирие, США поставляет бомбы. War is peace!
Но как это возможно? Оруэлл же писал исключительно про коммунистов, ведь да? Или нет? Или что-то такое уже тогда витало в воздухе Англии, что автор уловил и пророчески выдал в своей утопии?
"1984" по сути является памфлетом, политическим высказыванием автора. В свете этого, для анализа произведения личность автора приобретает особое значение. Я не погружался в биографию Оруэлла, но, воспользовавшись вводной статьёй в издании серии Everyman's library, ознакомился с основными вехами его жизни. И то, что на поверхности, странно для меня. Вроде известно, что Эрик Артур Блэр (настоящее имя писателя) был социалистом, но, как говорится, есть большая разница между быть и казаться. Престижнейший Итонский колледж, добровольная служба имперским полицейским в Бирме, позже работа на Би-би-си и составление проскрипционных списков коммунистов и сочувствующих им. Где тут вообще социализм? Рассказы и письма Оруэлла о Бирме и местных жителях, где явно виден взгляд свысока белого человека, несущего то самое бремя - где тут сочувствие угнетённым народам, свойственное левым, где поддержка Интернационала?
Такое ощущение, что левым себя Оруэлл называл исключительно из духа противоречия. Желал тем самым выделиться в своём среднем классе, понимая, что не имеет доступа к иным составляющим успеха в жизни ("деньги, атлетизм, сшитые на заказ костюмы и чарующая улыбка" - такие ингредиенты успеха определил сам молодой Эрик). Этот бунтарский якобы "социализм", вполне вероятно, вычитанный поверхностно и не проработанный в душе Оруэлла, столкнулся с реалиями 30-х годов XX века: практика социализма, как это водится везде и во всём, отчасти расходилась с теорией. В итоге, как нередко бывает с теми, кто во что-то верил, а потом был по тем или иным причинам обманут в своих чувствах, Оруэлл стал яростно бороться с советским коммунизмом и его попутчиками. И опять-таки, как это нередко бывает с такими разочаровавшимися неофитами, ненависть к бывшему объекту влечения застила всё иное вокруг. Не принимая это во внимание, сложно понять, как в ноябре 1943 года, в разгар Второй Мировой войны, прожив несколько лет под бомбежками Люфтваффе, Оруэлл решает написать памфлет про ... коммунизм, тот самый "Скотный двор".
В общем "соц-дем" Оруэлл, по-моему, вполне себе оставался всю жизнь классическим британцем из среднего класса: на словах поругивал окружающий его ангкап, но комфортно жил при нём и по сути защищал его, стереотипно не доверяя альтернативе, предложенной Востоком.
Ещё два важных момента из вступительной статьи Джулиана Симонса, кстати лично знавшего Оруэлла. Сам популярный писатель и один из теоретиков детективного жанра, Симонс отмечает, что Оруэлл был сочинителем с ограниченным арсеналом художественных средств. В частности Эрик Блэр не умел хорошо писать о том, что он сам не испытал в жизни. По сути все главные герои произведений Оруэлла - это он сам. Лондон из "1984" с его разваливающимися домами, запахами отварной капусты и старых тряпок, постоянным дефицитом шнурков и лезвий для бритв - это военный и послевоенный Лондон с 1939 по 1948 годы, так хорошо знакомый автору. В этом смысле "1984" - это не фантастика, Оруэлл писал о том, что он видел и знал лично, по-другому он просто не мог. Единственная вольность и фантазия тут - это доведение современных Оруэллу тенденций в обществе до их крайнего проявления.
Второй момент - это страх Оруэлла перед доминированием "машины" над человеком. Да, умом он понимал прогрессивность технологического развития, влекущего облегчение жизни для простого человека, но в душе всё равно чувствовал себя некомфортно в мире стали и бетона:
"If we kill all pleasure in the actual process of life, what sort of future are we preparing for ourselves? If a man cannot enjoy the return of spring, why should he be happy in a labour-saving Utopia ... I think that by retaining one's childhood love of such things as trees, fishes, butterflies, one makes a peaceful and decent future a little more probable, and that by preaching the doctrine that nothing is to be admired except steel and concrete, one merely makes it a little surer that human beings will have no outlet for their energy except in hatred and power-worship"
В свете вышесказанного, как мне кажется, должно ломаться стереотипное восприятие "1984" как романа исключительно антисоветского. Оруэлл никогда не был в СССР, не занимался глубоким изучением советских реалий, разве что, вероятно, слушал однобокие пересказы русских эмигрантов - но это всё равно, как строить восприятие нынешней России исключительно по заявлениям Каспарова и Ходорковского. Советского Союза он не знал. Как следствие, если "1984" прикладывать к советским реалиям, то, хотя где-то автор и попадает в цель, но зачастую он же или мажет мимо или лепит евроштампы (вечный страх перед завоеванием Россией Европы "до Лиссабона", описание евразийских военнопленных как монголоидов и т.д.), или опускается до откровенных глупостей (увидеть в аббревиатурах русского языка признак тоталитаризма - это уже близко к ксенофобии).
Поэтому воспринимать "1984" как точную критику СССР по меньшей мере странно. Кстати и сам Оруэлл, если верить тому же Симонсу, отрицал, что "1984" является per se атакой против социализма. На мой взгляд, "1984" надо воспринимать как критику некоторых сторон человеческого общества вообще и капиталистического общества в частности, как наиболее знакомого Оруэллу. И вот тут, что в книге действительно ценно, так это размышления автора о пропаганде (как писатель с опытом работы в газетах и на Би-би-си во время войны, он в этом разбирался!) и об удержании власти. О том, куда "это всё" может привести в новом мире технологического прогресса. Еще раз: привести не в некоторых исключительно "недемократических" странах (кстати прекрасный пример новояза), а в мире в целом. И вот, как выясняется, ни к чему хорошему-то мы не идём. Недаром учёные пишут о уже сформировавшемся "капитализме надзора" (Ш.Зубофф) и "технологическом феодализме" (Я.Варуфакис). В нашем "чудесном" современном мире уже не надо прятать телеэкран за картиной: мы сами добровольно носим мониторы с микрофонами в кармане. У нас в полный рост присутствует и двоемыслие (смотри цитату из новостей в начале этой рецензии), и новояз (искусственные феминитивы и прочие истории про DEI), и мыслепреступления (Оруэлл смеялся над абсурдностью "2+2=5"; что бы он сказал про запрет утверждать существование лишь двух полов?). Это-то и страшное, это-то и пророческое.
Но широкие народные массы, на которые, как водится, вся надежда, пока безмолвствуют. Что ж, будем наблюдать дальше.
5 понравилось
