Міжзоряний мандрівник

Когда мне ее посоветовали в ТТТ была настроена скептически. Но я рада, что ошибалась - книга очень понравилась. У Лондона читала только одну книгу - о его зависимости от алкоголя. Честно говоря у меня есть какие-то предубеждения насчет Лондона, но пока обе прочитанные книги их не подтвердили.
Книга захватила с первых страниц, автор очень живо описывает тюремную жизнь, все мучения которые пришлось перенести его персонажу. Мне нравятся книги с историями в историях, поэтому мне понравились путeшествия Даррела по его бывшим жизням. Поневоле задумываешся о других жизнях (есть они или нет), о человеческой душе, о выносливости тела, о жестокости ради... чего? Лондону удалось втянуть меня вслед за Даррелом во все что ему пришлось пережить. Начав читать было очень трудно оторваться.

Лондон мне всегда нравился тем, что герои его книг - достойные люди. Сильные, преодолевающие трудности, стремящиеся к своей цели, несмотря ни на что. Наверное, для меня это важно - я не люблю героев, вызывающих жалость, не могу симпатизировать их недостаткам, даже если у меня есть такие же. Мне хочется читать про людей, гораздо лучше меня.
Несмотря на настойчивую агитацию против смертной казни, более, чем навязчиво представленной в "Рубашке", книга мне понравилась. Лондон - экстраверсивный писатель, если так можно выразиться. В его произведениях всегда происходит движуха, обычно - в неслабых количествах. В этом смысле он - противоположность другому моему любимчику - Гессе, у которого все книги про внутренний мир. Даже если там что-то происходит, то действие героя все равно метафора внутреннего движения души.
Поэтому может показаться странным, что Лондон посадил своего героя в камеру смертников. Оттуда не куда деваться: никаких южных морей, золотых приисков, городских дельцов и всего прочего. Адов ад для экстраверта. Но Лондон и тут выкрутился, потому что для него стены камеры - не преграда, они вообще не имеют значения. Его Человек велик везде, даже если он валяется на полу одиночки, затянутый в плотно зашнурованный кусок брезента. Поэтому для меня эта книга стала важной в контексте общего понимания творчества Лондона. Обстоятельства и события не "делают" его героев, а просто позволяют раскрыться уже имеющемуся в них неукротимому духу.

Весьма специфичная и непривычная книга от Джека Лондона, которая застрагивает философские рассуждения о жизни и смерти, а также о силе духа человека.
В центре сюжета Даррел Стэндинг, который волей случая оказался узником тюрьмы, да и ещё попал в категорию «неисправимый», за что и был упрятан на долгие годы в одиночную камеру. Находясь в одиночке, герой подвергался разнообразным и невообразимым пыткам, в том числе и закутыванию в смирительную рубашку на несколько суток и более без воды и еды. Чтобы не сойти с ума, герой научился мысленно покидать свою бренную физическую оболочку, заключенную в тюремные стены, чтобы путешествовать по воспоминаниям своих прошлых воплощений.
В целом книга на любителя, так как читается местами она очень тяжело и нудно (мне буквально приходилось заставлять себя дочитывать какие-то фрагменты из книги), особенно все эти повторяющиеся размышления о жизни и смерти. Но мне понравилось читать воспоминания героя из прошлых жизней, часть из них была написана в привычно-типичном стиле Джека Лондона, поэтому читались они с большим удовольствием. Часть из этих воспоминаний были написаны несколько хуже, но тоже вполне читабельно. Поэтому я даже и не знаю кому могла бы порекомендовать данную книгу. Наверное, фанатам Джека Лондона, но не более того, так как у автора есть и более интересные произведения, которые можно смело рекомендовать широкому кругу читателей.

«Странник по звездам» — самое внезапное, что только можно было ожидать от Джека Лондона. С первых страниц — необычное повествование и достаточно странный сюжет, обескураживающий и местами сбивающий с толку. Ряд событий вызывал сочувствие и к главному герою, и к остальным персонажам, но одновременно… мы не про невинных овечек читаем. Кто-то раскаивался? Кто-то сожалел?

Как обычно для Лондона, философскую глубину нельзя не заметить. Заключение — популярная в художественной литературе форма для размышлений о жизни, смерти, бессмертии и природе человека. Жаль, эти размышления теряются в водовороте внезапных поворотов и напоминаний, как люди за пределами тюрьмы купаются в роскоши, да регулярных путешествий главного героя в чертоги разума и череду перерождений, где он каждый раз победитель и завоеватель и каждый раз встречает любимую женщину — под разными именами, но каждый раз именно она.

