Цитаты из книги Drei Mann in einem Boot

Сколь многие, рискуя затопить свой корабль, нагружают его всякими вещами, которые кажутся им необходимыми для удовольствия и комфорта в пути, а на самом деле являются бесполезным хламом.

Всё шло весело, как на похоронах,..

Дивно, але жінки чомусь завжди хапаються за ніж, який їх ранить.

Цей світ - лише випробування, і як іскра призначено летіти догори, так людині вцд самого її народження призначено долати труднощі.

В данном случае у меня были все признаки болезни печени, включая главный симптом: «апатия и непреодолимое отвращение ко всякого рода труду».
Как меня мучил этот недуг — невозможно описать. Я страдал им с колыбели. С тех пор как я пошёл в школу, болезнь не отпускала меня почти ни на один день. Мои близкие не знали тогда, что это от печени. Теперь медицина сделала большие успехи, но тогда всё это сваливали на лень.

Солнечный свет - это горячая кровь природы.

Зубная щётка - это наваждение, которое преследует меня во время путешествия и портит мне жизнь.

Больше всего меня раздражает, когда кто-нибудь бездельничает в то время, как я тружусь

Таке життя, і всі ми - трава, яку зрізають і кидають у піч.

«Жизненный идеал Монморенси состоит в том, чтобы всем мешать и выслушивать брань по своему адресу.»

"I've got a couple of skulls down in the crypt," he said; "come and see those. Oh, do come and see the skulls! You are a young man out for a holiday, and you want to enjoy yourself. Come and see the skulls!"

I read the prescription. It ran: "1 lb. beefsteak, with 1 pt. bitter beer every 6 hours. 1 ten-mile walk every morning. 1 bed at 11 sharp every night. And don't stuff up your head with things you don't understand." I followed the directions, with the happy result — speaking for myself — that my life was preserved, and is still going on.

Але жінки чомусь люблять пригортати до серця ніж, що вразив їх [...].

Як добре почуваєш себе, коли наїсися! Який ти тоді задоволений собою і всім світом! Я чув, ніби чисте сумління робить нас веселими й задоволеними, чув від людей, які випробували це на собі; але повний шлунок робить те саме куди легше й куди дешевшим коштом. Після ситного, добре перетравленого обіду чи вечері почуваєш у серці таку великодушність, таку щедрість, таку незлобивість, таку доброту!

Мабуть, із усіх дурних блазенських вигадок, що отруюють наше життя, найгірша - оці дурисвітські "прогнози погоди". Вони "провіщають" дуже точно ту погоду, яка була вчора чи позавчора, і не менш точно - якраз протилежну тій, яка буде сьогодні.

Дело принимало серьезный оборот. Было уже за полночь. Гостиницы в Шиплейке и Хенли были битком. Не могли же мы шататься среди ночи по округе и ломиться в дома и коттеджи с вопросом «не сдадут ли нам комнату». Джордж предложил вернуться в Хенли, напасть на полисмена и заручиться, таким образом, ночевкой в участке. Но здесь возникло сомнение: «А если он не захочет нас забрать и просто даст сдачи?» Не могли же мы всю ночь драться с полицией.

Гаррис комментировал его игру в выражениях, способных лишить мужества кого угодно; вдобавок к этому Монморанси всякий раз садился рядом и, пока Джордж играл, выл не переставая. Шансов у человека в таком случае немного. — Какого хрена он так воет, когда я играю? — бесился Джордж, прицеливаясь в Монморанси ботинком. — А какого хрена ты так играешь, когда он воет? — возражал Гаррис, подхватывая ботинок.

Что же касается соуса, соус был целой поэмой — для слабых желудков, может быть, несколько витиеватой, но калорийной.

Вам не случалось жить в доме, где есть влюбленная пара? Это совсем нелегко. Вам хочется посидеть в гостиной, и вы отправляетесь в гостиную. Вы открываете дверь, до ваших ушей долетает некое восклицание, словно некто вдруг вспомнил нечто важное; когда вы входите, Эмили стоит у окна, ей крайне интересно, что происходит на противоположной стороне улицы; ваш друг Джон Эдуард находится в другом конце комнаты, он не в состоянии оторваться от фотографий чьих-то бабушек.