Radiance

Секреты кажутся такими важными, пока не выясняется, что не с кем ими поделиться.

Помнить только лучшую версию себя – не самый худший жизненный выбор.

И знаешь, в сказках девы никогда не умирают по-настоящему. Они просто спят.

Не бывает неважных историй, есть лишь короткие.

У рассказа может быть в точности три начала: одно для публики, одно — для творца, и одно — для бедного засранца, которому придётся всё пережить.

В реальной жизни можно прожить весь отпущенный тебе срок, не закончив ни одной истории. А иной раз даже не начав как следует.

Имена – не одиночки, они соединены, даже в реальной жизни. Ты называешь своих детей в честь усопших или в честь того, кем, как ты надеешься, они станут, или в честь того, кем ты когда-то надеялся стать сам, и родители твои поступили так же с тобой, и эта большая, сверкающая сеть имён рассказывает историю целого мира. Имена – опоры, которые держат на себе груз. Имена – это судьба.

Он приковал нас к скале Прометея — но разве мы не подружились с орлом? Разве мы не приучились к тому, чтобы любить жизнь и без печени?

Время от времени испытываешь прилив бодрости от того, что просто проводишь немного времени с тем, кто знает тебя давно и всё ещё думает, что ты чего-то стоишь.

Но смерть есть смерть. С этой заразой не справиться. Эта жирная засранка в чёрной пижаме с места не сдвинется, пока не сожрёт всю твою еду и не выпьет всё вино, да ещё потребует, чтобы ты за столь высокую честь звал её «мадам».