В итоге, даже не представляю, кому и зачем порекомендовать эту книгу

Идея - ок.
Сюжеты прожитых жизней - ок.
Описание происходящего в тюрьме - ок.
Повторение фраз про дух и материю - не ок.
Повторение, кто есть герой и где он - не ок.
Разгон про женщин в конце книги - не ок.

Книга могла быть сильно лучше, но создает впечатление сырого продукта. Автор как будто забывает, что в прошлой главе он уже писал о бессмертности души, и снова пишет об этом чуть другими словами. И снова. И снова. В  целом, местами читать интересно и увлекательно, но местами - такая тягомотина и пространные рассуждения - хоть закрывай. А последние страницы вообще максимально странные - автор вспомнил про женщин и поднял их на флаг. Зачем он это сделал - непонятно. Оказывается, все, что мы читали, было ради них. Почему это не прослеживается в течение самой книги - никто не объясняет. В общем, книга неровная именно по своей структуре. Ее спасает только идея и сюжеты прожитых героем прошлых жизней. Некоторые действительно производят впечатление. И только поэтому я могу рекомендовать с ней ознакомиться.

Каждый автор в первую очередь пишет о себе, даже если у него разнообразие персонажей с самыми разными характерами и судьбами. Возможно, эта моя уверенность исходит из того, что будучи слегка причастна к творческой жизнедеятельности, осознаю происходящее в процессе написания и вижу собственные смыслы в полученном результате.

С Джеком Лондоном я не была знакома до прочтения этой книги, и была по-настоящему поражена необычной смысловой нагрузке, разносторонности образов и тем, поднятых автором, высокой ноте – не пафосной, но звучащей остро и животворяще! Даже жизнеутверждающе! При том, что в реальный финал книги – повешение главного героя – узника в американской тюрьме, которого пытали смирительной рубашкой и отправили на тот свет за якобы избиение надзирателя.

Сюжет мог бы быть всего лишь описанием мытарств и злоключений заключенных в тюрьму, подтверждая слова:
«Странное существо человек: он ненасытен, всегда недоволен, никогда не пребывает в мире с Богом или с самим собой! Дни его наполнены хлопотами и бесполезными терзаниями, а ночи полны суетных снов об исполнении неправедных и грешных желаний».
«Сила и глубина ума несовместимы с покорностью. Глупые люди, трусливые люди, люди, не наделенные бесстрашием, неистребимым чувством товарищества и страстной тягой к правде и справедливости, – вот те, из кого создаются образцовые заключенные. Умные люди часто бывают жестоки. Глупые люди жестоки сверх всякой меры.»

Однако, Джек Лондон, который много путешествовал по странам, занимаясь самой разной деятельностью, посягнул на путешествие вне тела и преуспел в этом своем опыте. Персонаж, который в начале повествования считал, что «наш мир – весьма скверное местечко, жизнь – печальная штука, все люди смертны, а когда ты мертв, ты… короче говоря, ты мертв», овладел искусством выхода из собственного тела, будучи обездвиженным в специальной смирительной рубашке (сразу оговорюсь, которая отличается от известных, применяемых в психбольницах).

Опыт индийских йогов упоминается Лондоном, и практически даётся пошаговая инструкция.
«Твое тело — это одно, а твой дух — совсем другое. Ты — это ты, а твое тело — чепуха и ни за чем тебе не нужно. Твое тело не в счет. Ты сам себе хозяин. Никакого тела тебе не нужно. Когда ты подумаешь об этом и поверишь в это, то надо будет это доказать, пустив в ход свою волю. Ты заставишь свое тело умереть. Начать надо с пальцев на ноге, и не сразу, а по очереди. Ты заставляешь свои пальцы умереть. Ты хочешь, чтобы они умерли. Если у тебя хватит веры и воли, пальцы на твоих ногах умрут. Это самое трудное — начать умирать. Но стоит только умереть первому пальцу на ноге, как дальше все пойдет легко, потому что тебе незачем будет больше верить. Ты будешь знать. А тогда ты пустишь в ход всю свою волю, чтобы и остальное тело умерло. Я знаю, о чем говорю».

