Hag-Seed

Феликс. Он был на вершине своего могущества, и это ослепило его. В этом и таилась опасность, ведь с вершины есть лишь один путь: вниз.

В конце концов, все дороги приводят к смерти, так почему бы и не развлечься в пути?

Это театр... Искусство истинных иллюзий! Разумеется, там присутствуют травмирующие ситуации! Театр вызывает демонов ради того, чтобы их изгнать! Разве вы не читали древнегреческих авторов? Слово катарсис вам что-нибудь говорит?

Он улыбается: это иллюзия улыбки. Притворство, игра, но кто об этом знает?

– Кстати, а что Калибан будет делать, когда вырвется на свободу?
– Мы подумали, наверное, он будет мстить. Всем, кто обращался с ним плохо, – говорит Костыль. – Типа как Рэмбо. Отловит их по одному. Начнет со Стефано и Тринкуло.

Может быть, и не стоит во всем обвинять других. Может быть, надо начать с себя.

– Как любил говорить мой дядя, лучше быть везучим, чем богатым.
– Это не про меня. Я небогатый и невезучий, – говорит Гнутый Грифель со вздохом. Его слова вызывают смех, и ему это нравится.

Класс облегченно вздыхает: затеплился лучик надежды. Они любят, когда есть надежда. Но опять же, а кто не любит?

Змеиный Глаз играл злодея не в первый раз, и каждый раз играл мастерски. Всегда на грани комедии, но не скатываясь в комедию.