My Dark Vanessa

Ruby’s far-off voice asks me where I’ve gone, but she knows that it’s the truth that has spooked me, the expanse of it, the starkness. It offers nowhere to hide.

His approval is all it takes for my body to buckle and his ugly clothes to turn not so ugly, or at least not important. He’s always going to be old. He has to be. That’s the only way I can stay young and dripping with beauty.

“I just feel . . .” I press the heels of my hands into my thighs. “I can’t lose the thing I’ve held on to for so long. You know?” My face twists up from the pain of pushing it out. “I just really need it to be a love story. You know? I really, really need it to be that.”

Самоанализ - это хорошо. Он приводит к уверенности в себе, к пониманию своего места в мире.

Подумайте, сколько боли мы бездумно приносим. 

Он выдохнул, и мою голову заполнил запах табака.

...я была сообразительной, но рассеянной и немотивированной - чуть более тактичная замена слову "ленивая".

его слова разверзли мою грудь и оставили меня беспомощной. ничто не мешало ему протянуть руку и взять все, что он пожелает. я была особенной. особенной. особенной.

Иногда нам проще было говорить, не глядя друг на друга.

Он кончил; все было позади. Я попыталась представить, как это происходит, – кончает ли он себе в ладонь, на полотенце или прямо на простыню. Как это мерзко происходит у мужчин, эта разоблачительная грязь в конце. Меня захлестнула мысль: «Ты отвратителен».

Домогательства – это не только физическое насилие.

Наговаривать на себя в надежде завоевать сочувствие – разве не каждый поступает так время от времени?

Люди вечно говорят, что за правду нужно бороться во что бы то ни стало.