Совершая этот трюк, который впоследствии был непостижим тюремному начальству, герой, оставляя плоть в смирительном коконе, отправлялся в свои прежние – прошлые жизни. И там…

Кем он только ни был:
десятилетним мальчишкой в группе американских переселенцев, которых убили мормоны по дороге в обетованную Калифорнию;
португальским моряком, волею судеб попавшим в Японию и ставшим сначала мужем принцессы, а потом скитальцем по острову без права работать, а только просить милостыню;
французским дуэлянтом, погибшим во время драки и так и не вкусившим прелести обещанной ласки от прекрасной дамы;
викингом-варваром, ставшим римским легионером и приближенным Понтия Пилата, лично пережившим историю Иисуса, которая вплелась драматически в его любовный сюжет;
попавшим в крушение во время шторма моряком, единственным спасшимся на маленьком островке и выжившим в течение 8 лет (как по мне, это некий привет Даниэлю Дефо и его Робинзону Крузо).

Удивительны философские вставки, как например, эта:
«Паскаль где-то сказал: «Обозревая ход человеческой эволюции, философский ум должен рассматривать человечество, как единую личность, а не как конгломерат индивидуумов». Я сижу сейчас в Коридоре Убийц в тюрьме Фолсем, прислушиваюсь к дремотному жужжанию мух и обдумываю слова Паскаля».

Или, например, восторженные оды женщине, преклонение перед которой воспевает автор словами тюремного узника:

«И все же, когда я спокойно взвешиваю то, о чем рассказал вам, я прихожу к заключению, что лучшим в жизни, во всех жизнях, для меня и для всех мужчин была женщина, остается женщина и будет женщина до тех пор, пока в небесах горят звезды и сменяются созвездия. Более великой, чем наш труд и наше дерзание, больше нашей изобретательности и полета воображения, более великой, чем битва, созерцание звезд и таинство веры, — самой великой всегда была женщина.

Хоть она пела мне лживые песни, и приковывала мои ноги к земле, и отвлекала от звезд мой взгляд, чтобы я смотрел на нее, она, хранительница жизни, матерь земли, дарила мне мои лучшие дни и ночи и долгие годы. Даже Таинству я придавал ее облик и, рисуя карту звездного неба, поместил ее среди звезд.
Все мои труды и изобретения вели к ней. Все мои далекие видения кончались ею. Когда я создал огненный лук и огненную дощечку, я создал их для нее. Ради нее, хоть я и не знал этого, строил я ловушку с колом для Саблезубого. Ради нее укрощал лошадей, убивал мамонтов и гнал своих оленей к югу, уходя от наступающего ледника. Ради нее я жал дикий рис, одомашнивал ячмень, пшеницу и кукурузу.
Порой мне кажется, что история мужчины — это всегда история его любви к женщине. И все мое прошлое, о котором я пишу сейчас, — это воспоминание о моей любви к женщине. Всегда, все десятки тысяч моих жизней, во всех моих обликах я любил ее.
Я люблю ее и сейчас. Мои сны полны ею, и о чем бы я ни грезил наяву, мои мысли в конце концов всегда обращаются к ней. И всюду она — вечная, великолепная, несравненная женщина.
Дух бессмертен. После мрака я снова буду жить и снова встречу женщину. Будущее таит для меня еще не родившихся женщин, и я встречусь с ними в жизнях, которые мне еще предстоит прожить. И пусть изменяются созвездия и лгут небеса, но всегда остается женщина, несравненная, вечная, единственная женщина.»

Тема Бога, сакрального и трансцендентного выражено у Джека Лондона словами:

«Человек не похож на других животных, потому что взор его устремлен к звездам. Много богов он создал по собственному подобию и в облике, порожденному его воображением. В те далекие времена я поклонялся солнцу и мраку. Я поклонялся колосу как источнику жизни. Я поклонялся Сар — богине хлебов. И я поклонялся морским богам, и речным богам, и богам-рыбам.

Роман с двойным названием «Звездный скиталец и смирительная рубашка» - это по сути ода духу, и зная, что мать Лондона увлекалась спиритизмом, мне думается, что впоследствии это оказало влияние на сына, который благодаря писательскому дару реализовал свои мысли и опыт в тексты.

«Тело искалечено, но я не искалечен. Я, то есть дух, по-прежнему цел. Я, дух и тайна, живой огонь и жизнь, — унесусь прочь, но не погибну. Погибнет только тело, а тело — это еще не я».

«Размышляя над этими проявлениями человеческой воли и духа, я в который раз прихожу к заключению, что именно в них и есть проявление истинно сущего. Только дух является подлинной реальностью. Тело - это видимость, фантасмагория. Я спрашиваю вас: как, да, повторяю, как тело, как материя в любой форме может играть в шахматы на воображаемой доске воображаемыми шахматными фигурами с партнером, отделенным от него пространством в двенадцать камер, и все с помощью только костяшек пальцев?»

Финальная фраза, которая завершает это повествование, поразительна своим восклицательным утверждением, что у жизни нет конца – она вечна, потому что дух вечен.

«Смерти не существует. Жизнь — это дух, а дух не может умереть.
Только тело умирает и распадается на свои составные химические части, которые вечно неустойчивы, вечно в брожении, вечно кристаллизуются лишь для того, чтобы снова расплавиться и распасться, а затем вылиться в какие-то новые, отличные от прежних формы, столь же эфемерные и столь же хрупкие. Один только дух вечен и через ряд последовательных и нескончаемых воплощений поднимается все выше к свету. Кем стану я, вновь возродившись к жизни? Как знать! Как знать…»

книга мне больше понравилась, чем нет. но были места, где становилось скучно. а ещё автор так много философствовал по поводу одного и того же, что я устала. ведь я поняла бы с первых нескольких раз, если уж одного недостаточно, вот та мысль:

можно ли лишить человека свободы, если его сознание остаётся свободным?

самая интересная часть — тюремная. тюремный быт, пытки, перестукивания в одиночных камерах, истязания и желание жить. смирительная рубашка — главный герой этой книги, теперь я имею представление, что это и как это.

книгу я начала читать, чтобы разбавить азиатскую литературу, но вдруг главный герой в своих брождениях по звёздам и прошлым жизням оказался в... Чосоне.

Чосон — это Древняя Корея, назовём её так, период с 1392 по 1897 гг.

эта история, конечно же, сразу привлекла моё внимание.

а ещё история из Иерусалима про Иисуса и Понтия Пилата — очень захватила.

помимо этих историй он был и мальчиком в караване в пустыне, выживал на острове и многое другое.

просто эти две уютно устроились в голове, откликнулись как знакомые сюжеты, тем более что именно в них есть сюжеты, в каких-то его снах и метаниях могут быть только обрывки и частички.

не знаю, зачем в самом конце автор написал свои странные рассуждения о мужчинах и женщинах. меня покоробило. понимаю, что книга из прошлого, но простите, не стоило её этим портить.

с его осуждением пыток и смертной казни и жестокости человеческой натуры — я согласна.

страшное это существо — человек.

Главный герой Даррел Стендинг ранее профессор-агроном, а сейчас невинно заключенный тюрьмы Сен-Квентин, проживает свои дни в одиночной камере и все, что скрашивает его дни - это перестукивание с сокамерниками и путешествие в прошлые жизни.

Когда Даррела затягивают в смирительную рубашку, он впадает в состояние полусна и тем самым попадает в прошлые жизни и вспоминает о них. Все его рассказы о прошлом составляют кусочки пазлов его настоящего. Они искусно вплетены в сюжет и делят единую линию повествования.

Больше всех мне запомнился рассказ про Корею.

Но увы, книга не оправдала моих ожиданий или попала просто не в то время. Смотря описание я думала что получу что-то захватывающее и романтичное, а по итогу практически весь сюжет строится на тюрьме, самопожертвовании и пытках. 

Не скажу что книга плоха, просто на данный момент это совершенно не моя история

Книга далась тяжело. Но, наверное, мало людей, которые смогли бы с равнодушием читать о мучениях.

Главный герой - заключённый, который ждёт смертную казнь, а мы, читатели, знакомимся с историей через его дневниковые записи. Тюрьма 1913 года и так не райское местечко, а героя ещё и подозревают в том, чего он не совершал, и на протяжении многих и многих страниц пытаются выбить из него признание. Бьют в прям смысле слова, а также морят голодом и жаждой, оставляют в одиночном карцере, и заковывают в смирительную рубашку. Автор не стесняется во всех подробностях описывать каждую секунду мучений главного героя, психологические и физические муки. Читать это было очень не просто. Может быть было не то настроение, хотелось чего-то более позитивного, хотя если бы я знала заранее - даже не представляю, когда пришло бы время для этой книги.

Не смотря на это - всё равно "тюремная" часть была интересной. История с динамитом, ужасные надзиратели, знакомство с другими заключёнными, общение через перестукивание и множество маленьких деталек, которые наполняли эту историю жизнью.

Однако, книга не о тюрьме, а о прошлых жизнях. Сама по себе эта тема мне нравится, как порассуждать об этом на кухне, так и видеть в художественных произведениях. Но именно здесь для меня получилось скучно. Несколько раз за книгу главный герой ловил "приход" от туго надетой смирительной рубашки и отправлялся в какую-либо из прошлых жизней. Это были всегда разные люди, разное время, разные ситуации, но про всё было одинаково скучно читать. Хотелось поскорее пролистать и вернуться обратно в тюрьму (да, даже к пыткам).